Школа смелых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Над селом простерлась зловещая тень близкой бури. Подул ветер; листья двух придорожных осин стали иссиня-стальными, затрепетали, словно крылья вспугнутых пташек. Вскоре грянул гром и застучали крупные капли дождя. Калин, Андрей и Зорка, стоя на коленях на лавке у окна, смотрели на грозу, взвизгивая от восторга при каждой вспышке молнии, озарявшей их лица. Больше двух часов лужи и бурые потоки по краям дороги кипели под не стихающим вихрем водяных капель.

Наконец ветер утих, косые струи дождя выпрямились, оборвались, словно их кто перерезал, и только с крыш, деревьев да водосточных труб продолжали падать тяжелые, крупные капли. Огромное желтое облако, будто язык пламени, застлало весь запад, и пронизавшие его лучи заходящего солнца позолотили мокрую, усыпанную осенними листьями землю. В траве журчала вода. С большой яблони на дворе Стаменовых упало последнее красное яблоко, на которое давно уже зарился Андрей. Он выскочил во двор, схватил это мокрое яблоко и, куснув, помчался в поле.

По обеим сторонам дороги бежали мутные потоки; с полян, с холма — со всех сторон стекали мутные воды; всюду шумели пенистые ручьи.

Несмотря на запрет матери, Андрей пустился босиком по воде.

— Бате! — крикнул он Калину. — Какая теплая! — И, закатав штаны выше колен, принялся шлепать прямо по ручьям.

Мутная, желтая вода обдавала ему ноги; он прыгал, скакал, с визгом носился по примятой ливнем траве.

Хотя Калин считал себя взрослым, ему захотелось, по примеру братишки, пошлепать по воде: он тоже засучил штаны.

Дорога, поле, леса вокруг, озаренные огромным угасающим костром заката, блестели мокрые в желтом свете. Словно после дождя родился новый мир.

Мальчики пошли к реке. Андрей подбирал кремни, принесенные рекой; в траве попадались даже орехи и дикие яблоки.

С реки донеслись крики и тревожное мычанье.

— Эй, не туда! Через мост, через мост гони!

— Его снесло!

— Смотри, потонут!

— Э-э-э-эй! — крикнул Андрей, подбегая к берегу.

— Река разлилась!

Среди ив, опустивших мокрые ветви, толпились женщины, дети, мужчины. А на другом, низком берегу пастух в сырой, потемневшей бурке с капюшоном погонял палкой стадо волов и коров; они метались, обезумев от страха, теснились к реке, но ни за что не хотели войти в нее, чтобы перейти вброд бурлящие воды, и жалобно мычали, задирая голову.

— Не гони, оставь там! — кричал кто-то.

— Тоже, посоветовал! Ты что, не видишь? Вода прибывает! Коли сейчас не перейдут, так дождутся: из того рукава нахлынет — всех перетопит!

Пастух со стадом застрял, как в ловушке, на длинном острове, заросшем травой и кустарником, между двумя рукавами реки. Понимая всю опасность положения, он спешил перегнать скот через реку, пока вода не прибыла еще больше. В самом деле, каждую минуту прибывали все новые буйные, мутные воды.

Они вырывались из горных ущелий, пенясь и кипя, катились желтыми волнами с песчаных обрывов, унося вырванные с корнем деревья и огромные сучья, скользившие по быстрине и волчком вертевшиеся в водоворотах. Всю долину оглашал непрерывный грохот, смешанный с криками людей и мычаньем скотины, которую никак не удавалось загнать в воду.

Наконец несколько волов и коров вошли в реку. Вода заплескалась у них в ногах, дошла до брюха.

Пастух взобрался на огромного белого вола с витыми, как у барана, рогами и, размахивая длинным прутом, погнал стадо. Коровы покрепче, перебравшись через быстрину, одна за другой выходили на берег; с их мокрой, слипшейся шерсти стекала вода; они дрожали после пережитой борьбы со стихией. Переправился и пастух на воле. Но одну молодую стельную корову закрутило посреди реки и понесло. Она жалобно, хрипло замычала.

— Потонет! Потонет! — послышались тревожные возгласы.

Все в испуге заметались по берегу, крича ей, как будто она могла понять:

— Вниз, вниз! Не плыви против течения, дура!

Воды влекли ее, пенистые гребни волн перехлестывали через ее голову, а народ бежал рядом по берегу и кричал. Наконец ее вынесло на мелководье. Вода заклокотала, захлюпала у нее между ног. Она задрала мокрую голову. Замычала, вздрогнула всем телом и, сделав последнее усилие, выскочила на берег. Послышался стук копыт по камням.

— Выплыла! Выплыла! — раздались радостные крики.

Все были так довольны, как будто спаслась их собственная корова. А на острове все еще метались испуганные коровы и телята.

Калин подбежал к спасшейся корове. С ее мокрой шкуры стекали ручьи; она вся дрожала, жалобно глядя вокруг озаренными закатом желтыми, как стекло, глазами. Андрей, успевавший всюду сунуть свой нос, протолкался вперед и радостно похлопал ее по мокрому брюху.

Калин слушал, оглядываясь по сторонам, о чем говорят крестьяне; вдруг он вздрогнул: в нескольких шагах стояла Боянка.