Дипломатия в годы войны (1941–1945): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Командованию советских вооруженных сил было дано указание интенсивно сбрасывать с самолетов вооружение в район Варшавы. Кроме того, был отдан приказ ускорить продвижение советских войск к Варшаве. 14 сентября 1944 г. войска 1-го Белорусского фронта овладели крепостью Прага. Даже руководители антисоветского польского правительства вынуждены были признать большую помощь, оказанную советскими войсками восставшим варшавянам. В своем обращении к повстанцам, переданном по лондонскому радио 19 сентября, Миколайчик заявил: «Сегодня советские военно-воздушные силы создают вам воздушное прикрытие и снабжают зенитной артиллерией. Русские подвергают врага артиллерийскому обстрелу и уже сбрасывают некоторое вооружение и продовольствие, делая таким образом возможной дальнейшую борьбу.

По поручению польского правительства я признаю эту помощь с благодарностью…»[482].

Но ни беззаветный героизм варшавян, ни посильная помощь советских войск не могли изменить положения. Немцы бросили против повстанцев огромные силы, большое количество танков и самолетов. По приказу Гитлера началось методическое уничтожение Варшавы. Восстание было потоплено в крови.

Советские войска помогли значительной части варшавян выбраться из осажденного немцами города. Под прикрытием огня советской артиллерии тысячи повстанцев переправились на другой берег Вислы, где им была оказана вся необходимая помощь. Из Советского Союза уже в августе-сентябре 1944 года в освобожденные районы Польши были направлены медикаменты, продовольствие и другие необходимые товары. В октябре 1944 года было подписано первое торговое соглашение между СССР и Польшей, в соответствии с которым СССР брал на себя обязательство по снабжению Польши основными видами сырья.

Югославский вопрос в англо-советских отношениях

В сентябре 1944 года советские войска подошли к границам Югославии. Время полного освобождения Югославии от фашистской оккупации приближалось.

Советский Союз оказывал братскую помощь югославскому народу на протяжении всей войны. Эта помощь касалась не только военной области. Уже в октябре 1941 года с территории Советского Союза начались регулярные передачи радиостанции «Свободная Югославия». Эти передачи сыграли большую роль в правдивом информировании мировой, особенно югославской, общественности о развитии народно-освободительной борьбы югославского народа против фашистских оккупантов.

На международной арене, в ходе различных дипломатических переговоров Советское правительство выступало твердым защитником интересов югославского национально-освободительного движения, которое возглавлялось Коммунистической партией Югославии во главе с И. Броз Тито. Это было особенно важно, учитывая, что Англия не только односторонне поддерживала четников, предавших интересы югославского народа и ставших пособниками фашистских оккупантов, но и делало все, чтобы ликвидировать партизанское движение.

Мало того, на всем протяжении войны английское правительство постоянно пыталось оказывать нажим на правительство СССР, стремясь добиться от него то оказания соответствующего воздействия на руководство народно-освободительного движения Югославии, то поддержки различных своих шагов в югославском вопросе.

Еще в ноябре 1941 года английское правительство предложило правительству СССР предпринять совместные шаги, направленные якобы к предупреждению «вырождения восстания (антифашистской борьбы в Югославии. – В.И.) во внутреннюю борьбу…»[483]. Для этого Лондон предлагал подчинить все национально-освободительное движение Югославии Михайловичу – военному министру эмигрантского югославского правительства. Вместе с тем уже тогда было известно, в том числе, разумеется, и английскому правительству, что отряды Михайловича, при штабе которого находились английские представители, вступили в сотрудничество с оккупантами, что единственной силой, решительно выступившей против немецко-итальянских фашистских захватчиков, были партизанские отряды, руководимые Коммунистической партией Югославии. В ходе боев против оккупантов, усташей, югославских фашистов Павелича и четников Михайловича партизанские отряды впоследствии объединились в Народно-освободительную армию Югославии (НОАЮ).

Несмотря на эти факты, осенью 1941 года английским послом Криппсом от имени правительства Великобритании «была высказана мысль о том, что Советское правительство, возможно, будет склонно убедить коммунистические элементы в Югославии предоставить себя в военном отношении в распоряжение генерала Михайловича…». Несколько позднее английское правительство сделало через советского посла в Англии новое предложение о том, чтобы из Москвы были организованы такие радиопередачи для партизан, «которые убеждали бы их сотрудничать с генералом Михайловичем…»[484].

