От межколониальных конфликтов к битве империй: англо-французское соперничество в Северной Америке в XVII-начале XVIII в.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Дадли несколько изменил свою позицию только после французских рейдов, когда многие в колонии стали обвинять его в бездействии. В марте 1704 г. было принято решение объявить набор 600 волонтеров, для «патрулирования побережья и лесов этих провинций и нападения на восточное побережье Новой Шотландии и Пор-Руайяль». Волонтеры должны были содержать себя самостоятельно, и единственной платой для них, как, впрочем, и для всех остальных жителей Массачусетса являлись вышеупомянутые премии за скальпы.[1063]

Однако, несмотря на определенный рост антифранцузских настроений в колонии, добровольцев нашлось немного. За два месяца удалось набрать лишь около 500 человек. Командование этими силами было поручено заслуженному ветерану майору Бенджамину Черчу, участнику многих кампаний против индейцев.

Чёрч предлагал сразу атаковать Пор-Руайяль, однако Дадли был против этого. В инструкциях Чёрча (возведенного по этому случаю в звание полковника) говорилось, что он должен напасть на союзных французам индейцев в районе Пассамакуоди, а затем — на акадийские поселения в бухте Мин и на перешейке Шиньекто. Ему и его людям предписывалось «использовать все возможные средства, чтобы сжигать и уничтожать вражеские дома и разрушать дамбы, которые защищают их поля, и наносить им всякий другой вред, какой только возможно, и захватывать пленных».[1064]

В конце мая 1704 г. жаждавший мести Чёрч покинул Бостон. Первой жертвой англичан стала фактория Сен-Кастэна в устье Пентагоэ. Все ее постройки был сожжены, а находившиеся там французы и индейцы либо бежали, либо были взяты в плен. Затем англичане направились в бухту Пассамакоди, услышав от индейцев, что якобы там собираются крупные силы французов. На самом деле в этом крошечном поселении никого не было. Сравняв его с землей, бостонцы направились в залив Фанди. 1 июля 1704 г. Чёрч появился в бухте Мин. Большая часть ее жителей поспешила скрыться в окрестных лесах, унося с собой свое нехитрое имущество и угоняя скот. Опустевшие дома были сожжены англичанами, которые заявили, что это — акт возмездия за нападение на Диарфилд. Самые тяжелые последствия для хозяйства акадийцев имело то, что Чёрч приказал разрушить плотины (так называемые абуато), плод их многолетнего труда, позволявшие использовать чрезвычайно плодородные прибрежные земли.[1065]

Из бухты Мин Чёрч послал письмо властям Новой Франции, угрожая обрушиться на границы Канады, если не будут прекращены набеги на английские поселения.[1066] Тем временем Дадли, по каким-то причинам не желавший того, чтобы Черчу досталась слава завоевателя Акадии, послал в Пор-Руайяль пришедшие в то время в Бостон два английских военных корабля и массачусетскую «провинциальную галеру». Их капитанам было дано распоряжение произвести военную демонстрацию и попытаться склонить французов к сдаче.[1067]

24 июня / 5 июля (по французским данным 2 июля) английские корабли появились в бухте Пор-Руайяля. Киприэн Саутэк, командовавшей эскадрой, предложил губернатору Бруйяну капитулировать в течение 48 часов, заявив, что в противном случае 1300 солдат и 200 дикарей, имеющихся в его распоряжении, «сожгут все дома и другие постройки, перебьют весь скот, потравят посевы, захватят в плен всех женщин и детей поголовно».[1068] Однако, несмотря на угрозы, Бруйян не спешил сдаваться. К моменту появления англичан укрепления Пор-Руайяля были значительно обновлены. Его гарнизон насчитывал около 150 солдат и офицеров. Кроме того, Бруйян сформировал из жителей Пор-Руайяля и его ближайших окрестностей шесть рот милиции, общей численностью 300 человек (часть из них, правда, не имела огнестрельного оружия), а также обратился за помощью к индейцам. Военно-морские силы Акадии составляли два присланных из Франции фрегата и корабли каперов и корсаров, базировавшихся в заливе Фанди.

Спустя девять дней, после того как под стенами Пор-Руайяля появились английские корабли, туда же подошел отряд Чёрча, который, очевидно, тоже не хотел отказываться от своих планов. Однако, несмотря на то, что теперь у англичан было почти четырехкратное преимущество над французами, они не решились пойти на приступ. После нескольких мелких стычек и перестрелки в середине июля английские корабли ретировались. Прежде чем взять курс на Бостон, Чёрч разорил поселение Бобассен и еще некоторое время охотился за скальпами индейцев в районе Пентагоэ.

