Мы шли через серебряный лес, оставив водопад слева, и когда углубились в чащу, я вдруг увидела на поляне большой каменный дом.
То есть не совсем большой — трактир Торстена был больше, но в этом доме было три этажа, и два крыла, отчего он походил на затаившегося дракона с ощерившейся пастью-дверью. Но больше, чем "пасть" меня напугали "глаза" — все окна в доме были закрыты решётками. Для чего в доме решётки на окнах? Это же не тюрьма...
— Пришли, — буркнул Килби.
— Девушка, вот это — мой дом, — сказал колдун. — Будешь жить здесь.
— З-зачем?.. — с тоской спросила я.
— Заходи, давай, — недовольно приказал мне старик.
— Не ругайся на неё, — одёрнул его колдун и добавил: — Заходи, девушка, и никого не бойся.
Глава 4. Дом колдуна
Это был странный дом.
Когда я переступила порог, и старик Килби зажёг свечи, у меня дух захватило. Чёрная до этого комната вспыхнула белыми сполохами и искрами, потому что тут везде было серебро — серебряный стол, стулья, серебряные тарелки и миски на столе… На стенах поблескивали зеркала, хотя комнату, похоже, использовали как кухню и прачечную — тут лежали дрова, у стены поблескивала серебряными краями поставленная на бок огромная лохань, больше похожая на ванну, в которой мылись «дочки» Толстого Торстена по субботам. Правда, та лохань была деревянной…
Непривычно среди всего этого серебряного великолепия смотрелся железный закопченный котелок в камине.
Ну и ещё лохмотья колдуна смотрелись нелепо.
Если уж у тебя столько серебра, мог одеться поприличнее. Даже слуга у него выглядит богачом…
— Ты голодна? — спросил колдун.
— Н-нет, — ответила я с усилием, оглядываясь по сторонам.
— Килби приготовит ужин, а я пока покажу тебе твою комнату, — колдун легко, как зрячий, подошёл к лестнице, ведущей наверх, и начал подниматься.
Я медлила, и колдун это сразу понял.
— Идём, не бойся. Ты ведь хочешь избавиться от рабского браслета? — он поднял руку, показывая мне ключ и, по-моему, опять усмехнулся.
— Иди уже, — недовольно буркнул Килби и добавил: — Свечку возьми.
Послушно взяв свечку, я пошла следом за колдуном. Мне показалось, будто к каждой ноге привесили по серебряной гире — с таким трудом я поднималась по ступеням.
На втором этаже всё было таким же серебряным и блестящим. Да что там! Даже перила на лестнице были из серебра!
— Вот здесь будет твоя комната, — колдун указал на дверь слева. — Килби живёт там, — он указал на дверь справа, а моя комната здесь, — он толкнул центральную дверь и вошёл.
Я топталась на месте, не зная, что мне делать дальше.
— Заходи, — позвал колдун. — Мы не ждали гостей, поэтому возьми постельное бельё, подушку и одеяло.
Осторожно переступив порог, я снова огляделась.
И тут всё в серебре.
Комната была большой, в ней была кровать под балдахином, который сейчас был приподнят. В углу стоял стол, на нём — книги, серебряный бокал и серебряный колокольчик. В другом углу — очаг, возле которого валялись пара серебряных поленьев, а в очаге были сложены настоящие, деревянные.
Колдуну, в моём понимании, полагалось иметь в комнате какие-нибудь волшебные предметы, человеческие черепа, но тут ничего подобного не было.
— Ты видела, как я превратил стол в серебро? — спросил меня хозяин комнаты и поставил серебряную трость у стены, а сам прошёл к креслу с серебряными подлокотниками и сел.
Как-то очень легко прошел и очень уверенно сел.