Пуговица, или серебряные часы с ключиком: читать начало книги онлайн

— Не знаю. Здешние деревенские били, а рыбак донес.

Смеркалось. Кто-то в комнате над ними колол дрова.

— Расстреляют они меня?

— Я не знать, Хопф. Я не знать.

Мальчик сидел и смотрел, как бывший управляющий плакал. Хоть бы Николай пришел или Мишка!

Генрих встал и велел управляющему идти за ним.

Они подошли к бункеру. Но оказалось, что Леонид так разломал дверь, что ее теперь нельзя было запереть.

— Да, Хопф. Я поговорить комендант. — Генрих заставил управляющего дать обещание, что он не убежит.

— Да, обещаю, Товарищ. Обещаю.

Мальчик разыскал дощечку и подпер ею ручку двери так, чтобы ее нельзя было открыть с другой стороны.

Уже на лестнице он, что-то вспомнив, снова вернулся к бункеру.

— Скажи, Хопф, а скрипка — она у тебя просто так или на ней по-всамделишному можно играть?

Управляющий, сидевший закутанным в одеяло в углу подвала, сразу ожил.

— Ты имеешь в виду виолончель? — Он встал. Одеяло упало на пол. — Разумеется, на ней можно играть. — И он тут же объяснил мальчику, как.

— И не надо ее под подбородок засовывать?

— Нет, нет! Вот так на ней играют. — Управляющий продемонстрировал игру на виолончели, как будто у него и смычок был в руках.

— Так только черт на скрипке играет.

— Этот инструмент называется «виолончель».

— Ладно, хватит, Хопф.

Генрих снова подставил дощечку под ручку двери и пошел наверх. А управляющий, закутавшись в одеяло, устроился в углу подвала.

Комендант вернулся поздно. На витрине горела свеча. Солдаты спали. Между ними на соломе лежал Генрих и тоже спал. Сержант расстегнул ремень, бросил на кресло. После долгой верховой езды он устал и теперь медленно стягивал сапоги.

— Николай, — вдруг послышался голос мальчика, — он во всем признался. Он на Толека не доносил. — Генрих сидел на соломе, тер глаза и злился, что все-таки заснул.

Комендант приказал рассказать все по порядку.

— Где этот Хопф, этот управляющий?

— В бункере. Но он на Толека не доносил.

Генрих спустился вниз. Дощечка так и стояла никем не тронутая.

— Никс бояться, Хопф!

Поднимаясь по лестнице, он повторял, чтобы управляющий не боялся.

А речь, оказывается, пошла у коменданта о пашне, приписанной к имению.

После каждого слова сержанта управляющий кивал. А когда Николай хлопал ладонью но столу, он вытягивался, щелкал каблуками и говорил: «Так точно, господин комендант». На самом деле он почти не слышал, что ему говорили, — столь сильным было ощущение счастья. Поначалу он решил, что обязан им мальчишке.