Советское правительство, разумеется, никак не могло пойти на удовлетворение английских домогательств, которые, по существу, представляли собой попытку ликвидации антифашистского движения в Югославии. Оно не сделало ни единого шага, который хотя бы в малейшей степени мог ущемить интересы народно-освободительной борьбы югославских партизан. Советское правительство неизменно и последовательно срывало различные планы и замыслы английского империализма, направленные против руководимого коммунистами народно-освободительного движения и в конечном счете имевшие целью реставрацию старых буржуазных порядков в Югославии.[485] Об этом красноречиво свидетельствует меморандум английского правительства от 9 марта 1943 г., в котором содержатся жалобы и сетования англичан по поводу того, что в течение всего периода войны политика Англии в югославском вопросе не находила понимания и поддержки в Советском Союзе и что все попытки английского правительства добиться проведения согласованной политики с правительством СССР в отношении Югославии не увенчались успехом[486].

В документе признается, что английскому правительству не удалось склонить Советское правительство к тому,. чтобы оно согласилось «убедить коммунистические элементы Югославии предоставить себя в распоряжение генерала Михайловича как национального вождя». Не дала результатов и попытка Лондона добиться согласия Советского правительства повлиять на руководство партизанским движением с целью его сотрудничества с Михайловичем.

Последующие события в самой Югославии полностью подтвердили правильность позиции, занятой Советским правительством. В то время как национально-освободительное движение югославского народа продолжало неуклонно нарастать, предательское сотрудничество четников Михайловича с гитлеровскими захватчиками, получившее широкую известность, наносило все больший вред как борьбе народов Югославии, так и общему делу союзников. Михайлович был настолько скомпрометирован в глазах мирового общественного мнения сотрудничеством с фашистскими оккупантами, что английское правительство стало искать возможность установления контакта с партизанскими отрядами.

В мае 1943 года англичанин Дикин появился при штабе Народно-освободительной армии Югославии, а через несколько месяцев английское правительство направило в штаб Тито новую группу во главе с Фицроем Маклином. Таким образом, англичане имели теперь миссию как при штабе сотрудничавшего с оккупантами генерала Михайловича, так и при штабе Народно-освободительной армии Югославии.

Предпринятые Черчиллем шаги станут ясными, если иметь в виду общую стратегическую концепцию английского правительства, одной из основных целей которой явилось стремление превратить Балканы, в том числе и Югославию, в сферу английского влияния. В случае же открытой поддержки Михайловича Англии пришлось бы при осуществлении планируемой высадки на Балканы столкнуться с решительным сопротивлением Национального комитета освобождения Югославии. Черчилль хорошо понимал, что ориентироваться на Михайловича, значит делать ставку на битую карту.

К такого рода выводам английское правительство пришло на основе донесений многих своих агентов. Так, например, еще 6 июня 1943 г. комитет начальников штабов доложил Черчиллю: «Из данных, имеющихся в военном министерстве, явствует, что четники безнадежно скомпрометировали себя своими связями с осью в Герцеговине и Черногории. Во время недавних боев в районе Черногории силы держав оси сдерживали организованные партизаны, а не четники»[487]. К такому же неутешительному для Михайловича выводу пришли и миссии Дикина и Маклина. Несмотря на это, Лондон продолжал сотрудничество с королем и его правительством, военным министром которого был Михайлович.

В Советском Союзе поддержкой пользовалось лишь национально-освободительное движение югославского народа, возглавляемое коммунистами. Когда на московской конференции министров иностранных дел СССР, США и Великобритании А. Иден призвал к координации общей политики в отношении Югославии и поставил перед делегацией СССР вопрос, «не намекнет ли советская сторона партизанам о том, что мы не хотим, чтобы Михайлович и партизаны боролись друг против друга», В.М. Молотов прямо заявил, что «Михайлович поддерживает оккупантов и даже действует с ними заодно»[488]. В результате твердой позиции Советского правительства, неоднократно заявлявшего о своем отказе вступать в какие бы то ни было связи с группой Михайловича, югославский вопрос был снят с повестки дня конференции.

Новым свидетельством советской позиции в отношении судеб развития Югославии явилось заявление Советского правительства, сделанное в конце 1943 года в связи с созданием Национального комитета освобождения Югославии, исполнявшего функции временного правительства, во главе с И.Б. Тито.

«Эти события в Югославии…, – говорилось в заявлении информбюро наркоминдела, – рассматриваются Правительством СССР как положительные факты, способствующие дальнейшей успешной борьбе народов Югославии против гитлеровской Германии. Они свидетельствуют также о серьезном успехе новых лидеров Югославии в деле объединения всех национальных сил Югославии.

