— Сама не знала.
— Импульсивность в действии?
Журналистка обратилась к бессмертному, которого выделили делегатам в качестве гида. Приятный услужливый господин неопределенного возраста с легкой проседью в волосах. Его звали Гриндингвард, но он предложил людям называть себя — Гринд. Особенностью этого бессмертного было то, что он умел улыбаться, не размыкая губ, и потому ни разу не испортил о себе впечатления. Демонстрация клыков никого из людей по-прежнему «не восхищала».
— Во дворец преемника.
— Как все быстро меняется в вашей политике. Вчера куртизанка, сегодня поутру журналист, сейчас вот разведчик. Такими темпами, как бы не забыть к окончанию визита, кто я. Репортер, а не шпион от людей на задании.
— Это специально выведенные сорта. Не прихотливы к погодным условиям. Их сдабривают необходимыми веществами, и они растут круглогодично. К тому же благодаря защитному куполу температура в городе выше, чем должна быть.
— Выбор есть всегда. Разве не вы это сказали? — тепло напомнил он.
— В смысле?
— Старый запас? — заинтересованно спросил капитан.
Женщина закатила глаза, теряя самообладание. Фыркнув, она немного отошла от двери и стоящего возле нее визитера. На удивление Амир проследовал за женщиной вглубь комнаты. Словно и не собирался уходить.
— Очень интересно, но совершенно напрасно! — не без сожаления заключила Калина, когда обыскав все что можно, ровным счетом ничего интересного или полезного не нашла. Никаких бумажных или электронных носителей информации. По-видимому, в этой комнате только спали. И то не сегодня.
Честно говоря, ее нисколько не беспокоило хамство этого поступка. По положению тайного хода было сразу ясно, что за стеной находятся покои преемника, а не государя. Но если это субъект счел возможным поместить гостью в комнату, в которую имел круглосуточный доступ, почему же не поступить также с ним? Почему бы не познакомиться, наконец?..
Но до окончания экскурсии был еще подъем на крышу. С которой город бессмертных просматривался как на ладони. Зрелище было завораживающее, все любовались видом в полной тишине. Здание гостинцы было практически той же высоты, что и государев дворец. Вторая наивысшая точка в городе. Но когда Проскурина поинтересовалась высотой обоих строений, оказалось, что высшая точка города — все-таки дворец. Выше его возводить ничего нельзя.
— Калькуляторы?
— Нет, поколения проживают под одной крышей.
— Вы были один?
— Машины того времени когда у нас еще делали машины, — иронично ответила журналистка. — Удовольствие для избранных.
Внутри было все — развлекательные центры, магазины сувениров, кинотеатры и спортивные центры. Номера большие и малые, для разного рода гостей. Для одиночек и больших семей. Но все одинаково благоустроены и комфортны.
— Это замечательная история, но наша сегодняшняя цель состоит в другом, — любезно улыбаясь, ответил Гринд. Дав понять, что у него нет полномочий рассказывать. По крайней мере — сейчас.
— Я уже извинился за волосы.
— Да, преемник большей частью обитает в казармах. Как и все военнообязанные жители города.
— О машине, — задумчиво глядя сквозь стеклянную стену транспортера, отозвался Амир. — Полагаю, это было бы интересно. Никогда не катался на человеческом транспорте.
— Никто не возражает, если визиты станут повторяться. И длительность их никто не ограничивает никакими рамками.
— Тогда младший сын предоставлен сам себе. Он рядовой гражданин и сам пробивает себе дорогу. Добивается положения и строит свой собственный дом. Но уже в другой части города. Как я сказал, титул переходит к старшему сыну и в этой части столицы живут лишь именитые члены города.
На пороге стоит Вишнар. И в полном недоумении смотрит на начальника своей службы безопасности. Затем на женщину и как результат скулы его напрягаются, а взгляд тяжелеет. Калина успевает заметить, что со своего поста исчез солдат и это кажется ей тревожным сигналом.
Калине не спалось. Уже неторопливо завершалась ночь, оставалось часа два до рассвета, а она так и не смогла уснуть. Стресс или обилие мыслей, а скорее и то, и это, сделали свое черное дело, расслабиться не удавалось.
— Как вам сказать, майор?.. — сдерживаясь из последних сил, Калина изобразила на лице задумчивость. — Да, еще одна есть, и в принципе на ней тоже можно прокатиться, но она, так сказать, не доступна широкой общественности…
— Вы совершенно правы, Калина, — подтвердил позднее Аршинов. — Дело не в переменившемся о вас мнении. Это приказ преемника — установить с вами доброжелательные отношения.
В комнатке которую обнаружила журналистка было светло и потому все отлично видно. Два пустых кресла и перед ними на панели пульт управления с обилием кнопок. На стене огромный монитор и еще один с другой стороны. Но сейчас оба выключены. Прямо перед глазами огромное окно, оно дает отличный обзор, именно сквозь него в комнату попадает яркий свет. Внизу огромное усыпанное песком поле. Его окружают высокие белые стены с частыми рядами однотипных окон в три этажа. За этими окнами расположены похожие друг на друга смотровые комнаты. Все это напоминает ложи в театре.
— Тайны, да?