Сага о каджитах: Скрытая угроза: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сага о каджитах: Скрытая угроза

Вещий сон

Мрак постепенно рассеивался, освобождая пленённое своими оковами сознание. Глаза открылись и их взгляд пал в одну точку в тёмном, каменистом потолке. Вокруг царил могильный холод и мертвенная тишина, а по спине, лежащей на холодном и каменистом полу, пробежала лёгкая дрожь. Таинственный узник не спеша приподнялся, держась за сильно ноющую голову. Он бегло осмотрел комнату, окружающие его чёрные, заплесневевшие, рельефные каменные стены, на которых висел в железной подставке факел, чей неровно пляшущий огненный язык блекло освещал здешнее унылое окружение. Интерьер был бедным, непривлекательным. Узник сидел у стены. Справа, над обломленными каменными ступенями, стояло несколько пустых деревянных бочек возле скопления железобетонного мусора, а также находилась лежанка из овечьего меха светло-коричневого цвета. Слегка повернув тяжёлую, раскалывающуюся, как орех, голову влево, а быстрее было невозможно из-за ноющей боли в затылке и шейных суставах, узник увидел золотую статую женщины, склонившую голову в горьких слезах, что лились из её закрытых печальных очей: статую Мары, богини любви и плодородия. Рядом с ней стоял сгнивший деревянный стол с одной треснувшей ножкой, на котором кроме одной еле источавшей тоненькое пламя свечи и пары отмычек ничего более не находилось. С огромным трудом узник, придя в состояние, способное мыслить, но не помня своего имени и рода, будто ничего этого и не было, будто жизнь его была подобно чистому листу, что вот с первой своей строчки заполнилась чёрной кляксой на белом фоне, встал, опираясь на торчащий в стене выпуклый заплесневелый камень.

Постепенно в его голову приходила реальность. Как он тут оказался? И, главное, кто он? Ответ на этот вопрос не мог дать никто: ни статуя богини, которая молча лила свои золотистые слёзы из закрытых очей, ни мёртвая тишина, царившая в давно заброшенной тюремной камере, ни лёгкий сквозняк, доносившейся через ржавую клетку, находящуюся перед еле стоявшим на ногах узником.

Он не спеша подошёл к столу, опираясь на него руками, глядя в сторону клетки. Добравшись до неё с большим трудом, чувствуя в каждом шаге бетонную скованность ног, он уперся руками о её железные прутья.

– Эй, кто-нибудь! – крикнул узник хриплым голосом, но из продольного, узкого тёмного коридора, освещённого всего одним факелом, никто не ответил.

Тогда, вернувшись ко столу, он взял две отмычки и вновь подошёл к клетке, присев на одно колено и, пытаясь рассмотреть замочную скважину всё ещё мутным взглядом, принялся обескураженно пытаться взломать её.

Как ни странно, это сделать получилось без особых усилий. Она со скрипом отворилась, освобождая узнику дорогу в кромешную тьму продольной комнаты.

«Надо убираться отсюда. К чертовой матери…» – пронеслось в его голове. Он медленно подошёл к факелу и снял его с железной подставки, вытянув руку вперёд, убивая свои глаза попытками рассмотреть что-то дальше двух метров. Но всё было тщетно. Дремучая темнота, хоть глаз выколи.

Ступая тихо, боясь потревожить царивший здесь покой, его босые ноги касались холодных сырых камней, распространяя по всему телу неутолимую дрожь и чувство отреченного страха. С каждым новым маленьким шагом из мрака начали появляться ещё ржавые, склонившиеся в бок и висящие на одних еле держащихся петлях клетки, за которыми, уже долгое время, покоились скелеты давно умерших здесь узников. Кем были эти люди? Преступниками? Или же несправедливо отбывающими свой срок ни в чём неповинные люди? Сейчас это уже не важно. Все они являются частью здешнего царства тьмы и мрака.

– Я чувствую биение живого сердца… – тихим, протяжным, как вой ветра, эхом раздался голос позади узника.

