Август кивнул.
– Да, но пусть это тебя не огорчает. У меня осталось ещё очень много воспоминаний. По сути, это всё, что у меня осталось. Но как бы они ни были красивы – это всего лишь воспоминания.
Офелия вздохнула.
– Рассуждаешь как человек. Ты понятия не имеешь, какую силу таят в себе воспоминания.
– Ну да, откуда же мне это знать? Мы-то не можем строить из них дворцы, – хмыкнул Август.
– А может, вы и смогли бы, если бы только поверили, что это возможно, – с жаром возразила Офелия. – Воспоминания решали исход войн, воздвигали новые миры и даже спасали некоторых фей от безумия. Они мощнее, чем ты можешь предположить.
– Да, звучит действительно удивительно, – согласился Август. – Но если всё пройдёт гладко, я всё-таки отпущу их. Мрак ведь в любом случае заберёт мои воспоминания, хочу я того или нет. Лучше уж сразу добровольно их отдать.
– Я на самом деле плохо понимаю, как что работает во мраке, – призналась Офелия. – Но говорят, что есть вещи, которые гораздо сильнее, чем его власть. Я часто это слышала. Но пока не поняла, что именно сильнее мрака.
– Что ж, – сказал Август. – Может, скоро мы вместе это выясним.
Офелия смотрела на него. И впервые с начала их путешествия он улыбался ей безо всякого лукавства, а в голосе слышалась теплота.
– Да, – нежно улыбнулась она в ответ. – Может, так и будет.
Он глубоко вдохнул.
– Я уже очень стар, – хрипло проговорил он. – Редко кто до такого возраста доживает. И знаешь, я могу по пальцам одной руки сосчитать, сколько раз я сознательно смотрел на ночное небо. При жизни я часто думал, что же такое счастье, как стать счастливым, и вот сейчас… Сейчас мне кажется, что ничего особенного для этого делать не нужно, просто собирать вот такие небольшие моменты и сохранять их в памяти на долгие годы. Счастье в мелочах, которые будут светить нам в темноте, как эти звёзды у нас над головами.
– Не думала, что услышу подобные откровения от земного чародея, – усмехнулась Офелия. – Тем более от тебя.
Август тихо рассмеялся.
– Так ведь я тоже не думал, что буду стоять рядом с тёмной феей и любоваться звёздным небом. Мы даже не ворчим больше друг на друга, это просто… – Тут он осёкся и оглянулся. Черты лица тут же заострились, кулаки сами собой напряглись.
Офелия тоже нахмурилась.
– В чём дело?
Август не ответил. Он смотрел вниз по улице, как будто в тени мог разглядеть что-то, чего не могла видеть Офелия. Впрочем, это было вполне возможно – в конце концов, в его жилах теперь текла её магия.
– Сам не знаю, – ответил Август. – Кажется, я что-то слышал. Как будто бумага на костре потрескивает.
Офелии стало не по себе, но ответить она ничего не успела, потому что прямо за ними вдруг раздалось хлопанье крыльев, и от ужаса они оба так и подскочили на месте.
А подлетевший Тиберий громко рассмеялся.
– Ну вы меня повеселили, конечно, – воскликнул он. – У нас тут что, соревнование гоблинов по прыжкам с трамплина? В таком случае не помешает вам ещё потренироваться, если хотите в следующем году поучаствовать.
Офелия перевела дыхание.
– Мы услышали подозрительный шум. По крайней мере, нам так показалось. Ты заметил что-то необычное?
– Необычнее, чем фея и чародей, готовящиеся к соревнованию по прыжкам? – вопросом на вопрос ответил Тиберий. – Нет. Уж простите великодушно.
Офелия пожала плечами.
– Ладно, давайте поторопимся. Исидора наверняка уже дома и ждёт нас.
Август ещё некоторое время напряжённо вглядывался в темноту. Он напоминал волка, почуявшего опасность.
Затем они продолжили путь. Шагали они быстро, но Офелия то и дело слышала странное потрескивание горящей бумаги. Однако всякий раз, когда она оборачивалась, позади не было ничего, кроме теней и мрака.