Аршинов очень долго и громко смеялся. Никак не мог успокоиться. Когда журналистка ему рассказал состоявшуюся с генералом беседу.
— Нет, но на экскурсии городом, мы, правда, видели огромное сооружение в центральной части столицы. Кажется, вампиры рассчитывают не просто на гостей. Они рассчитывают на большое количество приезжих, если судить по размерам строения…
— Я понимаю. У меня были бы проблемы.
— К миру. Он им нужен. Зачем?.. Это наша цель. Понять! Но ситуация сегодняшнего утра, вся эта шумиха, жесткое отношение к своим, когда на карту поставлена честь и безопасность гостя. Точнее, гостьи… Мне что-то подсказало, случись что-то со мной, меньше бы было возни.
— С моим трупом где-то в реке.
— Государь просил вам передать, что по его глубокому разумению, женская мудрость не имеет границ. Особенно в уступках по отношению к представителям сильного пола.
— А вдруг доктор соврал?
— Угодный им Аршинов.
На переговорах же фотографировать разрешили. И журналистка восполняла упущенное.
— Мне кажется с человечеством что-то не в порядке, если соблюдение видимости приличий для нас важнее самих приличий.
— Даже большие чем вы думаете. А мне нельзя этого допустить. Вы мне нужны… Поэтому я приложил все усилия чтобы никто из людей сюда не пришел с проверкой. И мы все терпеливо ждали известий. Когда же доктор вернулся с капитаном Амиром и уверил, что произошла ошибка, что у вас просто повышенное давление, в результате чего вы просто физически не способны на продолжение экскурсии, а мальчик все перепутал, мы все успокоились и двинулись в путь.
— Нам представили ваше положение как очень серьезное. Точнее, сказали, вы плохо чувствуете себя из-за высокого давления и не в силах продолжить путь со всеми. Мы вынуждены были…
— Это моя работа, генерал, быть со всеми на короткой ноге. Чем нога короче, тем информации больше. А теперь скажите мне, что вы думаете про это? Если вы думаете, что это мои выдумки, я больше никому этого не скажу. Более того, я уеду. Без вашей поддержки, мня тут сотрут, в порошок. Я боюсь их. Еще одно подобное утро и я пешком отсюда пойду. Если хотите знать, думаю, что-то происходит прямо у нас под носом.
Министр пришел к журналистке сам. Проскурина очень ждала этот визит и надеялась, что это будет именно Аршинов. Хотя и предполагала, что навестить ее пожелают все. Но этого не произошло.
— И куда?
Следующий обед во дворце стал для журналистки не самым приятным в ее жизни. Не смотря на то, что практически все выразили радость снова видеть ее бодрой и здоровой. Проявили беспокойство, отсутствие которого так беспокоило Проскурину, и какое-то время активно интересовались ее самочувствием. Беседа велась оживленная, обсуждали поездку городом, вопросы мира. Но атмосфера за столом все равно была какой-то натянутой. Причиной тому были отчасти бессмертные, которые отражали настроение Вишнара. А правитель был немногословен и словно вовсе отсутствовал. Просто наблюдал за происходящим. Но большей частью дело было все-таки в генерале Васнецове. Он все время бросал откровенные неодобрительнее взгляды в сторону женщины, вероятно записав ее в свои личные враги, и точно обвинив в утренней неразберихе. К тому же наметился явный раскол среди членов делегации. Потому что Васнецов в своей антипатии к журналистке был не одинок. Но Проскуриной упорно казалось, что дело было не столько в ней, сколько в вопросе власти и влияния. Утром, вероятно, Аршинов продемонстрировал генералу кто тут на самом деле главный и амбициозному «вояке» это не понравилось. Последний стал бросать некоторые комментарии, просто во всем без исключения не соглашаясь с Аршиновым. Выглядело это хамовато, и не заметить подобное поведение было нельзя. Тем более в этой компании. Проскуриной стало очевидно, что этим люди только играют на руку хозяевам положения. Но как уже заметил Аршинов, Васнецов не блистал большим умом. Все же прочие словно метались между двух огней. Желая угодить и одним своим, и другим, и про хозяев дворца не забыть. И естественно в этих метаниях чуть не порвались. Потому что неопределенность безумно выматывает.