С этой же точки зрения в Советском Союзе рассматривается и деятельность четников генерала Михайловича, которая, по имеющимся сведениям, до сих пор не способствовала, а скорее наносила вред делу борьбы югославского народа против немецких оккупантов, и потому не могла не встречать отрицательного отношения в СССР»[489]. В этом же заявлении было объявлено решение Советского правительства направить в Югославию советскую военную миссию.

Когда вскоре после упомянутого заявления Советского правительства югославское эмигрантское правительство предложило заключить между СССР и Югославией договор о дружбе, взаимной помощи и послевоенном сотрудничестве, Советское правительство отклонило это предложение, показав тем самым еще раз, что не считает эмигрантское правительство представителем югославского народа.

С целью сохранить политическое влияние Англии в Югославии Черчилль решил весной 1944 года «примирить» командование Народно-освободительной армии Югославии с эмигрантским правительством в Лондоне. Он обратился к королю Петру с советом «организовать небольшое правительство, состоящее из людей, не особенно неприятных для маршала Тито, но еще поддерживающих честные отношения с сербским народом»[490]. Черчилль инструктировал Идена проявить максимальную быстроту в решении югославского вопроса, так как его, Черчилля, очень беспокоило то обстоятельство, что между командованием Народно-освободительной армии Югославии и советской военной миссией установился прочный контакт[491].

В деле «примирения» Тито с королевским правительством Черчилль хотел заручиться поддержкой Советского правительства, в связи с чем в апреле 1944 года он направил письмо народному комиссару иностранных дел СССР. 22 апреля 1944 г. Советское правительство ответило Черчиллю, что «изменения в Югославском правительстве, если они не будут пользоваться соответствующей поддержкой маршала Тито и Народно-освободительной армии Югославии, вряд ли могут принести какую-нибудь пользу. Следовало бы добиться по этому вопросу соглашения с маршалом Тито, у которого действительно имеются реальные силы в Югославии. Такое решение было бы в интересах союзников, – особенно в настоящее время»[492].

Дипломатическая поддержка Советским правительством национально-освободительного движения Югославии получила полное признание со стороны его руководства. В своем письме от 5 июля 1944 г. в адрес народного комиссариата иностранных дел СССР Тито благодарил «за дипломатическую поддержку и материальную помощь» со стороны Советского правительства и выражал надежду и уверенность, что эта помощь будет оказываться и в будущем, ибо она, писал Тито, «нам в эти решительные дни необходима больше, чем когда бы то ни было»[493].

Свидетельством крепнущих связей между Советским Союзом и национально-освободительным движением в Югославии явилось также решение Советского правительства о создании на советской территории югославской воинской части. В конце 1943 года был сформирован отдельный югославский батальон, на базе которого вскоре была сформирована отдельная югославская пехотная бригада.

Дружественное отношение Советского Союза к освободительному движению югославского народа проявилось и в том, что, когда весной 1944 года создалось очень тяжелое положение для Народно-освободительной армии Югославии и гитлеровцы готовили выбросить десант с целью уничтожения руководителей национально-освободительного движения, советские люди сорвали запланированную фашистскую диверсию. В исключительно сложных метеорологических условиях, ночью, с маленькой площадки среди гор советские летчики вывезли руководителей верховного штаба НОАЮ на остров Вис.

Советское правительство пошло навстречу национально-освободительному движению Югославии и во время советско-югославских переговоров, состоявшихся в сентябре 1944 года, когда Тито прилетел в Москву и встретился со Сталиным и другими советскими руководителями для согласования вопросов взаимодействия наступающих войск Красной Армии с НОАЮ.

Вот как оценивает эти переговоры И. Тито:

«В сентябре месяце 1944 года я выехал в Москву, чтобы попросить помощи в целях скорейшего изгнания Оккупантов из нашей страны. Поскольку Красная Армия уже почти достигла границ нашей страны, необходимо было договориться о координации боевых действий, а кроме того, я попросил Советское правительство, чтобы войска Красной Армии перешли границу в Восточной Сербии и оказали помощь нашим силам в освобождении Сербии и Белграда». «Особенно важно было, – продолжает И. Тито, – как можно скорее освободить Белград и тем самым создать условия для деятельности как Национального комитета, так и всех других органов гражданских и военных властей. Это было необходимо и ради более эффективного ведения войны, и для более быстрого освобождения нашей страны. Мы договорились, что крупные соединения Красной Армии форсируют Дунай и вступят на территорию Восточной Сербии с тем, чтобы совместно с нашими войсками освободить Белград. Кроме того, Советский Союз предоставил нашей Армии большое количество различного рода вооружения, начиная от винтовок и кончая танками и самолетами, которым мы смогли вооружить многие наши дивизии»[494].