— Смотрите, как шагает, — вослед ей с улыбкой заметил Танум. — Но не сомневайтесь, предложат по дороге еще сладкое, в кладовку пойдет.
— Ничего не угрожает?
— Наша жемчужина, — не без гордости шепнул Вишнар. — Дива Калибриана. Моя любимая исполнительница. Может брать самые высокие ноты. Ее голосу нет аналогов в мире. Чудо.
Вишнар расхохотался забавной аллегории:
Словно сам собой неизвестно откуда появился Танум и повел гостью за собой.
— Вам комфортно в мире бессмертных? Надеюсь, вы не испытываете страх, находясь среди нас? Простите за мою прямоту, я испытываю большой интерес к традициям и миру людей. И возлагаю большие надежды на эти мирные переговоры. А так же, на ваш визит. Если вам будет угодно, двери моего дома открыты для вас. Понимаю, что время визита строго ограничено и вам нужно многое успеть, но имею надежду, что это не последний ваш визит и вы непременно посетите наш дом в будущем. Я бы хотел вас познакомить со своей семьей. Это мой сын и наследник, — он указал на молодого мужчину, что стоял рядом и все также пристально смотрел на Проскурину. Правда, теперь широко обаятельно улыбаясь. Вампир тут же склонился в почтительном поклоне. Вновь очень поспешно.
— У вас всегда долги службы, Амир! Когда вы уже все мне их вернете? — в строгой манере отшучивался Вишнар.
— Ступай. Если тебе захочется с кем-то в кладовку, я разрешаю. Но только если ты захочешь сама. Поняла?
— Агата, иди, поешь и возвращайся в свою комнату, — сказала журналистка, когда настало время ужина.
— А их много?
В глазах мужчины была такая откровенная жажда обладания, что это и смутило, и разволновало одновременно. До самого конца представления Проскурина избегала открыто смотреть вправо. Хотя боковым зрением видела, что бессмертный по-прежнему не отводит от нее глаз. Вероятно, ни разу за все представление не взглянул на сцену…
— А я думал, вы хотите принять участие в вечернем совете.
— Дождь, — шепнула бессмертная. — Завтра будет дождь…
— Благодарю вас, Вишнар.
— А где остальные члены делегации? — спохватившись, спросила журналиста.
— Она всегда такая, — беспечно ответил Вишнар. — Общество не любит и придумает что угодно, чтобы муж ее к нему не принуждал. Меланхоличка редкая.
Места в ложе государя хватило бы не всем, и членов делегации за исключением журналистки разместили в соседних ложах, где наилучший обзор. Оперный театр был заполнен зрителями до отказа. Вампиры в военных мундирах цвета крови и с ними… дамы.
— Тогда, не смею вас больше задерживать, Ягодка, — склоняясь к руке, согласился государь. — Доброй ночи.
— Кстати, вас ждет сюрприз, — шепотом пообещал Вишнар, хитро улыбаясь. Однако какой он так и не сказал.
— Я очень надеюсь на то, что визит к нам будет для вас приятным, — слегка склонившись, высказал свое пожелание один из бессмертных. Его звали Вариноминис. Он принадлежал к старинному княжескому роду Варимонгов. И по тому, как держался с ним сам государь, складывалось впечатление, этот вампир пользуется большим расположением правителя.
— Восхитительно! Не находите? — один Вишнар казалось, был преисполнен позитива. И это было резким контрастом тишине внизу. Отчего-то это бросилось женщине в глаза.
— Паршивец! Даму свою бросил! Я думал, хоть вечерок отдохну от его навязчивой опеки, — охнул Вишнар. — Просто вынудил его прийти сюда! Сказал, уволю с поста! Он бы целые сутки маршировал и ходил строем, дай волю. Никакой культурной жизни у этого бессмертного!
— А я могу взять конфетку? — глядя на вазу полную сладостей, спросила Агата.
— Не будет дождя, Тания, дорогая. Пойдем, — уговаривал бессмертный и, прихватив свою странную спутницу за плечи увел за собой, бросая обеспокоенные взгляды на незнакомку, и куда-то за ее спину.
— Его главное имя означает — желанный сын. Второе — долгожданный.
— Васнецов.
— Они хотят этот мир. И вы, люди, искренне интересны им.
Танум изо всех сил зажимал себе рот, чтобы не смеяться вслух. Но кивал, словно он с этим согласен.
— Вы о чем?
Об этом и размышляла, когда знакомства завершились, и они двинулись дальше. Вишнар ступал рядом бодрой походкой — явно доволен вечером. Проскурину же что-то настораживало. Но что, пока понять не могла. Нужно было отдохнуть, отвлечься. Ответ придет. Она это уже знала…