— У меня есть основания предполагать, что бессмертные ведут нечестную игру. Они желают рассорить членов делегации. И для этого используют меня как пешку в своей игре. Я точно знаю, что у них имеется досье на каждого из нас, но не те, что были предоставлены нами. Свои. А как они их получили, судите сами. Я полагаю, что у них есть свой человек среди нас. И это не вы и не Аршинов. Потому что они стравливают именно вас. Если бы вампиры были заинтересованы в ком-то из вас, то дело бы коснулось других. Вы самые сильные фигуры в этой игре. Как не крутите, вы военный генерал, он — главный из министерских, и тоже имеет некоторый вес. Пусть и поменьше вашего. И если подумать, то вы нужны Аршинову, да и вам он очень пригодится. Вместе вы мощная команда. Вампиры это понимают и хотят ослабить. Что бы остался только один.
— А без свидетелей, вампиры умолчали бы о том, о чем нельзя всем знать, что связь была, — подвела она черту.
— Вы подумали, что доктор может выяснить, что интимные отношения имели место? Но не в ракурсе насильственных, а вполне одобренных? Не хотели ставить меня в неловкое положение? Потому что если бы это узнали все…
— Да, без нашего участия в осмотре, возможность была бы. А интуиция мне подсказала, что не было ничего дурного. Произошло глупое недоразумение. Потому что это было очевидно по лицу и поведению…
К сожалению, если ситуация будет обостряться так стремительно, Аршинову придется пойти на примирение с генералом, а для этого ему необходимо будет чем-то поступиться. И этим чем-то будет Калина Проскурина. Вот о чем она подумала. И как ни странно, на эту мысль ее навел Вишнар. То как он внимательно наблюдал за происходящим, и какие взгляды бросал на гостью, нисколько не скрывая их значения. Словно внушал эту мысль. Смотри и думай.
Калина поняла, что мозг ее уже вскипает. И решила откинуть все доводы кроме одного. Что интересно и нужно ей самой?.. Узнать бессмертных лучше, понять, что они затевают. А для этого нужно остаться и проявить требующуюся от нее мудрость. А в чем она должна выразиться? В примирение с Васнецовым? Кажется, это логичней всего предположить. Еще ее отец всегда говорил, что в силах женщины добиться всего от мужчины, если вовремя склонить перед ним голову. Подарить ему ощущение силы и власти, даже если это далеко не так. В этом женщины большие мастера. Водить сильных за нос, демонстрируя свою слабость… Значит именно так и стоит поступить!
— Неужели? Пришли проверять, не изменяю ли я своей супруге с этим изделием массового производства бессмертных?
— Показать наши добрые намерения. Не более того. Снять отчуждение. Пусть люди сами узнают бессмертных. Естественно, мы обеспечим всем круглосуточную охрану. Хотя в этом нет необходимости, но для психологического спокойствия туристов мы на все готовы. За это не переживайте. Вы уже имели возможность увидеть, что тут вам никто не угрожает.
— Не нуждаетесь ли вы в услугах моего доктора?
— Да, но пока большая часть проголосовала против. Я в их числе.
— Что это означает?
Официально начался первый этап мирных переговоров. В большом просторном зале для встреч собралось около пятидесяти персон. Пятнадцать человек делегатов мира, остальные — вампиры. По центру помещения длинный квадратный стол, с одной стороны его возглавляет правитель бессмертных, с другой генерал Васнецов. Аршинов умышленно пошел на этот шаг, дал оппоненту уступку, вроде как ретироваться за утреннее происшествие. Чтобы иметь, таким образом, преимущество. Пусть вояка думает, что он главный.
Но сразу после обеда Вишнар развеял все сомнения гостьи. Когда попрощавшись со всеми, поинтересовался ее самочувствием еще раз, во всеуслышание:
— Вы только помягче с ним и похитрее. Он все-таки не так умен, как думает. А самолюбец редкий. Был бы поумнее, разве стал бы он с вами ссориться? Этим он меня просто удивил! — тяжело вздохнула Калина.