— Я тебе покажу! — рявкнул Голт. — Пусть они раскуют тебя сейчас и приведут тебя обратно. Если ты не очень ослаб в тюрьме, я покажу тебе, кто из нас цыпленок, а кто боевой петух!
Из-под бороды показалась медленная торжествующая улыбка.
— Милорд, ты хочешь попробовать свою силу на мне?
— Если у тебя хватит мужества.
— Мужества? Ха! — крикнул Гомон. — Свинья, сними с меня только эти железки!
Его увели. Голт отстегнул пояс, протянул его Линднеру. Шлем и кольчуга последовали за поясом. Затем он снял сапоги. Теперь он стоял, обнаженный до пояса. Мышцы его тела сверкали на солнце, как смазанные жиром.
— Милорд, — взмолился комендант, — бороться с этим человеком — значит, обречь себя на смерть. Он вовсе не ослаблен тюрьмой, он отбирал пищу у других. Цепи, которые он рвал голыми руками, могли бы сдержать льва. Не надо пробовать силы на этом звере.
Голт холодно взглянул на него.
— Мне в походе нужны звери, сэр комендант, и чем злее, тем лучше. Мне нужны сильные и горячие люди. Мыс ним испытаем друг друга. Если
он меня убьет, то мне незачем идти в поход, — он повернулся к Линднеру.
— Что бы ни случилось, держи меч в ножнах.
Линднер улыбнулся. Он не раз видел своего господина в деле.
— Хорошо, милорд, — спокойно улыбнулся он.
Послышалось звяканье доспехов.
Вернулись охранники. Их луки были наготове. Посреди шагал Гомон.
Плечи расправлены, руки напряжены, на них четко выделяются громадные мускулы. В глазах горит дьявольский огонек, губы презрительно улыбаются.
Он встал перед Голтом, поклон его был очень низким и насмешливым.
— Добрый господин, — сказал он, — может, мы начнем наш танец?
Затем он напружинил свои могучие руки и встал в позу.
Голт широко расставил ноги и пригнулся, чтобы встретить нападение. Гомон шел на него со скоростью, неожиданной для такого громадного человека. Голова его была наклонена вперед и готова была встретить любой удар. Он намеревался обхватить Голта.
Барон понял его тактику — Гомон хотел захватить его руки и изо всех сил нанести удар головой в подбородок. Тогда битва неминуемо закончилась бы, не успев начаться.
Голт выжидал подходящее мгновение, когда Гомон уже считал, что дело сделано, и, резко наклонившись вперед, бросил свое большое сильное тело под руками Гомона ему в ноги. Удар получился очень сильным, и Гомон упал через спину Голта.
Голт подхватил его, резко поднялся и поворотом туловища щвырнул бандита.
Гомон полетел, как камень, пущенный из пращи, и приземлился на голову и плечи, сильно ударившись о мраморные плиты.
Такое падение оглушило бы любого человека, но когда Голт повернулся, то увидел, что Гомон легко вскочил на ноги, не хуже акробата и, снова улыбаясь, смотрел на барона.
— А ты кое-что умеешь. Да и спина у тебя крепкая. Теперь я буду это знать...
Он снова пошел на Голта, быстрый и легконогий, как танцор. Затем он провел какой-то прием, против которого барон не нашел защиты. Голт внезапно ощутил себя перышком. Захваченный за ногу и туловище, он легко взлетел вверх, и затем Гомон швырнул его.
Голт приземлился на мраморный пол с такой силой, что у него перехватило дыхание. Он поднял голову и увидел, что бандит летит на него, намереваясь обрушиться всей тяжестью на беспомощное тело. Но Гомон не рассчитывал,’что Голт так быстро сумеет оправиться от нападения и откатиться в сторону. Гомон упал рядом с бароном, и только одна нога смогла задеть его. Хотя у Голта в голове все звенело от удара, он схватил ногу Гомона и резко рванул ее. Тело бандита описало дугу, перелетев через Голта, и ударилось об пол. Однако во время падения Гомона, Голт успел ухватить его за бороду и сильно стукнуть головой о камень.
Но Гомон уперся ногой в живот Голта и сильно дернул головой, так что в руке барона остались лишь клочья грязных волос, и перебросил его через себя. Голт покатился по полу и вскочил на ноги. Гомон тоже был готов к борьбе. Барон, опустив голову, кинулся на Гомона и сильно ударил его головой в грудь. При ударе он подумал, что у него лопнет голова или сломается шея, однако Гомон не выдержал, ахнул и упал на спину. При этом он успел схватить Голта за руку, потянул его вниз и опять с помощью ноги перебросил его, сильно ударив при этом. Снова барон взвился в воздух. На этот раз бандит не повторил своей ошибки, и не бросился на упавшего противника, но, пока тот поднимался на ноги, ударил его в лицо.
Из носа Голта рекой хлынула кровь. Сзади послышались крики гнева, шум, но Голт повелительным криком успокоил их, приказав хранить тишину. Он вовремя пригнулся, и следующий удар Гомона только просвистел возле уха. Голт схватил ногу Гомона, дернул, и тот рухнул на пол. Пока он поднимался на ноги, Голт увидел своего жеребца, который рвался из рук Линднера и еще нескольких людей.