— Вам нужен ответ?
— Очень.
— Тогда задавайте.
— Прямо?
— Так, чтобы Илларион Петрович понял, о чём вы спрашиваете.
— Можно сформулировать осторожнее.
— Если смысл сохранится — почему нет?
Она кивнула.
— Вот теперь понятно.
— Что именно?
— Вы не предлагаете мне писать смелее. Вы предлагаете не прятать за осторожностью сам вопрос.
Это было точнее, чем я сформулировал бы сам.
— Правильно.
Анфиса некоторое время молчала, потом сказала:
— А если мой ответ просто закончит разговор?
— Вы хотите его закончить?
— Нет.
— У вас есть вопрос, на который нужен ответ?
— Есть.
— Значит, ваше письмо уже не заканчивает разговор.
— А дальше?
— Дальше очередь Иллариона Петровича.
Хлудов нахмурился, но промолчал. Анфиса поднялась, подошла к небольшому письменному столику у стены и принесла свой утренний черновик. Лист остался повёрнут к ней. Она прочла первые строки и зачеркнула одну. Потом ещё одну.
— Здесь действительно половина письма не про то.
— Про что?
— Про то, как я умею быть почтительной.
— Князь это поймёт и без доказательств.
Она посмотрела на меня и снова на лист.
— Оставлю обращение и благодарность за сведения.
— А дальше?