Выберите цвет: читать начало книги онлайн

«Да понимаю, – кивнула она. – Просто у меня сейчас туго с деньгами. Не тяну счета».

Ее бывший перестал платить алименты. Грозился объявить себя банкротом. Если доведет дело до конца – всё, пиши пропало. Денег не будет вообще. Так что я выдала ей зарплату. Выписала чек. И с тех пор она здесь не появлялась.

Я помню ее первый день.

Нок пришла с детьми. Двое малышей. Семь и пять лет, девочка и мальчик. Ей некуда было их деть. Ни родни, ни знакомых, чтобы присмотрели. Это только на один раз, сказала она.

Мы предложили усадить их в подсобке – с карандашами и бумагой, – но через две минуты они выскочили в зал.

Хотели быть рядом с матерью.

Дети умеют привлекать внимание. Из-за того, что они просто сидели у окна, прохожие заглядывали внутрь, махали. Мальчишка подходил к стеклу, прижимал к нему обе ладошки. Кто-нибудь постоянно останавливался, чтобы дать ему пять. А потом он начинал крутиться из стороны в сторону. Девочка пристраивалась рядом и делала то же самое.

Я так и не выбросила их рисунки.

А потом Нок стала приводить их с собой на каждую смену. Это как-то само собой вошло у нее в привычку, и я ничего ей не говорила. Им и правда некуда было деваться. Да и мне нравилось, что они тут крутятся. Семьи у меня нет. Хотя если подумать – у меня есть всё, что мне нужно. Правда, легче от этого не становится.

Я рассказала детям про океанариум. Там можно потрогать ската. «Страшно!» – сказал мальчишка. «А он не ударит током?» – спросила девочка. «Я не боюсь! – храбро ответила я. – Им удаляют жало, так что это безопасно».

«А не надо удалять, – возразил мальчик. – Надо изобрести такое устройство и… и… и приделать его к жалу… на самый кончик… чтобы скат не бил током».

Дети! Выдумывают идеи на ходу. Им еще никто не успел сказать: «Так не бывает», «Это невозможно», «С чего ты взял?». Я тоже так подумала, но промолчала. Не хотела становиться одним из таких голосов.

Когда работы не было, им нравилось нас красить – меня и девочек. Мы выстраивались в ряд, а они брали кисточку и раскрашивали нам веки, рисовали круги на щеках, обводили губы.

– Эй, она тут, – говорит мне Май.

Это наша резервная девочка, Энни. Добралась минут за десять. Тянет на себя стеклянную дверь, заходит в салон. Машет всем разом. На ней розовое летнее платье, и я многозначительно на него смотрю. Она понимает, о чем я думаю, и говорит:

– Да-да, форма у меня с собой.

Хлопает по сумке и исчезает.

Имя этой девочки – Энни – на нашем языке ничего не значит. Ее можно было бы назвать красивой, но она сутулится. Она чуть выше остальных в салоне, но рядом с нами ее рост совсем не бросается в глаза – из-за осанки. И еще: стоит мне на нее взглянуть, она тут же находит, за чем спрятаться. За мной, за другими девочками, за клиенткой, за стойкой, за букетом на столе.

– Сьюзен, – говорит мне Энни, косится на бейджик и ухмыляется. Переводит взгляд на Май и повторяет: – Сьюзен.

– Сьюзен, – эхом отзывается Май.

– Девочки, девочки, девочки. У нас полная запись, я правильно понимаю? – восторженно провозглашаю я всем, кто на смене. – Дела идут в гору!

Ору, как цирковой конферансье.

Мы смеемся. Наши имена лопаются, как пузыри в пластиковой ванночке, которую мы подставляем клиенткам.

Лиззи, Лизи, Лили, Лу. Невеста – та, которая Лиззи, а не Лизи. И, чтобы нам стало совсем уж весело, Лили и Лу – близнецы. Я первая срываюсь с места и веду Лиззи к стеллажу с лаками, показываю на воду для ног. Она знает, что делать.

Май берет Лизи.

Лу и Лили наперебой уступают друг другу – давай ты первая, нет, ты. После всех этих препирательств Энни берет одну из них.

Первой заговаривает Лиззи.

Спрашивает, кто тут выходит замуж. Она прекрасно знает кто, но хочет, чтобы ответ прозвучал во всеуслышанье. Ей нужна группа поддержки. Подружки невесты выкрикивают ее имя, и наши Сьюзен подхватывают.

Не знаю, почему я к ним не присоединяюсь.

Смотрю на Лизи и думаю – вдруг она на секунду решит, что это про нее: ведь ее имя звучит почти как имя невесты. Но она и бровью не ведет, и я понимаю: они без труда различают друг друга, потому что все между собой давно знакомы.