С точки зрения властей Массачусетса, операция все равно была удачной. В руки англичан попало более ста пленных и большая добыча. И без того не процветающая Акадия оказалась в критическом положении, хотя и осталась в руках французов. Хозяйству этой колонии был нанесен огромный ущерб. В последующие годы акадийцы жестоко страдали от голода, так как их лучшие прибрежные поля оказались под водой.

События мая-июля 1704 г. продемонстрировали крайнюю слабость французских позиций в Акадии. В то же время они объективно свидетельствовали о нерешительности и пассивности Массачусетса, который собственными силами не мог одолеть даже такого исключительно слабого соперника.

Однако, не слишком преуспев в наступательных действиях, англичане смогли неплохо организовать свою оборону. В середине лета 1704 г. Дадли сообщал в Лондон, что в поселениях на границах колонии для защиты от французов и индейцев размещено 1900 ополченцев.[1069] Набеги из Акадии и Канады все чаще стали встречать серьезный отпор. Так, в августе 1704 г. провалом закончилась попытка сьёра де Бокура повторить рейд против пограничных английских поселений в районе бухты Каско.

Кроме того, англичане активизировали борьбу с индейцами. Небольшие группы охотников за скальпами начали регулярно прочесывать пограничные леса. Зимой 1704-1705 гг. власти Массачусетса организовали более серьезную карательную акцию. Отряд полковника У. Хилтона, насчитывавший 250 ополченцев, к которым присоединилось два десятка «английских» индейцев, отправился в Страну абенаки. Пройдя на снегоступах почти 100 километров, англичане напали на большое поселение крещеных абенаки в районе Нарантсуака (или Норриджеуока) на реке Кеннебек. Захваченные врасплох индейцы в панике бежали в лес, предоставив неприятелю возможность беспрепятственно уничтожать их жилища и заготовленные на зиму запасы.

Как видим, ситуация в колониях в начале 1700-х годов напоминала ту, которая имела место в предшествующее военное десятилетие. В первую очередь это было связано с тем, что соотношение сил и подходы правительств метрополий, в основном, оставались прежними. Однако колониальных участников конфликта такой расклад устраивал все меньше. Вслед за Нью-Йорком они стали искать новую более оптимальную линию поведения.

Глава 2.

ЗАТИШЬЕ ПЕРЕД БУРЕЙ

«Традиционное» развитие событий в Северной Америке на начальном этапе Войны за испанское наследство побуждало предоставленные сами себе колонии к поиску новых стратегий и тактик, исходя из имеющихся у них ресурсов и тех задач, которые они ставили перед собой. На несколько лет на границах английских и французских владений наступило относительное затишье, однако оно оказалось предвестником бурных событий.

Переговоры Новой Франции и Массачусетса (1704-1706 гг.)

Среди французских колониальных чиновников не было единого мнения по поводу целесообразности и эффективности тактики пограничных рейдов. Их горячим противником был бывший интендант Новой Франции Шампиньи, ставший к этому времени одним из советников Поншартрена младшего. Он считал, что французам не следует провоцировать англичан, так как это может привести к ряду негативных последствий и прежде всего к новому выступлению ирокезов против Новой Франции. С его точки зрения, наиболее подходящим для французов было бы заключение с англичанами соглашения о нейтралитете.[1070] Первоначально Поншартрен не был согласен с Шампиньи и одобрил действия властей Новой Франции (скончавшегося в 1703 г. Л.-Э. Кальера на губернаторском посту сменил Ф. де Водрёй). Однако затем он несколько изменил свое мнение, очевидно, прежде всего потому, что прекрасно понимал, что в том сложном положении, в котором находится Франция, она не сможет прийти на выручку своим колониям, в случае если им будет угрожать серьезная опасность.

