Жизнь бесконечная: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Едет и смотрит — там, где начинается дорога, не то человек, не то еще что чернеет, стоит не пошелохнется. Подъехал Санька ближе — ан нет, и голова имеется, шапка на нем зимняя, меховая, и пальто, и валенки. Стоит неподвижно фигура, как приставлена здесь для чего-то, на батожок опершись и повернувшись в Санькину сторону. Присмотрелся Санька получше и узнал старика Кондрата, самого древнего по всей деревне. Уже и мохом оброс дедушка, и бороды не осталось, повылезла вся, клочья одни торчат. Стоит он, кузовок, подвешенный на батожке, держит.

— Бог в помочь! — поклонился старик, мигая бельмастыми глазками. Стронувшись с места, перебирая ногами, проковылял к трактору.

— Далеко собрался, дед? — поинтересовался Санька, дождавшись, когда старик, передав ему палку с кузовком, поставит ногу на подножку и за руку протянутую уцепится.

— Ха-а? — дохнув табачным дымом, повалился на сиденье дед Кондрат. От пальто его повеяло на Саньку лежалым сухим запахом.

— Далеко, говорю, собрался?

— А вези как знаешь, — слабо кивнул старик, — все по дороге…

— Уж не по грибы ли? — покосился на кузовок Санька. — Дед, не по грибы ли?

— Во-во, по грибы…

— Так нету еще грибов, дед! — весело крикнул Санька и, чувствуя твердость дороги, пустил трактор напрямик.

— Можа, и нету! — согласился покорно старик. — А то когдась были маленькие, «чертиками» называемые…

— Можешь, дед, домой ворочаться, ничего не найдешь, — засмеялся Санька. — Через два месяца приходи…

— Дак я-то знаю, — хихикнул Кондрат, раздвигая сухие губы в черной пустой улыбке. — К петровкам они самые, грибы… Не дожить мне, к троицкому дню кончиться должон…

— Почему, дед?

— Предчувствие имею, и сноха сон видела: двое в белом, я промеж них… Это оно к кончине…

— Врут, дед, сны, не верь, предрассудки все!

— Ха-а?

— Врут, говорю, сны…

— Дак оно так, конешно, а нам как от родителей заведено, так и идет…

Подивился Санька на деда, улыбку всю дорогу скрыть не может, а по дороге осинник приближается, сыростью тянет из него и прошлогодней прелой листвой. Какие там грибы! Смех!..

Остановил Санька трактор, помог старику выбраться. «Еле переставляет валенки и тоже мне — в лес. Сидел бы на печи!»

— Дед! Посиди, дед! — кричит на прощание Санька. — На обратном пути заеду!..

Закачал головой дед, не расслышал, видимо, и остался стоять так, как застал его Санька; обе руки на батожке держит.

Далее путь Саньки лежит мимо голого, редкого осинника, а там уже и поле начинается. В нескольких метрах от поля, сразу за леском, телятник — низкое строение под черепичной крышей.

Развернул Санька трактор, глубоко всадил колеса в клейкую землю. Поднял стаю грачей, взметнувшуюся с криками над головой, соскочил и, с удовольствием пробежавшись, упал на меже с еле намеченными острыми иголками травы. Минут пять лежал не шевелясь, глядя в небо.

Здорово холодила еще земля. Поднялся Санька, походил у трактора, злясь на теток: одни вилы сбросят — полчаса стоят, всегда они так, — и побрел к телятнику.

Выскочив из ворот, подлетел к нему лобастый бычок пегой масти. Еле держится на мосластых ногах, а давай бодаться.

— Но-но-но! — похлопал Санька бычка по крутому лбу и, обратно втащив в ворота, отпустил, громко затопав ногами:

— Брысь! Я тебя!..

Отпрыгнул бычок в сторону, хвост трубой. Посмеялся Санька, к дверям идет, а навстречу ему соседка.

— Здравствуйте, теть Нюр!