В глазах Гомона не было ни особой почтительности, и чувства поражения. Силы возвращались к нему, а с ними и гордость, презрение, чувство собственного достоинства. Он долго молчал, глядя на Голта.
Затем он еле заметно улыбнулся, но вовсе не была приятная улыбка.
— Хорошо, милорд, — сказал он, — я поеду с тобой и буду выполнять твои приказы — но до тех пор, пока буду видеть, что ты лучше меня.
— Отлично, — Голт улыбнулся, преодолевая боль в лице. — Теперь мы с тобой связаны этими условиями. Я должен доказывать свое превосходство над тобой, и пока я это смогу, твой меч — мой, — он повернулся и пошел, слегка прихрамывая. — Смотри за ним, Линднер. Теперь из этих подонков я должен набрать еще девяносто девять.
Действительно, подонки — убийцы, разбойники с большой дороги, воры, сутенеры, насильники... из двух сотен человек, которые изъявили желание поехать с ним, вместо того, чтобы кончить жизнь под топором палача, Голт выбрал очень тщательно, принимая во внимание рост, силу, возраст, ум, отдавая предпочтение тем, кто хорошо владеет оружием. Тем не менее выбор был не так широк, и отобранная сотня привела бы в отчаяние человека, привыкшего командовать опытными преданными и дисциплинированными солдатами. Даже мужество Линднера поколебалось.
— Милорд, как мы будем командовать этой бандой обезьян?
Голт, уже полностью одетый, горько ответил:
— Я думаю, что Гомон поможет нам дать ответ, — он повернулся к укрощенному гиганту, который ходил за ним вдоль рядов, изредка показывая, кого ему взять с собой. Но Голт не всегда следовал его советам. Он вовсе не хотел, чтобы Гомон сколотил группу своих приверженцев. Он сказал: — Гомон, ты будешь выполнять мои приказы, верно?
— Я сказал, милорд.
— Тогда я приказываю, чтоб ты нес полную ответственность за дисциплину этой толпы. Те, кто нарушит ее, будут отвечать перед тобой, и ты можешь поступать с ними по собственному усмотрению. В свою очередь, ты будешь ответственен передо мной, и если ты не сможешь справиться с ними, тогда ты будешь иметь дело со мной. Понял? Ты в ответе за этих подонков, и помоги тебе бог, если будут случаи неподчинения, измены, трусости, отказа идти в бой.
Гомон недоуменно моргал.
— Ты поручаешь мне командование над ними?
— До этой степени.
— Отлично, дьяволы и черти, — Гомон недоверчиво покачал головой. Затем он расхохотался, глаза его горели дьявольским огнем. — Хорошо! — он повернулся к группе и встал, уперев руки в бока, расставив толстые ноги.
— Вы слышите, грязные подонки? Вы согласились идти в поход, воевать, быть армией! Клянусь всеми демонами ада, я прослежу, чтобы вы выполнили свою клятву! Тот, кто нарушит ее первым, конечно, если первым не буду я сам, будет иметь дело со мной, а вы знаете, что я могу сделать! Со мной вам лучше не уклоняться от боя с врагами. Если вы не хотите познакомиться с кулаками и мечом Гомона, то вы будете сами рваться в бой! Вы слышите меня, вонючки? Вы хорошо слышите меня?
По рядам людей пробежал шепот, в котором слышались страх и трепет. Гомон снова засмеялся.
— Они все поняли, милорд. Тебе можно не беспокоиться о них, но только... — он еле заметно улыбнулся, — но только тебе придется присматривать за мной. Если ты потеряешь мое уважение или будешь плохим командиром...
— Я постараюсь, чтобы этого не произошло, — сказал Голт и уселся на коня. Он взглянул на Гомона, охранников и коменданта. — Сбейте с них оковы, вымойте и накормите. Отряд солдат отведет их во дворец, где они получат одежду, лошадей, оружие и прочее снаряжение. Не теряйте времени. Мы должны выехать завтра на рассвете. Едем, Линднер.
И он развернул коня к воротам.
Альбрехт в сопровождении полуволка присоединился к нему, когда он проезжал в ворота.
— Ты очень силен, барон, — его обычная ирония лишила его слова всякой искренности. — Мой кузен Барт тоже был очень сильным. Он пропал в Неизвестной стране, той самой, куда ты поведешь это войско оборванцев.
Голт внимательно посмотрел на него.
— Ты думаешь, твой кузен мертв?
— Мой дорогой кузен, — сказал Альбрехт, — был очень умен и хитер.
— Это относится ко всей вашей семье.
Альбрехт захохотал, довольный замечанием Голта.
— Действительно, — затем он посерьезнел. — Ты, Голт, учти, Барт был хороший воин, да и отряд его состоял из опытных солдат. Может, он не возвратился не потому, что погиб. Может, он сам решил пока не возвращаться.
— В таком случае, он отправил бы королю донесение.
— Может быть, а может, и нет. Может, он там нашел сокровища или что-нибудь еще, что решил использовать для себя. Я же сказал, что он хитер. Если он жив, то наверняка не хочет, чтобы об этом узнали. Так что добавь еще одну опасность к тем, что ждут тебя впереди. Если Барт остался в Неизвестной Стране по доброй воле, то он наверняка не позволит тебе доставить вести об этом королю. Если это случится, я очень надеюсь, что ты убьешь его, если будет необходимость.
Голт повернулся в седле.