В королевском послании, отправленном в Квебек летом 1704 г. говорилось: «Если есть уверенность в том, что можно вести войну с англичанами с успехом и что это может привести к разрушению английских колоний умеренными средствами, не вводя Его Величество в новые расходы, это было бы предпочтительнее, но если уверенности в успехе нет, предпочтительным является нейтралитет». Однако поскольку «Слава Короля не позволяет его искать», властям Новой Франции было предложено использовать посредничество миссионеров и ирокезов, которые должны были подать англичанам идею заключения соглашения с французами.[1071]

Пока это письмо было в пути, ситуация в колониях не оставалась неизменной. К началу 1705 г. «малая война» на границе с Новой Англией несколько утихла. В то же время еще в 1704 г. Дадли, в руках у которого находилось значительное количество французских пленных, направил Водрёю несколько писем. В первом из них, датированном 10 апреля, он высказывал свое возмущение жестокостями французов, которые, по его словам, во время нападения на Диарфилд «нарушили законы христианской религии», и требовал возвращения английских пленных, за что он соглашался отправить часть содержащихся в Бостоне французов в Европу.[1072] В послании, отправленном 21 августа, Дадли предупреждал власти Новой Франции: «Если война будет продолжаться, это обяжет меня использовать по отношению к вашим людям методы, отличные от тех, которые я применял до настоящего времени».[1073] Однако отправленные через Олбани эти письма не дошли до адресата.

Тогда в декабре 1704 г. Дадли отправил в Квебек двух своих представителей Джона Ливингстона и Джона Шелдена, а также Джона Уэллса, которые доставили Водрёю копии двух вышеупомянутых писем и третье послание Дадли, где наряду с очередными упреками содержалось предложение произвести обмен пленными весной 1705 г. в районе устья Пенобскота.[1074]

Водрёй принял посланцев Массачусетса достаточно любезно (Джон Ливингстон жил у него в доме) и немедленно написал ответ Дадли. Губернатор Новой Франции отверг все предъявлявшиеся ему обвинения, заявив, что следует различать действия индейцев и действия французов, которые поступают со своими пленными точно так же, как и англичане, и, в свою очередь, упрекнул бостонцев в жестокостях по отношению к мирным жителям Акадии. Водрёй согласился произвести обмен пленными, выдвинув при этом ряд встречных условий. Кроме того, он заявил Дадли: «Если бы Вы были единственным правителем Новой Англии, как я здесь, я бы не колеблясь принял Ваше слово и был бы даже рад вернуть всех Ваших пленных с господином Ливингстоном; но поскольку у Вас есть совет, мнения членов которого часто расходятся», и где у Вас есть только один голос, Вам не следует обижаться на то, что я прошу гарантий для пленных, которых Вы должны мне прислать».[1075]

В мае 1705 г., не дождавшись по непонятной причине реакции Дадли, Ливингстон и Шелден покинули Квебек. Вместе с ними в Бостон отправился представитель Водрёя сьёр де Куртманш, которому кроме ведения дальнейших переговоров с властями Массачусетса было дано конфиденциальное поручение по возможности собрать как можно больше информации о состоянии английских колоний.[1076] Относительно обмена пленными Водрёй настаивал на том, чтобы все без исключения пленные французы были привезены в Пор-Руайяль, куда он, в свою очередь, обещал немедленно доставить всех находящихся в Новой Франции англичан.[1077]

Дальнейшее поведение Дадли явно свидетельствовало о том, что он прежде всего хотел затянуть переговоры, чтобы таким образом обеспечить, относительное спокойствие на границах Новой Англии в ожидании благоприятного момента для осуществления давно задуманных планов нападения на французские владения. Вместо того чтобы отправить имеющихся у него пленных в Пор-Руайяль, он вступил в дискуссию с Куртманшем относительно судьбы некоего Жана-Батиста, которого англичане обвиняли в пиратстве. Когда этот вопрос был урегулирован, Дадли выдвинул новые предложения, касающиеся процедуры обмена. Он заявил, что наиболее подходящим местом для этого является остров Маунт-Дезерт, где согласно его предложению не позднее 26 сентября должна была состояться встреча английских и французских уполномоченных. Губернатор Массачусетса настаивал также на возвращении 72 жителей Новой Англии, которые, по его сведениям, находились в руках абенаки и других индейских союзников французов. Кроме того, Дадли хотел, чтобы колонии договорились между собой, что они в дальнейшем будут возвращать друг другу всех пленных (не исключая и тех, которые будут захвачены индейцами) в течение двух месяцев. При этом французы должны были доставлять всех попавших к ним в руки англичан в Диарфилд или Уэллс, а англичане — отправлять французских пленников в Монреаль или Пор-Руайяль. Дадли составил проект специального соглашения по этому вопросу, которое было озаглавлено: «Договор, заключенный между находящимися в Америке правительствами провинций Залива Массачусетс и Нью-Гемпшир, с одной стороны, и правительством Канады и сопредельных земель, с другой, о взаимном возвращении пленных». Он подписал его и передал Куртманшу, надеясь (а, может быть, и не надеясь), что Водрёй подпишет его без дальнейших обсуждений.[1078]

Куртманшу была также вручена копия договора, заключенного между губернаторами Мартиники и английских владений на малых Антильских островах. В письме, которое Дадли просил передать Водрёю, было сказано, что этот текст соответствует намерениям губернатора Массачусетса, желающего, чтобы обе колонии «смогли жить в мире, если они не хотят войны».[1079] Иными словами, Дадли предлагал заключить сепаратное соглашение о перемирии.

