– Похвально. Что ещё?
Мы обсуждали успехи Даши ещё с четверть часа. Я рассказывала о её прогрессе в географии, не забыла упомянуть про уроки этикета и о том, как она увлеклась рисованием. Не удержавшись, похвасталась, что Даша теперь ведёт дневник, куда записывает все переживания и события.
– Отлично, – похвалил Строганов. – Прекрасная идея с дневником, Ольга Георгиевна.
Он внимательно слушал, задавал правильные вопросы, и я с удивлением поймала себя на мысли, что мне нравится с ним советоваться. Что мы говорим на одном языке, хотя нас разделяют почти два столетия!
“Невероятный человек, – удивлялась я про себя. – То мне хочется его прибить, то я его боюсь, то восхищаюсь! А главное – он всё больше интересуется Дашей, причём спрашивает не для галочки, а потому что беспокоится за дочку! Всего неделя прошла, а лёд тронулся!”
– Благодарю за уделённое время, Ольга Георгиевна, – произнёс он, когда мы закончили. Открыл верхний ящик и бережно переложил туда исписанные листы. – Через неделю жду новый отчёт.
– Непременно, ваше превосходительство.
– И я найду для Даши нового учителя танцев, – задумчиво добавил Строганов, потирая большим пальцем подбородок, на котором темнела однодневная щетина. – С хорошей репутацией.
“Ага, и чтоб лет ему было не меньше шестидесяти,” – не удержалась я от мысленной шпильки и проглотила невольный смешок. Правда, вслух сказала другое:
– Полностью доверяю вашему выбору, ваше превосходительство.
Я уже взялась за дверную ручку, когда меня вдруг осенило.
– Дмитрий Александрович, – обернувшись, я обратилась к Строганову. – Завтра суббота, можно ли мне навестить папеньку? Он, должно быть, сильно беспокоится.
Помрачневшее лицо начальника сыскной полиции говорило само за себя – ему явно не нравилась эта идея.
– Вы уверены? Безродный до сих пор на свободе.
“Безродный скорее всего давно покинул Светлоярск, раз его уже неделю не могут найти, – возразила про себя. – К тому же, остальные женщины спокойно ходят по городу, чем я-то хуже?”
– Я понимаю, – мягко ответила ему. – Если вы не против, я пойду с утра пораньше, пока светло. И вернусь до сумерек, аккурат к баньке.
– Вы тогда предупредите Марью Фёдоровну, – сдался его превосходительство. – Пусть приглядит за Дарьей.
Я поспешила его заверить, не скрывая облегчения:
– Обязательно, ваше превосходительство.
Утром сразу после завтрака я вернулась в комнату и достала конверт с ассигнациями. Пересчитала, положила в привязной карман и сверху накинула тёплую шаль. Немного подумав, сунула к деньгам золотой лубок с подковой. Что-то мне подсказывало, что он может мне пригодиться.
Шестое чувство, не иначе.
– Благодарствую, Марья Фёдоровна, – я поблагодарила экономку перед выходом, и она с беспокойством меня перекрестила.
– Ступай с Богом, только будь осторожна. Подвезти-то некому. Павел с его превосходительством ушли спозаранку.
– Пройдусь пешком, – улыбнулась ей. – Дорогу знаю, да и деньги сберегу.
Но не успела шагнуть за порог, как послышался топот ног и в прихожую выбежала запыхавшаяся Даша:
– Ольга Георгиевна, а вы принесёте гостинец?
Марья Фёдоровна строго зыркнула на девочку, но та смотрела с такой мольбой, что я торопливо заверила её:
– Конечно принесу. Что хочешь? Пряник? Петушок на палочке?
– Мне пряник, – важно заявила Даша и, хитро подмигнув, добавила. – И для папеньки тоже возьмите.
Глава 58