– Кто посмел… нарушить наш покой? – из тёмных недр маленьких тюремных камер сквозь ржавые прутья, отгораживающие останки заключённых от внешнего коридора, просочилось два обезглавленных силуэта. Узник медленно обернулся, его схватил ступор. Сердце нервно заколотилось с особой силой и казалось, что оно вот-вот вырвется из груди, словно птица из своего гнезда. Его факел начал нервно дёргать своим огненным языком. Призраки прошлого не спеша волочились к отрешённому от света узнику. Он, резко развернувшись, побежал, что хватило сил, вперёд, спотыкаясь о лежащие камни и груды мусора, рассекая тьму мерцающим свечением огня.

Пробежав вверх по лестнице, он повернул налево и побежал вдоль таких же голых каменных стен. Впереди показалась огромная деревянная дверь. Столкнувшись с ней, узник нервно начал дёргать за рукоять, но она не подавалась. Физическое истощение и головная боль – всё это было забыто так же, как и прошлая жизнь. А была ли она вообще? Страх меняет нашу реальность. Единственной главной целью остаётся борьба за жизнь, и не важно, что для этого предпринимается. Главное спастись и выжить, любой ценой.

 В крови узника бил сильный адреналин. За его спиной, постепенно поглощая всё вокруг, надвигалась Тьма. Он обернулся, прислонясь спиной к деревянной двери, нервно дыша. Его факел внезапно потух, так предательски лишив освещения, позволив мраку заброшенной тюрьмы окутать узника. А Тьма, уничтожая материальную реальность, всё ближе и ближе приближалась к живому существу, стремясь поглотить и его. Узник закрыл предплечьем свои глаза, в пол голоса завопив от страха. Из Тьмы раздалось эхо, отразившееся в его сознании и так сильно давящее на барабанные перепонки:

– Тьма, смерть, ужас. Вот что ждет всех вас. Нет света, способного противостоять мне…

Узник резко повернулся и начал бить, насколько хватало сил, по твёрдой древесине, разбивая в кровь свои кулаки…

– А ну давай, прос-ссыпайс-сся, – стук об дверной косяк стал более частым, дабы разбудить спящего.

– Вс-сставай, хвос-сстатый, – вновь прозвучало, с продольным звучанием глухого «с» спустя некоторое время.

На пороге комнаты, в которой крепко спал постоялец здешней таверны, стоял зеленокожий гуманоид с хвостом, на котором, словно маленькие лезвия, прорезались острые зубцы; с выпуклым наружу, но в то же время плоским, без изгибов, носом, где вместо круглых ноздрей, как у человека, имелось два узких прореза.

Аргониане, или же человекоподобные ящерицы, родом из Чернотопья – страны, где кругом одни болота. Скудная, несчастная жизнь этих существ в родных краях заставила их расселиться по всему Тамриэлю в поисках средств для более достойной жизни. Некоторые представители чешуйчатых нашли своё пристанище и здесь, в холодной нордской стране, под названием Скайрим. Правда, независимой страной её считают лишь сами местные норды, которые составляют большинство здешнего населения.

Недавние события, связанные с убийством Верховного Короля Скайрима, Торуга, силами Сопротивления, разделили страну на два неистово враждующих лагеря. Война, охватившая не только материальные ценности, но и саму духовную природу здешней среды, бушует уже давно. Первый лагерь лоялен к Империи – огромному государству, расстелившему свои границы от песчаного Эльсвейра на юге и Хаммерфелла на северо-западе, до контрастного Морровинда на востоке. Провинция холодных ледников и снежных пустынь, Скайрим, является частью этой огромной державы.

