Нехороший дом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Да не в уме дело. Ты всю жизнь прожила с мамой, а она. – Он осекся. – Так вот, семья – это те, кто тебя любит не за что-то, а просто так. Те, кто готов быть с тобой здесь и сейчас. – А потом развернулся, бросил: – Буду поздно, ба, мозги проветрить надо. – И ушел.

В доме стало тихо. Пакет с тортом так и остался стоять на столе. Сквозь пластиковую упаковку горела красным надпись: «Еще один год на Марсе! Поздравляю!» Это была их шутка, только их с братом. Катя закрыла лицо ладонями. Заплакать бы навзрыд, так, чтобы все плохое и страшное ушло со слезами.

Но не вышло.

Ночь накрыла Торжок густой темнотой, а Егор так и не вернулся. Катя просидела до позднего вечера в комнате, бабушка – на кухне, смотрела телевизор. Мама не отвечала ни на звонки, ни на эсэмэски. Это был самый неденьрожденческий день рождения из всех.

Лучший праздник случился, когда Кате было пять. Тогда она впервые увидела Егора. Тогда Катя еще жила на своей планете. Она всегда знала, что у нее есть брат. Мама говорила, что он «неуправляемый», «сложный», «непослушный». Что она с ним «намаялась» – Катя тогда не поняла, при чем тут май. Что Егор «не ребенок, а бесенок». Что его пришлось отдать.

Катя радовалась. Она совсем другая, а значит, мама никогда и никому ее не отдаст.

На Катины пять лет мама устроила праздник в кафе. Собрала подруг и своего тогдашнего «мужа» – на самом деле он был ей не муж, но она почему-то все равно так его называла. Катя надела платье в тон маминому – красное, как малиновое варенье. Или свежая ранка. Платье неприятно шуршало и сжимало шею тугим высоким воротничком, но мама улыбалась:

– Ты прямо Барби!

Катя улыбалась в ответ. Какая разница, что платье неудобное, главное – оно нравилось маме.

Когда официант вынес торт – малиновый, с пятью шоколадными мишками, – в кафе появились бабушка и Егор.

Катя, конечно, сначала не поняла, кто это. Бабушка подошла, подвела Егора и представилась. Сказала, адрес дала соседка мамы. Воцарилось молчание.

А потом мама разозлилась. Сказала бабушке, что без спросу не приезжают, и убежала плакать в туалет.

– Пойдем, взрослым не до нас, – шепнул Егор, помог Кате надеть куртку с шапкой и вывел на улицу.

– А ты откуда? – спросила она. Вопрос прозвучал глупо, невпопад, но Егор улыбнулся:

– С другой планеты. Тебе бы там вряд ли понравилось.

– Ты пришлец? – Катя раскрыла рот. Тогда она еще не умела выговаривать «пришелец», но знала, кто это. Мамин «муж» любил смотреть передачи про НЛО.

Егор не ответил, но Катя сразу его зауважала. У нее, значит, был не просто брат, а самый настоящий инопланетянин. Существо из другого мира!

Шел снег, белый и мягкий, они принялись лепить снеговика и болтать, как самые обычные земляне, и стало так хорошо и правильно, будто брат всегда был рядом. Будто он – лучшее, что с Катей случалось. Будто они один человек, по какой-то непонятной глупости разделенный надвое.

Ни мамины слезы, ни крики ее «мужа» – ничто не смогло испортить тот день рождения. А теперь? Зачем Катя поссорилась с братом? Сама себе испоганила день. Сама, сама, сама. Наверное, Катя все-таки тоже «не ребенок, а бесенок». Не заслужила праздника.

Поэтому мама и не приехала.

Время ужина прошло, а в животе урчало все неприятнее и громче. Катя вышла на кухню. Бабушка выключила телевизор.

– Эва кто пришел! Екатерина Петровна пожаловали. – И засмеялась, совсем не злобно, так, что Катя улыбнулась, а внутри потеплело. – Правильно сделала, что пришла. Нельзя же унывать-то вечный век. – Бабушка встала, засуетилась. – Сейчас накормим тебя… – Открыла холодильник. – Котлетки вот рыбные со вчера есть, пюре и.

– А можно торт? На ужин?

Бабушка посмотрела на Катю, нахмурилась, а потом вдруг подмигнула:

– А почему бы и не торт! Сегодня твой день, так что извольте, царица-матушка. – Достала торт, тот, который Егор принес, и разрезала. Кате достался кусок с «Ма». Ма как Марс, как мама, как куча других, куда более сложных и одинаково загадочных слов.

Темнота за окнами казалась живой. Рябила снежинками, как испорченный телевизор, приникала к окнам, заглядывала в дом. В Катю. Сложно объяснить, как это – заглянуть внутрь человека, да и вслух такое прозвучало бы глупо. Но Катя чувствовала, как заоконное черное ничто всматривается в нее, в самое сердце.

Вдруг темнота, как собака, чуяла, что Катя тут, в Торжке, чужая? Или, может, она знала что-то о Егоре, потому и смотрела так пристально? Обычно брат так не задерживался, даже когда злился. Что, если. Нет, прервала себя Катя, не надо думать о плохом, а то, как сказала бы бабушка, можно беду накликать.

– Ба, а расскажи сказку, – попросила она.

– Эва какая, то губы дует, то сказку ей подавай! Да и взрослая ты уже девка-то. – Даже когда бабушка пыталась казаться строгой, у нее это плохо получалось.

– Ну пожалуйста! – Катя взяла себе еще кусок торта. – А я чай свежий сделаю.