— Тогда раненых будете возить сюда, — сказала она. — На берегу их положат в грязь, а у меня тут чисто и Това умеет с иглой обращаться.
— Инга.
— Что «Инга»? Я княгиня или кто? — Она поправила шубу. — И не смотри так. Уговор про воду я помню и, если что, пойду за борт первой.
— С железкой, — уточнил я.
— И с копьём, — согласилась она серьёзно.
Горемысл в своём обычном дурном настроении умостился на носу лодьи и провожал глазами уходящих в сторону Арконы руянцев.
Когда я подошёл к нему, он даже голову в мою сторону не повернул.
— Значит, пока эти отвлекают на себя данов и жрецов, ты в подземелье собрался лезть.
Это был не вопрос, но ответить мне вроде как что-то надо было.
— Ты же лучше всех тут мою цель знаешь. Или вдруг осуждать решил?
— Я не про это. Если Борей отсюда уже ушёл, то почему оттуда так силой несёт?
— Ну так храм ведь. Святилище древнее. А что не так?
Он на меня всё-таки посмотрел. И горько усмехнулся.
— От любого капища завсегда смертью смердит. Жертвы иного не дают. И тут тако же. Да не так. Запах иной. И жутко знакомый.
— Что ты имеешь в виду?
— Надо бы тебе, княже, осторожнее быть.
Он задумался, потом опять поднял на меня глаза.
— Ты бы наконечники для стрел те с собой взял, что у Шастуна в ларце лежат. Авось пригодятся.
И опять отвернулся.
С тех пор как под Новгородом он выложился почти в ноль, останавливая Терентия, он и ходил такой смурной. А тут загадками говорить начал.
— Он же бывший аватар, — пояснила Ника. — У него сенсорика развита намного больше, чем у обычных людей или волхвов. Я бы его послушалась.
— Шастун! — я нашёл волхва на корме у горюч-камня. Он что-то кашеварил к обеду, с душистыми травками да копчёным салом. Аромат от его варева привлекал даже малышню на берегу, не говоря уже о наших гриднях.
— Княже?
Я махнул ему рукой, отозвав в сторонку.
— Ночью пойдём из залива в обход мыса и встанем невдалеке от холма, на котором святилище стоит.
— Мне Рёгнвальд с Торгниром уже сказали. Я с тобой пойду.
— Пойдёшь, — кивнул я. — Только захвати наконечники бодричей. На всякий случай.
Волхв заметно напрягся.
— Думаешь, понадобятся, княже?
— Горемысл как-то туманно вещает, что странное там что-то чует.