Я сверлю его взглядом, когда он приподнимает брови, глаза впиваются в меня.
— И я имею на это право, Роза, — тихо рычит он. — Потому что ты моя.
Я содрогаюсь от жара, когда он это говорит, ненавидя себя за это.
— Я...
— Ты моя, — снова рычит он, вонзая в меня глаза. — Но это не работает в обратную сторону.
Я вздрагиваю, чувствуя, как небесный кайф от предыдущего момента рассыпается в пепел у моих ног.
— Ну, мне продолжать считать?
Мои глаза закрываются.
— Пошёл ты.
Я разворачиваюсь, рывком открываю дверь и вылетаю в коридор.
Глава 28
Мои зубы скрежещут, мышцы кричат. Мой кулак сильно врезается в мешок, сотрясая руку и посылая фейерверки боли в рану на спине. Я рычу от боли и отступаю, только чтобы тут же вернуться с левым хуком.
Я уклоняюсь и ныряю, делая воображаемые контратаки, уходя влево и вправо, прежде чем снова перейти в наступление. Я провожу серию ударов в корпус, и как раз когда мой невидимый противник пытается перевести дух, я сокрушаю его лицо мощным правым.
Лёгкие разрываются, я весь в поту, наконец отступаю от мешка и падаю в кресло.
Мать твою, как же больно.
Вся моя левая сторона, куда вонзился нож, горит. Сама рана чувствуется так, будто в мою кожу медленно вонзают раскалённую кочергу. Но я замуровываю боль и заталкиваю её вниз, стиснув зубы, заставляя себя дышать.
Раздражает, что мешок для бокса убрали из моей комнаты вместе с остальным беспорядком на днях. Можно поблагодарить Люсиль за то, что она вынесла его, пока я был без сознания. Но затем Вентворт, благослови его, оборудовал случайную неиспользуемую гостевую комнату в шаге от моих покоев как импровизированный тренажёрный зал.
Свободные веса, силовая рама, скамья, маты для скручиваний и пресса, и, конечно, мешок.
Мои глаза окидывают оборудование передо мной. Ладно, это довольно прилично. И трудно злиться на Люсиль.
Оказывается, жизнь в комнате, которая не является помойкой, положительно влияет на моё общее настроение и самочувствие.
Кто бы мог подумать.
Но за три дня с тех пор, как я выпроводил Розу из комнаты, никто не заходил в неё, чтобы оценить её новую чистоту, кроме меня.
Тележка с завтраком всё ещё ждёт меня строго снаружи комнаты. Я хожу в другое место, чтобы проверить швы на спине.
Ни Люсиль. Ни Вентворта.
И уж точно не Розы.
Я мрачно смотрю в никуда, тёмные облака кружатся в голове, когда её лицо мелькает в моём воображении.
Я не видел её с той ночи. Я приостановил наши официальные ужины. Я также не брожу по дому, где могу столкнуться с ней. Я провёл последние три дня в основном в спальне или в кабинете.
Кряхтя, я встаю, потягиваясь и стягивая потную рубашку, и плетусь из комнаты. По коридору я возвращаюсь в свою комнату, затем направляюсь в ванную и включаю горячий душ.
Я мрачно смотрю на кафельную стену, пока обжигающая вода льётся на меня.