Речной Князь. Книга 6: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Передняя большая лодья накренилась совсем. Гребцы побросали весла и лодью потащило на мель.

— Сдаются! — выдохнул Луня. — Кормчий, вёсла кажут!

Второй продержался дольше. Там орали, гнали людей на лавки, но гребь упиралась и ни в какую не желала садиться за вёсла. Я не стрелял. Ждал. На третий раз никто не крикнул — вёсла встали и поднялись к небу.

На реку легла тишина.

У плотины догорал пожар, под дальней стеной выла орда. И всё же после громов это была тишина. В ней стало слышно, как у нас на палубе кто-то длинно, со всхлипом выдохнул.

Я оглядел своих.

Хвощ сидел на колоде, обняв тёплый ствол, и гладил его, как коня после скачки. Кутырь пил из ковша. Зубы стучали о край. Луня глядел в свою бересту и не мог сосчитать собственные палочки. Прон, Кувалда и Окунь стояли чёрные, как черти из бани, и лица у них были пустые и светлые разом.

— Ну что, артиллеристы, — сказал я. — Отработали.

Палуба загудела, по-мужицки. Этот гул был мне дороже всякого рёва.

— Клещ. Правь к кабану.

Гул смолк.

Слепая Вепрева лодья без правила крутилась поперёк течения выше нас. Её помалу сносило боком, и люди на ней стояли у мачты, сгрудившись, и ждали. Над ними висел белый прапор с чёрным кабаном.

Единственный прапор на реке, который ещё не спустили.

— Гордый, — сказал Клещ. — Или дурной.

— Сейчас узнаем.

От лодьи с птицей «Навь» отвалила, оставив на призе своих, — и пошла вверх, к кабану. Не спеша шла, по-хозяйски: паруса приспустили, шли на вёслах.

Вепрева гридь ждать умела тоже. На битой палубе строились — я видел, как сдвигаются щиты, как выравнивается железо вокруг мачты, под самым прапором. Полсотни их там ещё стояло на ногах, и сдаваться эти полсотни не собирались.

— Дурной всё-таки, — вздохнул Клещ. — Порубят же его людей зазря.

— Не зазря. — Я держал ладонь на потеси и слушал, как сходятся два корпуса. — За прапор свой лягут. Это, Клещ, не дурость, а последнее, что у них осталось.

«Навь» подошла на десять саженей — и с её бортов ударили самострелы.

Залп смёл щитовой ряд наполовину. Затем полетели горшки. Прозвучали хлопки и гридь посыпалась. Борта сошлись со скрежетом и наши пошли через планширь.

Резня вышла короткая.

Вепрева гридь дралась зло, но самострелы и горшки сняли лучших. Схватка вскипела у мачты, покатилась по палубе, распалась на кучки — и стихла. Где бросали железо, где ложились. У мачты, под прапором, дольше всех стояла последняя стена — десяток спин вокруг одного человека — и когда она осыпалась, на палубе стало тихо.

Волк и Вепрь остались друг против друга.

Вепрь стоял у мачты, широкий, седой, в изрубленной броне, и топор в его руке глядел вниз. Волк что-то говорил, но недолго — несколько слов всего сказал. Догадаться что там были за слова нетрудно. Порубежье. Межа. Отцовы засеки, которые кабан сам же и ставил, — и сам провёл мимо них мразь.

Вепрь ответил и начал поднимать топор, но Волк оказался быстрее. Прыжок — и его топор вошёл кабану в шею раньше, чем тот успел замахнуться.

Седое тело осело у мачты, под собственным прапором.

Волк постоял над ним. Потом поднял голову — и через полсотни саженей поглядел на меня. Я кивнул. Он вытер топор о полу и махнул своим. Белый прапор с чёрным кабаном пополз с мачты вниз.

Последний вражеский прапор на этой реке.

— Всё, — сказал Клещ и снял шапку.