– Отлично. С их поддержкой шанс на победу вырастит в разы, – ответил Ахаз’ир, попутно закрывая глаза.
– Отдыхай, – сказала Мьол, слегка склонив голову, как полагается по воинской чести, после чего устранилась из комнаты, закрыв за собой дверь.
Абаль некоторое время простоял рядом с кроватью. Ахаз’ир быстро задремал, засопел носом. По комнате разливался мрак, поглощающий и слабо мерцающий огонёк свечи, что нервно колыхался возле кривой стены на небольшом круглом столике.
Мужчина смотрел на каджита. Тот крепко уснул, замедляя своё доселе возбуждённое дыхание.
Потом Абаль вышел, аккуратно закрыв дверь на ключ.
Несколько часов пролетели в одно мгновение. Проснувшись, Ахаз’ир мигом закрепил свои ножны на поясе. Он уверенно стоял на нижних лапах, не давая боли, которая всё ещё присутствовала во всём теле, побороть себя.
Раздался звук замочной скважины. Дверь открылась и на пороге стоял Абаль. Каджит посмотрел на него.
– Время, – сказал редгард. Ахаз’ир молча кивнул. Осмотрев мрачные стены бедняцкой хижины, он слегка вздохнул, приложив лапу к своей морде. Мужчина молча стоял у входа, внимательно наблюдая за каджитом. Ахаз’ир вышел из комнаты наружу, почувствовав лёгкое дуновение слабого ветерка, несущего за собой свежий и холодный ночной воздух.
Абаль пришёл не один. У входа стояло ещё одно лицо. Каджит посмотрел на него, изрядно улыбнувшись.
– Надо же, не ожидал и тебя увидеть здесь.
– Я с-сслышал, вам нужна помощь? Ну так мой кинжал с-ссрадостью окажет вам такую чес-ссть, – сказал Тален-Джей. В этот раз вместо трактирного фартука на аргонианине находилась кожаная броня. Голову закрывал лёгкий кожаный шлем.
– Сегодня мы победим, – сказал каджит, положив ему лапу на плечо. – А где Мьол?
– Мьол задержится. Людей пришло ещё больше, чем мы ожидали, – сказал Абаль, закрывая дверь. – Все они собрались в тайном лагере под городом и готовятся к нападению.
– Тогда не будем их ждать. Пришло время, – сказал Ахаз’ир. – Уверен, они подоспеют в самый нужный момент.
Троица двинулась по узкой улочке, ведущей к торговой площади. Сейчас на улицах города не было ни единой души из числа обычных горожан, но сновали многочисленные патрули с факелами. Небольшая группа, миновав улицу, под покровом ночи преодолела торговую площадь. Каджит, редгард и аргонианин спрятались за невысоким каменистым заборчиком. Впереди находился мост, ведущий к крепости. По нему сейчас шёл отряд из четырёх хорошо вооружённых людей. Все среди них были наёмниками. Каджит бегло осмотрелся. Крепость была окружена патрулями. Стражники ходили по дощатым переулкам, по главным улицам города. Множество факелов разгоняли ночной мрак города. Увиденное наводило на мысль о том, что город находится в военном положении.
Как только ближайший патруль наконец отдалился, троица тут же миновала мост и спустилась по узким деревянным ступеням на первый ярус. Канал протекал под доками города, извилисто уходя на северную его часть. Впереди показались ворота, перекрывающие канал рекой, окружающей порт.
Ахаз’ир слегка вздохнул, когда увидел место назначения перед своими глазами. Хотя каджит не верил, что всё может произойти так гладко.
– Не будем терять времени. Надо найти механизм, открывающий ворота, – сказал он.
– Видишь ту балку? – сказал Абаль, указывая рукой. – Она подпирает навесную крышу. Там находится механизм.
– Отлично. Дело почти сделано, – сказал каджит. Не теряя времени, он пошёл по помосту вдоль канала, миновал мостик и оказался на противоположной стороне. Двое его спутников последовали за ним.
Подойдя к указанному навесу, Ахаз’ир замедлил шаг. Его лапа машинально легла на рукоять меча, а глаза устремились в одну точку. На его путь вышел наёмник, норд с чёрными волосами и огромными стальными латами, покрывающими его плечи и торс. Наёмник держал в руке обнажённый меч.
Каджит слегка отступил. Позади него послышались скоростные многочисленные шаги. Он обернулся. Со всех сторон на них были нацелены луки стражников, что появились внезапно. Многочисленные солдаты облепили мостик и противоположную сторону.
– Вот и всё, каджит, – сказал норд, ехидно скривив губы в улыбке.
Ахаз’ир, сощурив глаза, осмотрелся. Его взор остановился на Абале. Редгард медленно начал отходить, скрываясь за плечами стражников, что стояли неподвижно, натянув тетиву и нацелившись на каджита и аргонианина.
– Прости, Ахаз’ир… У меня не было выбора, – сказал Абаль.
Но каджит не ответил. Бросив на него тяжёлый взгляд, он так же тяжело вздохнул.
Ахаз’ир сидел на коленях возле одной из нескольких решёток, что закрывали собой тюремную камеру. Его лапы были связаны тугими путами, что впивались в сами кости, сжимая их чуть ли не до перелома. Рядом с ним, по левое плечо, сидел Тален-Джей, угрюмо опустив морду вниз. Справа же находился Бранд-Шей. Данмер бросил на каджита отчаянный взгляд, но Ахаз’ир даже не сделал и пол оборота головой. Закрыв глаза, он поник ею, помрачнел. Лапы судорожно ворочались в прочных узлах, стараясь найти тот изгиб, который помог бы им выбраться из него. Но ничего, кроме жгучей боли.
В замшелый коридор темницы вошла группа. Двое наёмников шли спереди. Они встали у стены с противоположной от сидячих пленников стороны. За ними шла женщина, позади неё ещё двое наёмников, которые впоследствии рассредоточились и встали по обеим сторонам за спинами пленников. Женщина остановилась перед ними. Осмотрев каждого холодным взглядом, её губы слабо поднялись в издевательской ухмылке.
Ахаз’ир поднял на неё свой взгляд. Пришедшая была облачена в дорогую, богатую одежду. Темноволосая женщина, не молодая, но и не преклонного возраста, остановила свой взгляд на нём. Они встретились взглядами, будто две противоположные стихии. Каджит горел пламенем, женщина же источала леденящий холод.
Она подошла и остановилась подле Ахаз’ира. Носки её высоких и хорошо ухоженных сапог устремились на каджита.