Уйти после этого я не могла. Я не могла даже встать. Долгое время я лежала на одном месте, свернувшись калачиком в росе. Ночь постепенно уходила, а я тихо плакала – так тихо, чтобы никто не смог услышать.
Глава 21 Свет среди бури
Глава 21 Свет среди бури
– Что именно вызвало голод? – спросила я у Хэсиня во вторую нашу встречу на рассвете.
Частокольный сад, как всегда, был окутан холодным туманом, вокруг повсюду цвели нежные, бледные призрачные цветы. Вдали я различала крики кукушек – хотя не могла сказать, о чём они горюют.
– Никто не знает, – ответил Хэсинь, – кроме того, что его причина в магии. И обычными средствами эту беду не одолеть.
Он сокрушённо покачал головой:
– Но это не помешало преемнику Цзиньчжи предпринимать попытки.
Император Юнкай был поразительно похож на своего отца. Те же резкие скулы, умные глаза, длинные тёмные волосы, ниспадающие на плечи. Единственное, чего он не унаследовал, – дерзкой улыбки Цзиньчжи.
Мучжа никогда не улыбался.
Моя клятва не обязывала меня любить его – и я его не любил. Он убил своих братьев, чтобы занять трон, и лишил меня утешения последовать за моим мёртвым императором, принудив вновь служить живому. И всё же я служил ему на совесть. Он был последним носителем печати – как когда-то Цзиньчжа, – и судьба Тэньши вновь застыла в шатком равновесии на острие иглы.
Первые годы после междоусобной войны превратились в безумную гонку: мы отчаянно пытались восстановить порядок в стране. Я собирал остатки союзников, обещая им вдвое и втрое больше прежнего, вновь и вновь пересчитывал дворцовые запасы, добывая все уцелевшие Благословения прежних принцев, до каких мог дотянуться.
– Нам нужно больше магии, – сказал я Мучже без обиняков. – После вашего отца остались непомерные долги, наши войска истощены годами сражений, провинции раздроблены. Вам нужно произвести на свет сыновей.
Он смерил меня холодным, суровым взглядом:
– Чтобы они выросли с желанием занять трон вместо меня? Чтобы соперничали со мной за право войти в историю? Чтобы однажды попытались меня убить? Ты держишь меня за дурака, Хэсинь?
– Если у вас не будет сыновей, Ваше Величество, что станет с державой после вашей смерти? Кто унаследует Венец?
– Пусть Венец достанется достойному. Тот, кто сумеет захватить трон и будет наиболее пригоден править. А если придётся делать это без магии – пусть будет так. Небесам известно, что люди правили именно так задолго до Первого Императора.
Впрочем, это не значит, что во время правления он не пользовался собственной магией. Мучжа не стал бы убивать братьев, не имея плана возрождения страны, – и в этом плане центральное место занимало щедрое применение его печати 鹽 – Янь – знака соли.
До его правления соль была редким товаром. Она стоила так дорого, что купцы Цайянского коридора старались выдать бочки с солью за винные, чтобы не подвергнуться нападению разбойников.
А после?.. Возможно, вы и сами видели плоды этого решения, госпожа Инь. Говорили, что даже в далёких деревнях, вдали от столицы, наступило время, когда хлопья соли падали с неба, точно снег, а её белые кристаллы прорастали из земли, словно полевые цветы.
Первым делом, взойдя на трон, Мучжа извлёк все Благословения Янь, написанные им ещё в юности – те, что долгие годы скрывал от остальной семьи, – и использовал их для создания соли. Когда они иссякли, он начал пользоваться магией печати – и каждый день летал верхом на драконе, чтобы увеличить свою силу.
Вскоре из портов поплыли корабли, гружённые бочками соли, – к Орсагу, Сину, в залив Лунной Тени, и дальше, в земли, где снег лежит круглый год. Караваны нескончаемым потоком потянулись на северо-запад. Торговцы возвращались с золотыми слитками и нефритом – на них покупали верность наёмников и камень для возведения стен.
На какое-то время это помогло. Возможно, помогало бы и дольше – если бы не голод.
Никто не ожидал его прихода. Сначала погибли рисовые посевы: по всему югу страны пересохли чеки. Затем всё прочее – пшеница, просо, перец, соя – тоже начало умирать на корню. Тэньша, некогда величайшее государство в этой части света, стремительно превращалась в беднейшее.
Император Юнкай сотворял всё больше соли, чтобы восполнить убытки, а когда всё распродавали, создавал ещё больше. Но и этого было недостаточно. Цены на соль стремительно падали из-за её переизбытка, а его здоровье ухудшалось. Он вытянул из себя столько магии, что стал слабым и болезненным. В иные дни он не мог даже подняться с постели.
– Зачем вы это сделали? – спросил я его однажды.
С огромным усилием Мучжа приподнялся на подушках. Я подал ему чашку горячего лекарства, назначенного придворными лекарями. Его пальцы так сильно дрожали, что фарфор едва не выпадал из рук.
– Полагаю, ты имеешь в виду то,каким образом я занял трон, – произнёс он.
– Ваши братья могли бы помочь вам, если бы вы не убили их.
– Мне пришлось убить их, чтобы мне достался Небесный Мандат.