— Что из этого для вас важнее?
— Сведения.
— Тогда за них и поблагодарите.
— А за письмо?
— Если отдельно благодарите за сведения, этого достаточно.
Она немного подумала.
— Хорошо.
Хлудов взял чашку.
— Алексей Николаевич дело говорит.
— Он сказал меньше вас, папенька.
— Поэтому и дело.
Анфиса посмотрела на отца, но продолжила уже мне:
— С началом я разберусь. Дальше труднее.
— Что там?
— Князь со мной не согласен.
— А вы с ним?
— Тоже.
— Он просит объяснить вашу позицию?
— Да.
— Тогда объясните.
Анфиса провела пальцем по ручке чашки.
— Можно написать так, что несогласие почти исчезнет. А можно написать прямо. Я не знаю, где между этим вежливость.
Вот это уже было ближе к задаче, которую я умел решать.
— Что вы хотите ему сказать?
Она объяснила. Илларион исходил из одного основания, она считала важным другое; поэтому его довод её вывода не менял.
— Так и напишите.
— Так прямо?
— Не пишите, что князь неправ. Напишите, почему ваш вывод остаётся прежним.
Анфиса задумалась.
— То есть спорить не с ним, а с доводом.