Делегаты задавали множество вопросов и получали более чем подробные ответы и вскоре от количества информации, а так же от простора и обилия осматриваемых помещений, утомились все. Экскурсия завершилась досрочно. Калина успела сделать множество снимков, на свой обычный фотоаппарат. Тут ей замечаний никто не делал. И фотографировать разрешили все без исключения. Вероятно, потому что это было в интересах вампиров. Что бы люди увидели, что их тут ждет. И пожелали приехать…
— Внушительный размах. Целая инфраструктура, — оценила женщина.
— Мы только что его покинули, — растерянно ответил бессмертный. — Сын государя живет во дворце.
— В ремонте?..
— Свет! — требовательно заявила Калина.
— Благодарю, — шепнула Проскурина. Капитан покорно кивнул и тут же отступил. Делегация между тем неторопливо втягивалась в здание.
— Калина Владимировна! — перебил Аршинов. — Вы должны это видеть! — с нажимом в голосе, добавил министр, взглядом прекращая неуместные шутки, потому что в отличие от майора подтекст он понял сразу. За гостями наблюдали бессмертные и внимательно слушали. А нравы у них другие и подобные шутки они могли и не оценить.
— Это какая-то понятная только людям игра слов?
Глава 11. Преемник, кто ты?
Калина лежала недвижимо какое-то время, а когда страх отступил, и она обрела способность двигаться, встала и пошла к секретной двери. Догадка оказалась верна, дверь открылась по легчайшему касанию.
Перед второй дверью Проскурина на секунду замерла, восстанавливая участившееся дыхание и тронув и эту, зашла. Но комната оказалась пуста. Кто он неизвестный, что к ней приходил? Вначале она думала — преемник, кто же еще может прийти из его комнаты? Но сейчас поняла, что прийти к себе лишь для того чтобы «полюбоваться» гостьей и уйти, сын государя не мог. До рассвета еще есть время, ночь продолжается, он мог остаться, чтобы отдохнуть, принять душ или переодеться. Сын государя что же, не моется, не спит? Неправдоподобно. А раз он этого не сделал, значит, это был кто-то другой. Кто? Хороший вопрос..
Не просто жить в мире мужчин, если ты хорошенькая женщина. И не давать им никаких авансов, порой хуже, чем давать. Даже если тебе самой это не нужно. Ведь никогда не известно, что обернется большей болью. Твое «да» или твое «нет»… Амир сказал, что Калина отчасти сама виновата в сложившейся ситуации, подразумевая то, что гостья отвечала на флирт правителя. Было ли это так, был ли у нее выбор? Все что она сделала, это в один краткий миг поддалась соблазну и сказала роковое «да». И он счел ее своей вещью, уже что-то обязанной ему, как результат. И малейший шаг в сторону был воспринят государем как предательство, дающее право карать. Проскурина не давала авансов Амиру, и он покарал ее уже за это. Как бы не упирался капитан, утверждая, что лишь выполняет долг, женщина слишком хорошо понимала, что доля жестокости была применена им именно по причине ее отказа. Это тончайшее искусство, высочайшее мастерство говорить мужчине «нет», так чтобы оно звучало практически «да». И улыбаясь ему, сохранять необходимую дистанцию. А если не соблюдешь баланс, попадаешь под раздачу жестокости.
Но тогда кто разыграл все эти спектакли с его якобы участием? И главное, зачем?..
— А вот и ты! — улыбнулся Вишнар. — Успел вернуться до отъезда гостей? Чудесно!.. Уважаемые гости, позвольте представить — мой сын и преемник — Катамиртас!
— Значит, я могу сказать правду?
Рука мгновенно разжалась, и Проскурина рухнула на пол. Какое-то время тяжело дышала, обретая силы, а затем отползла ближе к кровати и оперлась на нее спиной. Сердце колотилось, руки дрожали, а глаза слезились.
— Подытожим, — иронично шепнула Калина. — Ничего руками не трогать и рта не раскрывать.
— Разве он не приказал тебе найти другой объект? Моего капитана, например? Амир сказал, ты предлагала свои услуги, если он позволит тебе переговорить со мной и убедить в твоей невиновности.
С этим неприятным осадком в душе она зашла в свою комнату. Но там ее ждал сюрприз. Точнее, неожиданный визитер.
— Как я понимаю, ответ вам не требуется, Калина Владимировна?
— Держаться от вас на расстоянии.
— Почему вы спрашиваете меня об этом? Ваше сердце, кому его еще знать?
— Чтобы арестовать меня и увезти у вас из-под носа.
— Можешь. Но если это случится до конца визита, и переговоры как результат сорвутся — домой ты не доедешь. Обещаю.
— Это угроза?.. Какой в этом смысл? Это будет означать конец мирных переговоров.
— А как вы объясните то, что вы тут?
— Я не видела его. Со мной говорил капитан.
— Может быть, он боится, что вы слишком близко воспримите наше общение?
— Жду вас, преемник.
— Только одно — никаких контактов с моими поданными. Или пожалеешь.