— Ты чего? — спросил я от двери.
— Так ведь он меня взял, — прошамкал Терентий, мотнув головой в сторону старика. — Он. Не ты со своей волшбой, не братство со своими сетями. Горемыслушка. Мы ж с ним столько зим знакомы. Оба гнилые, оба к земле клонимся. А он вон посошком-то ещё как приложил.
Горемысл смотрел мимо него.
Без скрыта Терентий выглядел старше, чем в рассказах Корнея. Волосы свалялись, борода торчала клочьями, во рту осталось всего два зуба. Один глаз заплыл после встречи с Никитой.
Когда я вошёл, у меня резко защипало в носу. От него несло так, будто он долгое время спал в псарне, и подозреваю, что не только зимой. Горюч-камень с климат-контролем, который не только поддерживал нужную комфортную температуру в помещении, но ещё и озонировал в нём воздух, с этой вонью явно не справлялся.
— Князь Илия Святославич, — прошамкал он и нагло ухмыльнулся, стрельнув в свете светильников двумя гнилыми пеньками вместо зубов. — Напраслина вышла.
— Я так и понял.
— Я ж только поговорить пришёл.
— С бочками смолы?
— То не мои.
Он повёл слезящимся глазом по горнице и остановился на старике с посохом.
— Горемыслушка, — протянул он почти нежно. — Тоже, значит, продался.
Горемысл опять ничего не ответил, только сурово стрельнул в него глазами.
— А Корнейка где? — Терентий повернулся ко мне. — Корнейка мне в Смоленске похлёбку покупал, да баял, что от тебя защиту у Станислава искать будет. Его ты тоже к себе взял, князюшка?
— Взял, — кивнул я.
— Ну и правильно. — Он снова ощерил остатки зубов. — Вы все меня переживёте. Веру нашу порушили, теперь мастеров старых по миру пускаете, волховское искусство продаёте. А дале что?
— А дале мастера будут работать и жить долго и счастливо, а не жечь чужие амбары.
Терентий пожевал губами и отвернулся.
Лазарь сидел на полу возле стены, привалившись плечом к бревну. Дышал он до сих пор тяжело, с присвистом, и вставать не пытался.
Никита положил передо мной на стол амулет, снятый с Терентия.
— Есть совпадение с кодом разбитого амулета из-под Смоленска, — сообщила Ника. — Но основная структура старше.
— Лазарь, ты же рунный мастер?
Я встал со скамьи и присел перед ним.
— Ты эту вязь знаешь?
Тот смотрел в пол и потирал горло связанными руками.
— Лазарь, не заставляй меня задавать один вопрос несколько раз. Тебе мало было там?
Он посмотрел на Терентия.
— Старый волхв принёс. Две штуки было. Оба одинаковые, но оба битые были. Я починил.
— Похоже, Лазарь только менял оправу и восстанавливал повреждённые участки.
— Значит, не он сделал.