Инструкции Куртманша не предусматривали обсуждения договора о нейтралитете (в тот момент, когда он покинул Квебек, вышеупомянутое письмо из Версаля еще не пришло). Однако, возможно, в разговоре с Дадли он упомянул, что администрация Новой Франции заинтересована в заключении не только соглашения об обмене пленными, но и общего перемирия. А может быть, сам Дадли решил использовать этот вопрос как средство затянуть переговоры и сохранить мир на границах.

При этом сам губернатор Массачусетса в действительности отнюдь не стремился к прочному миру с Новой Францией, а, наоборот, постоянно думал о ее завоевании. Об этом свидетельствуют его письма в Лондон, отправленные в то же самое время, пока велись переговоры с Водрёем. Так, в ноябре 1704 г. Дадли писал секретарю Совета по торговле, что «Квебек и Пор-Руайяль можно легко захватить», и если метрополия пришлет 4 или 5 фрегатов и несколько вспомогательных судов, то он, «видя хорошее расположение своих людей, организует экспедицию, в которой примет участие тысяча или больше человек». По словам Дадли, «это даст Его Величеству действительно великую страну, всю торговлю мехами и рыбой, не говоря уже о строевом лесе и навсегда успокоит индейцев, так как не будет никого по эту сторону от Мексики, чтобы снабжать их оружием и боеприпасами».[1080] Аналогичные идеи высказывались губернатором Массачусетса и в других его посланиях. Например, он как минимум дважды писал об этом графу Ноттингему (в апреле и в ноябре 1704 г.).[1081]

Надо отдать должное Дадли, избравшему, как нам представляется, удачную линию поведения. Его стратегия и тактика были ясны. В ожидании, пока метрополия пришлет силы, необходимые для завоевания Канады, он решил вести переговоры с французами, не собираясь приходить с ними к соглашению по каким-либо серьезным вопросам за исключением обмена пленными. Для этой цели он отправил в Квебек своего младшего сына Уильяма Дадли и капитана Семюэла Ветча. Дадли младший был наделен отцом такими же полномочиями, как и Куртманш.[1082] Однако ведущая роль в осуществлении миссии несомненно отводилась другому участнику делегации — Ветчу. Это был друг Дадли старшего — шотландский торговец, незадолго до этого обосновавшийся в Бостоне, человек, связанный с наиболее агрессивно настроенными кругами в колониях (кроме всего прочего, он приходился зятем Роберту Ливингстону), в дальнейшем ставший одним из главных инициаторов и организаторов английских экспедиций против Акадии и Канады. Ветч посещал Новую Францию перед началом войны по своим коммерческим делам и имел определенные связи среди французских торговцев пушниной (рис. 19).

В начале августа 1705 г. в Квебек прибыл английский корабль, на котором находились Куртманш, Дадли младший и Ветч. Появление неприятельского судна, вдобавок нагруженного английскими товарами, явилось неприятным сюрпризом для администрации Новой Франции, которая оказалась в затруднительном положении. С одной стороны, по закону Водрёй должен был отдать приказ задержать корабль и конфисковать весь его груз, особенно учитывая то, что Куртманш не имел никаких полномочий приводить англичан в Квебек морским путем; в его инструкциях было четко сказано, что он должен вернуться в Квебек через Олбани (правда, сам Куртманш говорил, что он заболел и не мог передвигаться посуху). С другой стороны, англичане, по крайней мере официально, прибыли для переговоров, в которых французская сторона была очень заинтересована. Позднее Водрёй писал министру, что он бы «не преминул приказать арестовать этот корабль, который был бы таким хорошим призом, если бы мне не помешали переговоры, которые мы уже начали с господином Дадли».[1083] В итоге губернатор Новой Франции после некоторых колебаний был вынужден разрешить заход английского корабля в квебекский порт.

