Читать книгу «Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26» онлайн.

Вернувшись в управление, оперативники собрались в его кабинете. Капитан всмотрелся в лица товарищей испытующим взглядом и спросил Пряхина:

— О чем задумался?

Тот прищурился и качнул головой.

— Подозрительно мне. Все у нас уж очень легко, одно к одному складывается.

— Вот и хорошо! — воскликнул Левин.

— Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего. Подозрительно, — качнул подбородком Пряхин.

«Подозрительно…» — мысленно повторил Безуглый и ему вспомнился второй допрос Загоруйко, когда администратор кафе очень легко изменил первоначальные показания.

— Сказать по правде, гражданин капитан, я действительно в то проклятое утро в лесу, около дороги на Ключаровские дачи был, — заявил он, очутившись в кабинете Безуглого и не ожидая, когда Тимур соберется задать ему первый вопрос. — Понимаете? Каюсь, был!

Безуглый от неожиданности вскинул брови:

— А умолчали об этом почему?

— Со страху, гражданин капитан, со страху. Прикинул: то да се, получается некрасиво. Пожалуй, думаю, так и меня к этому делу припутать могут, потому как биография у меня, вы же знаете, основательно подпорченная.

— Биография биографией, Загоруйко, но скажите, пожалуйста, зачем вас в такую рань в лес потянуло? Ну, к Нине Семеновне, скажем, это понятно, а в лес?

— Жадность фрайера сгубила, гражданин капитан, — развел самокритику Загоруйко. — А дело-то проще простого. Пригляделся я к обстановке и заметил: каждый день, только-только рассветет, от дач тянутся «несуны». Это я так называю тех, кто чужие дачи от лишних хлопот по сбору урожая освобождает. Ведь оно как получается? Хозяева дач вечером — домой, а они с последним автобусом на дачи. От последнего рейса до заката еще времени — ого! Вот они попасутся вечером, попасутся ранним утром и у них два ведра свежей «Виктории». А это по базарной цене — больше, чем на полсотни.

— Ну, а вы-то тут при чем? — не выдержал Тимур.

— Но ведь два ведра десять километров нести надо, гражданин капитан. Вот тут и появляюсь я. Освобождаю «несуна» от одного ведра. Намаявшись, он мне его уступает уже за пятнадцать, а то и десять рублей. Выгодно? Выгодно! И ему и мне. Вот я и начал ездить поутрянке. Припаркую машину в сторонке и жду. И еще ни разу пустым не возвращался. Так было и в тот день, десятого.

Допрашивал Тимур администратора кооперативного кафе уже после того, как переговорил с задержанным Трегубовым. Его удивило, как легко дал признательные показания убийца. А когда стал допрашивать Загоруйко, его удивило не то, что тот вновь изменил показания, а скорее какая-то схожесть в обрисовке подробностей, встречавшихся в рассказах и Трегубова и Загоруйко.

«Сказочки, конечно, — подумал он еще тогда, но сказочки придуманные, пожалуй, одним и тем же автором».

И вот Сергей Пряхин произнес свое: «Подозрительно…», еще больше обострив его собственные подозрения, и поэтому Безуглый продолжал смотреть на него вопросительно, принуждая высказаться определеннее. Тот продолжал:

— Все складывается так, чтобы снять подозрение с Загоруйко. А я нутром чую…

— Нутро — не доказательство, — на этот раз раздумчиво заметил Левин.

— Сам знаю, — беззлобно огрызнулся Пряхин. — И все-таки интуиция, Глеб, это дело тоже серьезное.

— И что тебе подсказывает твоя интуиция? — спросил Тимур.

— Сколько времени Трегубов находился в следственном изоляторе до твоего прихода на работу? Час, два, три? — вместо ответа спросил Пряхин.

— Что-то около этого.

— И он сразу дал признательные показания о том, что «следил», что «видел» и что «пришил». Так?

— Так.

— А после этого Загоруйко изменил свои показания и тоже признался, что был в лесу. Теперь вот Курбатова выдала «кассу» мужа и этим сняла подозрение с себя — получается, в наследницы она попасть не собиралась.

— Не только с себя, но и с Загоруйко тоже снимает, — добавил Тимур.

— Вот-вот. Я и говорю: все у них одно к одному.

— Думаешь, связь между Трегубовым и Загоруйко, между ним и Ниной Семеновной есть? Ты это имеешь в виду? — неожиданно оживился Левин, поняв намек товарища.