— Мастер, — сказал один из духов, — мы помним тебя таким, каким ты был когда-то. Позволь нам помочь тебе вспомнить.
Они окружили его, не угрожающе, а с состраданием. Каждый дух нес в себе воспоминание о доброте, которую когда-то проявил к нему настоящий Мастер Ван.
— Вы прощаете меня? — прошептал он, и в его голосе впервые за много лет зазвучали человеческие нотки.
— Мы понимаем тебя, — ответили духи. — Ты хотел нас защитить. Ты принес себя в жертву ради нас. Но теперь пришло время освободиться от этого бремени.
Тьма вокруг Мастера Вана начала рассеиваться. Он становился более человечным с каждой секундой, но вместе с этим ослабевал физически. Годы, проведенные в союзе с темными силами, наконец догоняли его.
— Я не могу жить без тьмы, — понял он. — Она слишком глубоко въелась в мою сущность.
— Тогда уходи с миром, — мягко сказала Лин Сяо. — Твоя жертва не будет забыта.
Мастер Ван кивнул и повернулся к жителям города, которые теперь смотрели на него с пониманием, а не со страхом.
— Простите меня, — сказал он. — Я хотел как лучше.
— Мы знаем, — ответила одна из женщин. — И мы благодарны за все доброе, что ты для нас сделал.
Мастер Ван улыбнулся — первая искренняя улыбка за многие годы — и растворился в светящихся частицах, которые поднялись к потолку и исчезли.
Мальчик, внук бабушки Чэнь, открыл глаза и сел.
— Бабушка? — позвал он. — Где я?
Старушка, которая все это время ждала снаружи, ворвалась в зал и обняла внука.
— Ты дома, дитя мое. Ты в безопасности.
Остальные жители города тоже начали приходить в себя. Многие плакали, осознавая, что делали под контролем темной магии, но другие их утешали.
— Мы все были жертвами, — сказал один из старейшин. — Никто не виноват в том, что с нами произошло.
Лин Сяо и Хуа Мэй покинули особняк на рассвете. Город просыпался, и воздух был чист от присутствия темной магии.
— Странно, — сказала Хуа Мэй, пока они шли по утренним улицам. — Мы пришли сюда, чтобы изгнать тьму, но в итоге помогли ей найти покой.
— Возможно, в этом и заключается истинное исцеление, — ответила Лин Сяо. — Не в уничтожении тьмы, а в понимании её природы и помощи ей найти равновесие.
Они покинули город в полдень, направляясь к следующему месту, где требовалась их помощь. За спиной остался еще один исцеленный уголок мира, где люди учились жить без страха.
Глава 17. Западня.
Прошло два месяца с тех пор, как девять Хранителей объединились для исцеления мира. Континент медленно, но верно возвращался к жизни — поля снова зеленели, реки текли чистой водой, а в городах люди перестали бояться выходить на улицы после заката. Но именно эти успехи и привлекли внимание тех, кто не был заинтересован в восстановлении равновесия.
Лин Сяо проснулась от странного сна в своей комнате в восстановленном храме, который Хранители избрали своей временной базой. Во сне она видела огромную паутину, растянутую между горными пиками, а в центре её сидел паук с человеческим лицом. Паук говорил голосом, который показался ей знакомым, но она не могла вспомнить, где слышала его раньше.
"Сети расставлены, дитя света," — шептал паук. "Скоро ты поймешь, что исцеление — это тоже форма разрушения."
Лин Сяо встала и подошла к окну. Рассвет только начинался, горные вершины окрашивались в нежно-розовый цвет. Всё выглядело мирно, но её интуиция подсказывала — что-то изменилось.
Она быстро оделась и направилась в главный зал, где остальные Хранители обычно собирались для утренней медитации. К её удивлению, там уже были все, кроме одного.
— Где Лю Чэнь? — спросила она.
Чжан Вэй поднял голову от звездной карты, которую изучал.
— Он ушел еще до рассвета, — ответил астролог. — Сказал, что чувствует зов от северных земель. Что-то связанное с его прошлым.