Колебания Водрёя были не напрасными. За те три с лишним месяца, которые Дадли младший и Ветч провели в Новой Франции, они, пользуясь предоставленной им свободой и разрешением посетить английских пленных, собрали множество самых разнообразных сведений о ситуации в колонии, и прежде всего о ее военных силах, фортах, укреплениях, численности населения и т. п. Эта информация в дальнейшем была использована при разработке планов операций против французов.

Ветч не забывал и о своих собственных интересах. Несмотря на формальный запрет Водрёя, он выгодно распродал все привезенные им товары и закупил большую партию мехов. Кроме того, он восстановил свои старые контакты с французскими торговцами, что позволило ему и некоторым его компаньонам начать чрезвычайно выгодную контрабандную торговлю с Канадой и Акадией.

[1063] Leach D. E. Arms for Empire: A Military History of the British Colonies in NorthAmerica, 1607-1763. New York, 1973. P. 132.

[1064] Church B. The History of the Eastern Expeditions of 1689, 1692, 1696, and 1704 /Ed. by H.M. Dexter. Boston, 1867. P. 255.

[1065] См.: Ibid. P. 257-280.

[1066] Hutchinson Th. The History of the Colony of Massachusetts. Bay: In 2 vols.Vol. II. London, 1765. P. 108.

[1067] Church B. Op. cit. P. 270.

[1068] Copie de la lettre des commandants des navires anglais aux habitants du Port Royal // Collection de manuscrits… T. II. P. 419-420.

[1069] См.: Dudley to the Board of Trade. July 13, 1704 // Documentary History of the State of Maine: In 24 vols / Ed. by W. Willis et al. Vol. IX. Portland, 1896-1916. P. 19.

[1070] Эти замечания Шампиньи высказал в своих пометках на полях цитировавшегося нами выше донесения Водрёя и Боарне Поншартрену от 15 ноября 1703 г. Некоторые авторы, в частности Ф. Паркмен, ошибочно приписывали их самому Поншартрену; см.: Hammang F. H. Op. cit. P. 122 (прим. 36).

[1071] Memoire du Roi aux MM. de Vaudreuil et de Beauharnois. Le 14 juin 1704 // Archives des Colonies. Serie B. Registre XXV. F. 114.

[1072] Lettre du Gouverneur Dudley a monsieur le marquis de Vaudreuil. A Boston, le 10 avril 1704 // Collection de manuscrits… T. II. P. 410-411.

[1073] Lettre du Gouverneur Dudley a monsieur marquis de Vaudreuil. A Boston, le 21 aout 1704 // Ibid. T. II. R 425-426.

[1074] Lettre du Gouverneur Dudley a monsieur le marquis de Vaudreuil. Boston, le 20 decembre 1704 // Ibid. P. 426-427.

[1075] Lettre du monsieur de Vaudreuil au Gouverneur Dudley. A Quebec, le 26 mars 1705 // Ibid. P. 428-430.

[1076] Hammang F. H. Op. cit. P. 127.

[1077] См.: Instruction au sieur de Courtemanche (1705) // Collection de manuscrits… T. II. P. 432.

[1078] Traite fait et conclu entre le gouvernement des provinces de la Baye de Mas-sachusets et La Nouvelle Hempshire d'une part, et le gouvernement de Canada et ses dependances tous deux en Amerique pour la restitution des prisoniers des deux costes // Archives Nationales. Serie F3. Registre VIII. F. 380-381.

[1079] Lettre du Gouverneur Dudley a monsieur le marquis de Vaudreuil. A Boston, le 4 juillet 1705 // Collection de manuscrits… T. II. P. 435-438.

[1080] Governor Dudley to [? Mr. Secretary Hedges]. Boston, New England. Nov. 26, 1704 // Calendar of State Papers. Colonial Series. Vol. XXII. P. 324-325. No 679.

[1081] См.: Report on Canadian Archives for 1883. Ottawa, 1884. P. 24.

[1082] Lettre du Gouverneur Dudley a monsieur le marquis de Vaudreuil. A Boston, le 4 juillet 1705 // Collection de manuscrits… T. II. P. 438; см. также: Lettre du sieur Dudley a monsieur le marquis de Vaudreuil, portee par monsieur Dudley fils // Ibid. P. 439.

[1083] М. de Vaudreuil au Ministre (le 19 octobre 1705) // Rapport de l'Archiviste de la province de Quebec. 1938/1939. P. 96. 71 См.: Waller G.M. Samuel Vetch: Colonial Enterpriser. Chapel HIII, I960. P. 82.