— Если страдание — учитель, — сказала она, — то почему ты не позволяешь Лю Чэню учиться на собственных ошибках? Почему контролируешь его?
Архидемон дрогнул.
— Это это другое дело.
— Нет, — твердо сказала Лин Сяо. — Это именно то же самое. Ты говоришь о необходимости свободы выбора, но сам лишаешь её Лю Чэня.
Она сделала шаг вперед, не обращая внимания на темную энергию, окружающую демона.
— Если твои идеи настолько верны, почему ты не можешь убедить его добровольно? Зачем принуждение?
Архидемон заколебался, и в этот момент нити контроля вокруг Лю Чэня ослабли. Бывший Теневой Император воспользовался этим, чтобы вырваться на свободу.
— Потому что он лжец, — сказал Лю Чэнь, тяжело дыша. — Я помню теперь. Помню, как он нашел меня в царстве мертвых тысячу лет назад. Обещал силу, но на самом деле просто хотел использовать.
Он повернулся к архидемону, и в его глазах была не злоба, а печаль.
— Ты превратил мою попытку спасти мир в орудие разрушения. Использовал мое желание защитить людей, чтобы заставить причинять им боль.
— Ты был готов! — взвыл демон. — Ты сам выбрал тьму!
— Я выбрал жертву, — спокойно ответил Лю Чэнь. — А ты превратил её в проклятие.
Архидемон понял, что его план провалился. Контроль над Лю Чэнем был потерян, а попытка посеять сомнения в сердцах Хранителей тоже не удалась.
— Хорошо, — прорычал он. — Если не могу убедить вас, то уничтожу!
Он начал превращение, его человеческий облик растворялся, обнажая истинную демоническую сущность. Архидемон стал огромным — высотой с дерево, с крыльями, которые заслоняли небо, и когтями, способными разорвать камень.
— Теперь вы увидите истинную силу Первородных! — взревел он.
Восемь Хранителей приготовились к битве, но Лю Чэнь остановил их жестом.
— Нет, — сказал он. — Это моя битва. Именно меня он использовал тысячу лет. Именно я должен с ним рассчитаться.
— Но ты не сможешь один.
— Смогу, — улыбнулся Лю Чэнь. — Потому что теперь я понимаю, в чем была моя ошибка тысячу лет назад.
Он встал перед архидемоном, но не принял боевую стойку. Вместо этого он просто стоял, спокойный и умиротворенный.
— Тысячу лет назад я сражался с тьмой, пытаясь её победить, — сказал он. — Но тьму нельзя победить силой. Её можно только принять как часть себя.
Архидемон атаковал, его когти пронзили грудь Лю Чэня. Но вместо крови из ран потек свет — не ослепляющий, а мягкий, теплый.
— Что что ты делаешь? — прошипел демон.
— То, что должен был сделать тысячу лет назад, — ответил Лю Чэнь. — Принимаю тебя. Принимаю тьму, которую ты представляешь. Но не как хозяин, а как часть равновесия.
Свет из его ран коснулся архидемона, и тот начал изменяться. Не разрушаться — изменяться. Демоническая форма становилась меньше, черты лица — более человеческими.
— Нет! — кричал архидемон. — Я не хочу быть исцеленным! Я хочу быть тьмой!
— Тьма не исчезает, — спокойно сказал Лю Чэнь. — Она просто находит свое место в общей картине.
Постепенно архидемон превратился в обычного человека — высокого, худого, со шрамами на лице, но без демонической ауры.
— Я я помню, — прошептал он. — Помню, кем был до того, как стал демоном. Я был я был человеком. Жил, любил, мечтал.