Школа смелых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

С восторгом встретила народную власть бистрицкая беднота: крестьяне и рабочие, молодые и старые. Вся Бистрица поднялась на ноги. За какие-нибудь два дня село преобразилось. Оживление царило в самых нищих хатенках. Теперь могли свободно вздохнуть и поднять голову люди труда и земли, которых годами мучили, унижали, грабили сатрапы царя Фердинанда и его сына Бориса, кметы и сборщики податей, фабриканты и генералы, ростовщики и чорбаджии вроде Антона Думанова. Люди смотрели вокруг сияющими глазами, еще не веря своему счастью. Неужели это правда? Неужели завтра, когда новая власть укрепится, земля перейдет к ним и кончатся голод, нищета, невыносимо тяжелая, рабская жизнь? Да, это правда! Но борьба еще не кончилась…

Первые два дня со всех концов страны приходили радостные вести о победившем восстании. Вся Фердинандская околия, откуда Георгий Димитров и Василь Коларов руководили борьбой, была в руках восставших. Они захватили также всю Берковицкую околию. Одержали победу и в Кнеже, и в Ореховской, и в Белослатинсксй околиях. Поднялись все села Ломской околии. В самом Ломе сопротивлялся только укрепившийся в казармах кавалерийский полк, подстрекаемый фашистским офицерством. Восстание охватило много сел в Видинском округе, захлестнуло Старую Загору, Новую Загору, Чирпан, Казанлыкскую околию, Брацигово, Пазарджикскую, Разложскую, Ихтиманскую, Долыюбанскую околии…

Но крупные центры — София, Пловдив, Русе, Бургас, Варна, фабричный город Сливен, Ямбол, Габрово, Плевен — не поднялись.

В ночь на 12 сентября во многих городах военнофашистская власть напала на клубы коммунистов и арестовала партийные комитеты. Центральный комитет партии успел предупредить организации, что против партии и народа готовится удар. Но некоторые окружные комитеты — например, в Пловдиве — не обратили внимания на это предупреждение. Они не верили, что фашистское правительство осмелится напасть на сильную коммунистическую партию. Члены партийных комитетов не ушли в подполье, и в ночь на 12 сентября во многих городах народ лишился своих руководителей. В других местах восстание было слабо подготовлено, в частности не были привлечены на сторону повстанцев воинские части. А главное, не был упрочен союз между рабочими и крестьянами. Кроме того, один из членов Центрального комитета разослал некоторым организациям контрприказ не поднимать восстания, так как, мол, еще не время. И в ряде городов эта директива была выполнена. Вот причины, по которым восстание не охватило всю страну. Сильней всего оно разгорелось в северо-западной Болгарии — во Врачанском и Видинском округах, где им руководили Георгий Димитров, Василь Коларов и Гавриил Генов.

Но враг использовал бездействие и слабость коммунистов в крупных центрах и сосредоточил все свои силы против восставших околий. Сперва в героических боях при Фердинанде и Криводоле, в славном Бойчиновском бою и других сражениях повстанцы отразили нападения фашистов, но те двинули новые войска, оснащенные пулеметами, артиллерией. Борьба становилась все более ожесточенной и кровавой…

В Бистрице новые воинские части еще не появлялись. Местные чорбаджии и их прислужники жандармы были выловлены и заперты в школе. После взятия Берковицы из окружного революционного комитета в Фердинанда пришел приказ бистрицкому отряду идти во Врацу. Туда уже выступили фердинандский и лопушанский отряды. Взятие Врацы являлось важной задачей: оно должно было обеспечить победу восстания.

Вернувшись из Берковицы, отряд Сокола пополнился новыми бойцами из окрестных сел, так что во Врацу двинулось больше сотни хорошо вооруженных повстанцев. Бистричане провожали их с веселыми песнями, уверенные в победе.

Но не прошло и нескольких часов после ухода отряда, как в село вернулся запыхавшийся Ангел. Он отстранил рукой любопытных, ни с кем не стал разговаривать и побежал прямо в общинное управление. Пулей влетел он в комнату, где за длинным пустым столом заседал местный революционный комитет.

