— Наш уважаемый правитель. Он был третьим сыном своего отца.
— Нет, конечно!
Помолчали. Неловкость длилась минуту, затем журналистка спросила:
В дверь постучали, и Калина встрепенулась, откидывая воспоминания прочь. За дверью ее ждала еще одна неожиданность.
— А если визит станет длиться неделями?
— Если они понимают, что я работаю на вас, они понимают и то, что вы понимаете их истинные мотивы. Так в чем смысл?
— А зачем ему знать, что он есть? — взглянув на журналистку, спросил мужчина.
— О моем первом опыте? — не без удивления переспросил он, умышленно тихо. Сидящий неподалеку майор напряженно пытался уловить суть чужой беседы.
— А вам не кажется, что это, после вчерашнего, будет выглядеть странно?
— Ну, еще бы. И эти меряются, у кого больше…. — шепнула она себе под нос.
— Значит, мы создали то, что хотели. Настоящее гостеприимство.
По поверхности небольшого бассейна окруженного карликовыми деревьями плавали птицы, очень похожие не лебедей. Только миниатюрные. По крайней мере, такое впечатление сложилось издалека. Когда же члены делегации приблизились вплотную, все они изумлено охнули. Стало понятно, что это никакие не птицы — цветы! Растения были недвижимы какое-то время, но когда солнце, что просматривалось сквозь стеклянную стену, коснулось линии горизонта, растения зашевелились. Лепестки-крылья стали подниматься и складываться. А когда сложились полностью, цветы стали погружаться в воду и вскоре исчезли.
Однако комната внешне очень похожая на покои журналистки, была пуста. Постель застелена.
— Нам нужно поговорить, — протискиваясь в двери, заверил ее Амир.
Калина поискала глазами и обнаружила отверстия по углам, в которых двигались вентиляторы, прогоняя воздух по кругу.
— Думаю, госпоже Проскуриной тяжело будет найти то, чего тут нет, — ответил бессмертный и экскурсия продолжилась.
Члены делегации с интересом осматривались, кто, трогая стену рукой, кто, задрав голову рассматривая прозрачный потолок. Капитан Амир сидел в самом конце платформы в углу и подрагивал уголками губ, наблюдая за реакцией людей.
С виду обычная стена, такая, как и все остальные. Но примерно на метр от угла она открывалась поемом. Громыхая сердцем, Калина осторожно ступила внутрь и стремительно пошла, пока проем не закрылся позади, лишив ее света и как результат возможности видеть.
— Похвально, — оценил Васнецов.
— Это название транспортного средства? — спросил Амир. — Забавно. И что, хороша «калинка»?
— Вы хорошо держитесь, Калина, — сказал Амир гостье, когда представилась такая возможность, и никто не мог их услышать.
Когда он вновь побежал по кругу, бессмертный кинулся наперехват. Прыгнул вперед, цепляясь руками за длинную шею животного. Анот подпрыгивал, брыкался, пока не скинул хищника и не отбежал, издавая жалобные пронзительные звуки. Мужчина кубарем покатился по песку. Бессмертный тоже уже был изрядно вымотан, рубаха выбилась из штанов, волосы всклокочены, на лице кровь анота.
Амир осматривался, словно был в комнате впервые. Но поскольку это было не так, Проскурина предположила, что мужчина выискивает, за что бы зацепиться взглядом.
— А почему бы не прогуляться?..
— О чем задумались, капитан?
Калина обошла все, заглянула даже в ванну, предварительно тактично поинтересовавшись, давясь от смеха:
— Отдача говорю, многим больше, если ухаживать. Приятней, то есть… Ну, хватит с вас на первый раз. Усвойте пока первое правило. Волос категорически не рвать! — И покусывая губы чтобы не смеяться, удалилась к остальным, что бродили кучкой, перемещаясь по огромной крыше, и осматривали окрестности с высоты. Один раз Проскурина оглянулась, Амир смотрел ей вослед. Лицо погруженного в себя мыслителя. Понял, что над ним подшучивают, но не обиделся как всегда. Вероятно, следует приказу — «больше не конфликтовать!». Размышляет теперь, к чему она завела это разговор. Ну и пусть думает. Калина ждала ответного шага и знала, что он последует. В конце концов, это была двусторонняя игра.
Бессмертный улыбнулся и, проследовав к пульту, что стоял во главе платформы, нажал кнопку, предупредив всех, кто стоял у края, что необходимо посторониться. В этот же миг по краю пола начали выдвигаться, наслаиваясь одно на другое полосы стекла. Они ритмично постукивали и складывались, вырастая в высоту до то тех пор, пока не достигли своего предела, образовав четыре стены метра три высотой. В итоге стены сомкнулись посредине над головами делегатов.
— Думаю, госпожа Проскурина подразумевает, нет ли подвоха? — пояснил капитан, поскольку Гринд смотрел на журналистку в недоумении.
— Если это не терпит до утра, то говорите.