Магия мозга и лабиринты жизни: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бехтерева Н. П. О мозге человека. СПб.: Нотабене, 1994. 248 с.

Бехтерева Н. П. О мозге человека. XX век и его последняя декада в науке о мозге человека. (On the Human Brain. XX century and its last decade in Human Brain Science). СПб.: Нотабене, 1997. 67 с.

Бехтерева Н. П. Магия мозга и лабиринты жизни. СПб.: Нотабене,1999. 299 с.

Гоголицын Ю. Л., Кропотов Ю. Д. Исследование частоты разрядов нейронов мозга человека. Л.: Наука, 1983. 120 с.

Гоголицын Ю. Л., Медведев С. В., Пахомов С. В. Компонентный анализ импульсной активности нейронов. Л.: Наука, 1987. 144 с.

Гречин В. Б., Кропотов Ю. Д. Медленные неэлектрические ритмы головного мозга человека. Л.: Наука, 1979. 127 с.

Данько С. Г., Каминский Ю. Л. Система технических средств нейрофизиологических исследований мозга человека. Л.: Наука, 1982. 133 с.

Илюхина В. Л. Медленные биоэлектрические процессы головного мозга человека. Л.: Наука, 1977.184 с.

Илюхина В. А., Бородкин Ю. С., Лапина И. А. Сверхмедленная управляющая система и память. Л.: Наука, 1983. 127 с.

Илюхина В. А. Мозг человека в информационно-управляющих взаимодействиях организма и среды обитания. СПб.: ИМЧ РАН, 2004. 328 с.

Илюхина В. А. Нейрофизиология функциональных состояний человека. Л.: Наука, 1986. 171 с.

Илюхина В. А., Заболотских И. Б. Физиологические основы различий стрессорной устойчивости здорового и больного человека. Краснодар: Изд. Кубанской медицинской академии, 1995. 101 с.

Илюхина В. А., Заболотских И. Б. Энергодефицитные состояния здорового и больного человека. СПб.: ЭГО, 1993. 192 с.

Илюхина В. А., Матвеев Ю. К., Чернышева Е. М. Транскраниальная микрополяризация в физиологии и клинике. СПб.: ИМЧ РАН, 2006. 192 с.

Илюхина В. А., Хабаева З. Г., Медведева Т. Г. и др. Сверхмедленные физиологические процессы и межсистемные взаимодействия в организме. Л.: Наука, 1986. 188 с.

Кропотов Ю. Д. Современная диагностика и коррекция синдрома нарушения внимания (нейрометрика, электромагнитная томография и нейротерапия). СПб.: ЭЛБИ, 2005. 147 с.

Кропотов Ю. Д., Пономарев В. А. Нейрофизиология целенаправленного поведения у человека. СПб.: Наука, 1993. 193 с.

Медведев С. В., Пахомов С. В. Динамическая организация мозговых систем. Л.: Наука, 1989.

Медведев С. В. Институт мозга человека Российской академии наук. СПб., 2000. 80 с.

Смирнов В. М. Стереотаксическая неврология. Л.: Медицина, 1976. 264 с.

Смирнов В. М., Бородкин Ю. С. Артифициальные стабильные функциональные связи. Л.: Медицина, 1979. 192 с.

Спивак Д. Л. Лингвистика измененных состояний сознания. Л.: Наука, 1986. 92 с.

Спивак Д. Л. Язык при измененных состояниях сознания. Л.: Наука, 1989. 96 с.

Спивак Д. Л. Измененные состояния сознания: психология и лингвистика. СПб.: Ювента, 2001. 420 с.

Spivak D. L. Linguitics of altered states of consciousness. Bochum, Brockmeyer Universitaetsverlag, 1993. 94 p.

Текст, который вы уже прочли, уважаемые читатели, был написан мною около семи лет назад. Мы интенсивно работали все эти годы в изучении механизмов здорового и больного мозга. Наиболее значимые научные разработки нашли отражение не только в научных статьях, но и в популярной прессе. Так, например, одна из моих любимых тем «Сверхвозможности мозга и запреты» нашла себе место в журнале «Наука и жизнь». Но это действительно мое самое любимое направление, к которому мы шли через годы и, соответственно, через главы книги, я рискую представить здесь, в переиздаваемой книге, как очень логичное завершение ее на сегодня. Итак, в «Магию мозга и лабиринты жизни» включается глава «Магия творчества».

Магия творчества (факты, соображения, гипотезы)[98]

Современная физиология мозга человека — результат интенсивного развития инвазивных и неинвазивных технологий второй половины и главным образом последних десятилетий XX века. Взаимообогащение и взаимопроникновение идей и достижений физиологии мозга человека и психологии определили реальный базис для попыток проникновения в психофизиологию творчества, его мозговую организацию и мозговые механизмы.

Вклад Института мозга человека РАН в формирование и становление современной физиологии мозга человека вполне существен. По чисто паранаучным причинам он более значителен в первом прорыве XX столетия, когда оказалось возможным с максимальной полнотой судить о событиях, происходящих в микромирах мозга (Бехтерева, 1997), однако и во втором, «технологическом», прорыве наше участие обозначено пионерскими работами именно в области психофизиологии творчества. Подойти к этой сложной, захватывающей, но и одновременно коварной проблеме нам позволил долгий путь изучения мозговой топографической организации и, что очень важно, мозговых механизмов мышления (Бехтерева, 1965–1999). Картирование и микрокартирование мозга при реализации различных функций лишь на первых порах оказывалось основной задачей, сменяясь сверхзадачей изучения механизмов управления мозговой функциональной организацией высших функций. Такому подходу субъективно, по-видимому, способствовали почти случайное открытие нами в 1968 году и последующее осмысление одного из важнейших мозговых механизмов и особенно в том, что касается высших функций, — детекции ошибок (Bechtereva, Gretchin, 1968).

Изучение мозговой организации и мозговых механизмов творчества реально стало осуществимым в настоящую, «технологическую» эру, когда в мозговой физиологии оказалось возможным уйти от поистине сизифова труда примитивных форм анализа данных. Реорганизация физиологических процессов мозга при индуцированном развитии творческого процесса исследуется нами на основе анализа данных локального мозгового кровотока с помощью позитронно-эмиссионной томографии (ПЭТ) и количественной электроэнцефалографии — локальной и пространственной синхронизации. Уникальным изучением творчества делает эти исследования психологический аспект работы, создающий модельную ситуацию вербального творчества и позволяющий далее с помощью адекватных контролей «изымать» из физиологических данных шаг за шагом максимально все, не являющееся собственно творчеством. Конструирование психологических тестов при изучении творчества постоянно совершенствуется и в соответствии с конкретной «подзадачей» и стремлением к «идеалу». Вполне понятно, что выделение физиологических механизмов собственно творчества — задача, на пути решения которой исследователя ожидают далеко не одни удачи.

[98] На основе экспериментальных исследований сотрудников лаборатории С. Г. Данько, М. Г. Старченко, Н. В. Шемякиной.