— Бай Горан, Сокол послал меня… — Голос его дрогнул. — При Мытнице мы встретили воинские части… И приняли бой. Он еще идет. Сокол сказал: «Будем держаться до последнего… Но лучше бы их окружить». Они здорово вооружены. Он послал меня за патронами и за помощью. Попросить бы у Берковицы, да далеко… И нам сообщили, что Замфир Попов выступил со своим отрядом к Петрохану — оборонять перевал. Так что лучше в селах людей набрать. Эх, кабы нам пулемет! Изрешетили бы их, гадов проклятых! Солдатам приказывают — те поневоле дерутся… — сбивчиво рассказывал Ангел, то застегивая, то расстегивая пуговицу своей холщовой рубахи и вытирая рукавом покрытое пылью и грязью потное лицо. Его грубошерстные штаны были в репьях, к коленям прилипли сучки, песок. Учитель молча выслушал запыхавшегося, взволнованного парня. Крестьяне из комитета беспокойно зашевелились. Почти всех это известие заставило вздрогнуть. Некоторые побледнели. Один забыл даже раскурить свою трубку, над которой только что высекал огонь. Только Горан Стаменов не растерялся. Он сдвинул брови, поднял голову, расправил плечи, словно почувствовав, что силы его удвоились. Глядя на него, и остальные члены комитета подавили свою тревогу.

— Так. Значит, сами к нам оружие тащат, — промолвил Стаменов и, собрав разбросанные по столу списки, которые они рассматривали, обратился к товарищам: — Что ж, будем драться. Вы думали, что без борьбы и без жертв можно добиться победы? Нет, братья, нас ожидает лютая борьба. И что бы ни случилось, помните: нет в мире большей силы, чем народ. Он непобедим! Мы непобедимы! Если сегодня нас разобьют, завтра мы все равно сотрем их с лица земли!

Он повел плечами, надел пояс с револьвером, висевший на спинке выкрашенного в зеленый цвет железного стула, поглядел в окно и пошел к двери:

— Идем.

В этот момент сообщили, что обнаружен и арестован Антон Думанов, но никто не обратил на это внимания. Только Стаменов коротко распорядился:

— Под замок!

Все вышли на площадь.

Перед общинным управлением стояли на посту человек десять повстанцев с винтовками и револьверами: гвардия, как называл их Стаменов.

— Красногвардейцы! — крикнул он им. — Через десять минут соберите со всего села всех способных владеть оружием. Появилась банда. Надо ее уничтожить. Здесь останутся только члены комитета да двое из охраны. Скорей! Я поведу вас!

Новость быстро разнеслась по селу. Трусливые стали прятаться, твердые и смелые поспешили к общинному управлению. Одними из первых прибежали рвавшиеся в бой Живко и Калин, которые всюду помогали старшим: и в общинном управлении, и на почте, где распоряжался дядя Илия, и в пекарне.

— Куда идти?

На площади собралось больше сорока человек. Отряд еще не тронулся в путь, еще Стаменов проверял оружие, как прибежал, еле переводя дух, взлохмаченный молодой парень с берданкой. Рубаха на спине у него была черна от пота и грязи. Волосы лезли ему в глаза. Шапку он потерял по дороге.

— Бай Горан! С Тодориных башен и с Петрохана войска идут! Замфир Попов и Енчо Марков с ними бьются.

На этот раз Стаменов нахмурился.

— Нас маловато, — окинул он взглядом свой отряд, — а нужно разделиться… Илия, — обратился он к отцу Мирки — ты примешь командование над одним отрядом, а я над другим. Возьми вот этих десятерых. — Он указал на левую часть отряда. — Захватите еще человек тридцать-сорок в Старой-реке. Они готовы, ждут приказа. Ну, пошли! Прощайте и помните, что на нас глядит весь народ!

Калин с горечью проводил отца глазами. Они с Живко опять попали в отряд дяди Илии. Делать нечего, он поплелся вслед за Живко. Отряд Стаменова прошел мимо новой школы. Там Мирка помогала сельскому фельдшеру оказывать бесплатную медицинскую помощь населению. Увидев отряд в окно, она выбежала на улицу:

— Куда вы, дядя? И я с вами. Я умею стрелять. Возьмите меня! Тут больше делать нечего.

— Хорошо, пойдем. У нас нет сестры милосердия. Может, понадобишься.

— Подождите минутку. Я возьму полотна для перевязки.

И она побежала в школу.

— Прихвати бутылку ракии! — крикнул один из парней.

— Для храбрости, что ли?