Второй лагерь, характеризующийся этнической однородностью, преимущественно состоящий из нордов, борется с имперским угнетением, стараясь обрести свою независимость. Неприязнь к Империи в Скайриме берёт свое начало от подписания Конкордата Белого Золота – договора, составленного Альдмерским Доминионом и позорно принятого Империей в знак её поражения в Великой Тридцатилетней войне. Одним из наиболее тягостных условий является отречение от священного культа Девятибожия, запрет на поклонение Талосу – главному богу-человеку среди нордов. Адепты подвергались преследованию со стороны Империи и строгому наказанию, которое совершали юстициары Альдмерского Доминиона. Постепенно большая часть населения Скайрима, недовольная таким положением дел, начала сплачиваться вокруг повстанческих сил, поначалу маленьких разрозненных групп, образовавшихся в самой древней части провинции. Виндхельм – старинный город, некогда являющийся столицей Скайрима. Теперь столицей является Солитьюд, где противоположным образом сформировались силы имперских лоялистов. Там же держит свой гарнизон имперский генерал Туллий – превосходный военачальник. Лидером так называемых сепаратистов и бунтовщиков является ярл Виндхельма Ульфрик Буревестник, который убил Торуга в поединке, используя свой Ту’ум, или Крик, и заявил свои притязания на королевский трон, в чем его поддержала большая часть населения провинции.

На почве ненавистных друг другу разногласий в Скайриме стала испытываться неприязнь к представителям других рас: к эльфам, особенно к данмерам и альтмерам. Аргониане не избежали подобной участи и испытывают гнёт как со стороны местных нордов, так и со стороны Империи. Нелёгкая судьба выпала на плечи этих существ.

Открыв сонные глаза и повернувшись в сторону выхода, Тхингалл не спеша и лениво встал, широко потянувшись.

– Пос-ссетилели пришли и их уже много. Пора тебе братьс-сся за работу, – после этих слов аргонианин вышел, оставив каджита наедине с собой.

Раса кошкообразных гуманоидов, каджиты, родом из Эльсвейра – жаркой страны песчаных пустынь, высоких пальм и глубоких каньонов. Как и многие другие, расселились по всему Тамриэлю, вплоть до Скайрима. Характерными чертами каджитов является острый ум, ловкость и напыщенная харизма. Они умелые воры и торговцы, но в то же время некоторые из них становятся превосходными воинами. К магии каджиты так же имеют предрасположение. Однако, на изучение всех аспектов уходит очень много времени, поэтому мало кто из представителей этой расы становится известным магом.

Тхингалл был внушительного вида каджитом. Острый взгляд ярко-оранжевых глаз с узкими кошачьими зрачками, тёмно-бурая шерсть, длинный пышный хвост, гладко уложенные тёмного цвета волосы, заплетённые в длинную косу на спине и физически хорошо развитый торс. Он не был воином, но имел к этому большое предрасположение. Своих родителей он не помнил. Они пропали, когда он ещё котёнком оказался в Рифтене. С малых лет его воспитывал нордский купец. В прошлом он был хорошим воином, поэтому по мере становления Тхингалла юношей обучал его азам ратного дела. Умер он, когда Тхинлалл возмужал, стал юношей, умел крепко держать рукоять меча. Но одно дело уметь держать оружие, другое дело уметь убивать и не быть убитым.

Каджит не спеша подошёл к умывальнику и лениво умыл свою морду ледяной водой. Внизу, на первом этаже, уже было шумно. Хозяевами таверны «Пчела и жало», где в отличие от других таверн в Скайриме не было барда, являлась семья аргониан. Тален-Джей и его жена Кирава совсем недавно соединились узами брака. Тхингалл был у них на свадьбе. Славный выдался праздник, а после и драка, как это обычно бывает. Эх, много же посетителей данного мероприятия оказалось под стражей за учинённое хулиганство и спровоцированный мордобой.

Спустившись вниз, Тхингалл осмотрел взглядом заполненное посетителями помещение, где были заняты почти все столики. Рано утром или поздно вечером здесь собираются горожане Рифтена, чтобы выпить кружку тёплого нордского мёда и обсудить насущные проблемы, или же просто расслабиться от души.

– Если у тебя есть монеты в кошельке, то ты в нужном мес-ссте. Прис-ссаживайс-сся, – сказала Кирава новоприбывшему гостю и тот уселся за крайний маленький столик, что стоял в углу.