Женщины встали поодаль, переговариваясь и посматривая на дверь. Георгий опустил ногу на первую ступеньку, стараясь не наступить на скользкий островок.
Недоброе предчувствие уже орало во всё горло, и я решительно схватила его за руку:
– Нет, папенька. Мы зовём околоточного.
Но вместо Георгия мне неожиданно ответил голос Строганова, раздавшийся поодаль:
– А вы приятно удивляете, Ольга Георгиевна.
Глава 60
У меня от неожиданности глаза на лоб полезли. Я резко обернулась и замерла с открытым ртом.
Из тени дома, заложив руки за спину, вышел его превосходительство собственной персоной. Лицо подозрительно спокойное, а вот глаза…
От взгляда Строганова мне по-настоящему стало страшно.
– В-ваше превосходительство? – выдохнула я, не понимая, что он забыл в такое время в таком месте. – Вы что… следили за мной?
Было даже немножечко обидно. Он что, мне не доверяет или… Так, а это у него что? Шинель была распахнута и я увидела пристёгнутую к поясу короткую дубинку и кажется, кобуру.
– Ваше превосходительство! – оживившись, наперебой заголосили Агафья Захаровна с Пелагеей Семёновной. Папенька молча поклонился, зато Строганов вымученно поморщился и поднёс палец к губам, мол, тише.
Дмитрий Александрович подошёл ближе и полушёпотом, с едва уловимой насмешкой, пояснил:
– Это не я следил за вами, Ольга Георгиевна. Это у вас уникальный талант – оказываться в "нужное" время в "нужном" месте.
Я аж оторопела. Это что сейчас было?
Сарказм?
На языке уже вертелся достойный ответ, когда до меня дошло… Если он здесь не случайно и весь напряжён, то значит…
Строганов перевёл взгляд на темнеющие двери подвала. Я резко схватила Георгия за рукав и буквально выдернула его со скользких ступеней
– Папенька, ради бога, отойдите! – прошипела, пятясь назад.
Шувалов растерянно моргнул и вопросительно посмотрел на Строганова. Тот коротко кивнул, обернулся и дважды коротко свистнул.
Тотчас из темноты двора бесшумно выступили несколько фигур. Все в штатском, но их выдавала военная выправка. Строганов жестами указал местоположение, и фигуры разделились, заняв позиции у угла дома, на крыльце соседнего и за поленницей.
– Шли бы вы, Ольга Георгиевна, – сквозь зубы прошипел его превосходительство, меняясь буквально на глазах, – в безопасное место, куда подальше. И их, – он коротким кивком указал на притихших Агафью с Пелагеей, – с собой заберите.
Умом я понимала, что Дмитрий Александрович прав. Но что-то внутри, какое-то странное чувство не давало мне уйти. Я должна была лично убедиться, что если здесь действительно скрывается Безродный, то он будет пойман и обезврежен. Причём, лично его превосходительством.
Ещё один жест, и одна из фигур, при приближении оказавшаяся коренастым мужчиной с цепким взглядом, встал между нами и Строгановым, загородив путь к опасной двери и скрестив руки на груди.
“Конвойный, – догадалась я. – Следит, чтобы мы не приближались.”
И угадала.
– Держитесь подальше, – сухо приказал он, не оборачиваясь. – И не мешайтесь.
Выбора не было. Я послушно прижалась к стене. Рядом со мной встал Георгий Александрович и шёпотом спросил:
– Это он на вас напал? – а сам глазами указал на двери подвала.
– Ага, он, – прошептала я, всё больше убеждаясь, что Строганов, наконец, нашёл убежище сбежавшего колодника.