— Я разговаривал с путейцами. Один из них двадцать девятого видел мужчину, соответствующего описанию, и девушку… Они шли с последней электрички и направлялись в сторону лесополосы. Вот только работница кассы говорит, что её мужчина всегда один билет покупает, а значит, и ездит он один.
— Чёрт! — опер переглянулся со следователем. — Пока это всё звучит не очень складно, но проверить точно стоит. Что по мужику? Есть подробное описание?
— Есть. Имени нет, но есть пункт назначения — Отрадинский. Но свидетельницу лучше в отдел пригласить и нормально опросить. Портрет составить, если получится.
— Пригласим. Опросим, — сухо кивнул оперативник, буравя меня внимательным взглядом. — Ты их данные взял?
— Только работницы кассы, — виновато пожал я плечами, продемонстрировав блокнот.
— А путейца?
— Не догадался…
— Чёрт! Ладно… Если будет нужно, найдём его потом…
— В конце каждого месяца, говоришь? — нарушил молчание молодой следователь.
— Ага, — подтвердил я.
— И в прошлом месяце он тоже был?
— Был.
Следователь и опер снова многозначительно переглянулись.
— Вот чёрт… — тихо выругался следователь. — В прошлом месяце, тридцатого здесь неподалёку тоже девушку нашли.
— Дай гляну твои записи, — оперативник протянул руку в мою сторону.
— Только верните, — попросил я, мысленно прощаясь с блокнотом.
— Если это правда, Соколов, — задумчиво пробормотал он, пробежавшись глазами по нескольким исписанным ровным почерком страницам, — и мы поймаем этого гада… С меня магарыч!
— Да какой магарыч… — отмахнулся я. — Главное, чтобы этого ирода взяли…
— За это можешь не переживать. Возьмём. Обязательно возьмём… — пообещал оперативник. — Могу я твой блокнотик пока себе оставить?
— Да, конечно, — кивнул я.
— И это, Соколов… — слегка помялся опер.
— Да?
— Хорошая работа.
— Спасибо!
— Всё, ты можешь идти, — отпустил он меня. — Твоему зверю наверняка нужен отдых…
— Это точно, — согласился я, потрепав молчаливо сидевшего у моей левой ноги зверя.
— Так, парни! — обернулся опер к стоящей в десятке метров от нас группе патрульных и направился в их сторону. — У нас зацепка. Значит, действуем так…
Я проводил взглядом спины оперативника и следователя, ощущая, что сделал сегодня всё, что мог и даже чуточку больше, мысленно поморщился от парочки спорных моментов, в которых я прошёлся по самому краю, и устало вздохнул. Теперь главное, чтобы оперативники грамотно сработали…
— Ты и правда всё это у работницы кассы узнал? — удивлённо произнесла возникшая рядом со мной Валентина, с оценивающим любопытством посмотрев на меня снизу вверх.
— Угу, — буркнул я.