– Тогда помоги мне найти тайный ход.
– А дальше что? Ну покажу я, и куда ты пойдёшь, Ситар?
– Куда-нибудь. Что-нибудь придумаю.
Джагжит качает головой и отталкивается от двери, приближаясь медленно, так же размеренно произнося слова:
– Не придумаешь, Ситар. Не знаю, как обстоят дела у вас в Зоа, но здесь, поверь, тебе не удастся сделать ни шагу. Да ещё в таком виде… первый же встречный примет тебя за беглого или преступника.
Вероятно, слуга прав. Вероятно, Джи действительно совершает глупость, но здесь он оставаться больше не может. Калидас достанет его. Если не ядом, то ножом. Или окончательно сведут с ума кошмары. К тому же он просто обязан решить свою проблему.
– И всё равно… покажи мне выход.
Джагжит снова качает головой, он уже на краю бассейна, уже спрыгивает в воду прямо перед Джи.
– Нет, – заявляет, – я пойду с вами.
– Не дури, если меня поймают, просто вернут сюда, тебя же казнят!
– Не поймают.
Он наклоняется, расставив руки и одновременно нажимая на две плиты, и вдруг другие две, на которых он как раз стоит, проваливаются вниз. Но вода в бассейне остаётся на том же уровне. То есть, внизу приличная глубина…
«Ладно, думаю, другого выхода нет».
Не дождавшись ответа от Лилавати, Джи подходит к чернеющему провалу, спускает туда сначала одну ногу, потом другую, погружаясь в воду по пояс. И вдруг его хватают за ступни и дёргают вниз. Острые края плиток впиваются в руки, едва не отодрав рукава халата. Вода попадает в нос, горло… Но неожиданно погружение сменяется падением. Твёрдый пол бьёт по заду, а над головой остаётся колышущееся марево с отблесками факела. Нет, это не факел – свет слишком ровный. Джи переводит взгляд за спину потирающего плечо Джагжита и видит ровную светящуюся линию, словно нарисованную на стене. Линия эта тянется вдоль всего коридора и уходит за поворот.
– Что это?
Джагжит пожимает не ушибленным плечом.
– Какой-то секрет древних, построивших эту башню. Пошли, а то замёрзнешь.
Да уж, теперь он мокрый с ног до головы. Но голос слуги звучит нервно, значит ли это, что лучше пока не расслабляться?
Один поворот сменяется другим, на земляном полу не остаётся следов – вся стекающая вода просто впитывается. Но сандалии – явно не подходящая обувь для этого подземелья. Грязь прилипает к подошвам, забивается внутрь, узкие ремешки врезаются и натирают ступни. Джагжит же лишь пару раз останавливался, чтобы стащить сапоги и вылить из них воду. Но чем дольше они идут, чем сильнее Джи чувствует пронизывающий халат ветер, и тёплым его никак не назовёшь. Впрочем, ещё только ранняя осень, днём не должно быть так холодно. Но сейчас ночь.
Ветер крепчает, а полоса света тускнеет. Да и стены коридора уже совсем не гладкие, а бугристые, и на огромных булыжниках, из которых они сложены, всё больше плесени. Чувствуется нарастающий неприятный запах. Джи надеется, что выход уже близко, но слуга снова и снова выбирает какой-то определённый поворот… и присутствие Лилавати постепенно слабеет.
Точно, она же говорила, что не может удаляться от башни. Но это же означает, что они уже далеко?
– Сколько ещё?
– Почти вышли.
Джи раздражённо бросает взгляд на ближайшую стену. Свет полосы давно пропал, но вокруг не царит темнота. А всё потому, что больше нет потолка. Точнее, его заменяют какие-то развалины. Всё вокруг напоминает останки огромного каменного дома, а кроме плесени везде ещё и целые простыни паутины. Вонь же стала почти невыносимой, чтобы защититься от неё, Джи закрывает нос влажным рукавом халата.
И вдруг позади раздаётся какой-то хруст. Но оглянувшись, Джи не видит ничего, кроме всё тех же полуразрушенных стен, местами залитых рассеянным лунным светом, а местами скрытых во мгле. И эта мгла… там кто-то есть… Но Джагжит ускоряет шаг и уверенно ведёт его всё дальше. Из развалин, по заросшей бурьяном улице, вдоль широкой сточной канавы. Дорога понемногу начинает подниматься в гору, а вонь слабеть.
– И всё-таки, куда ты ведёшь меня?
– Есть тут… одно место, – не особо охотно отзывается Джагжит, даже не поворачивая головы.
Впрочем, он уже давно не оглядывался. Мурашки пробегают по спине Джи. И он решается потянуться к треугольной спине в кожаной куртке. И вдруг окунается в сожаление и нетерпение. Джагжит явно не чувствует себя довольным. И он торопится… торопится покончить с чем-то…
И тогда Джи останавливается. Взлохмаченная фигура продолжает удаляться, и он посылает ей в след уверенность, что парень из Зоа всё ещё следует по пятам.
Нога поскальзывается на камне, но мрак покосившейся колонны принимает беглеца. И неожиданно Джи чувствует себя в безопасности. Не то чтобы полной, но он уверен, никто сейчас не способен рассмотреть его тут, в этой тени.