– А почему тогда спишь?
– Меньше знаешь, лучше спишь.
Отец ушёл, он устал и было не до шуток.
– Папа! – Вбежал сын на кухню и стал помогать отцу выбирать поджарки. – Если всех коров отпустить на волю, как в Индии, что будет?
– Это тебе наш сосед такие задачки на дом задаёт? Для меня? Ты слушай, что говорит тебе мама. Если распустить всех коров, то тогда не будет ферм, и мне негде будет работать… – Отец смотрел на сына непонимающим взглядом. – И потом… Корова не понимает, чья она. И свобода ей не нужна. Сдохнет. Она не понимает, что такое свобода. Корова – это не олень и не медведь. И тех скоро приручим.
Через пять минут отец перестал есть поджарки, он ел быстро, как и работал.
– Дружок, ну рассказывай, что делал?
Сын спешил сказать всё, пока отец не ушёл к себе спать.
– Белолобая всё понимает! Она бабу Дусю не брыкает. Она отдаёт ей молоко, а тётке Зине нет, а только хвостом по глазам. А та её скамейкой! А Белолобая копытом!
Утром Вову отвёз отец в школу. Учительница по русскому языку пересадила его с первой парты на последнюю, «на Камчатку», потому что он вертелся. И позвонила маме.
– Ты опять был на ферме?! – встретила мама сына. У мамы глаза сузились и стали как у тетки Зины. – Ты дал мне слово, и ты обманул?! Коровы все из грязи. И ты пропах! С тобой хорошая девочка в школе сидеть за первой партой не хочет.
– И я не хочу сидеть с девочкой! Она белолобая! Она ябеда.
– Отец, разберись! – сказала мать и вышла.
Отец минуту-другую молчал, потом начал издалека:
– Мы – мужчины… Была первая зима для воробья. Летел молодой, летел и упал, уже думал, что не увидит весну. Шла мимо корова, уронила одну лепёшку, другую. А третья накрыла воробья с головой. Молодой отогрелся и зачирикал. Услышала кошка из подворотни. Прыгнула и съела воробья. Мораль. Не тот враг, кто тебя обкакал, не тот товарищ, кто из дерьма тебя вытащил, но если попал в дерьмо, то сиди и не чирикай.
– Папа, дельфины передают сигналами свои слова… Правда? – Сын хотел рассказать отцу всё, что видел и слышал за день.
– Правда.
– Может быть, и коровы как дельфины?
– Так вот зачем ты ходишь в коровник?! – Отец положил ему руку на плечо. – Ты хочешь сделать открытие?! Но всё на земле уже открыто, даже звёзды уже все посчитаны.
– А почему Белолобую держат на цепи?
Тут зазвонил телефон, отец снял трубку:
– Да! Иду! Иду, сказал!
А после школы, когда Вова гулял, то опять зашёл в коровник. Белолобая стояла, прикованная цепью. В короткой металлической цепи мало колец, и корове неудобно лежать, тянет, натирает шею. И доставать еду из кормушки неудобно. В кормушке коровья еда. Эту еду корова жевала и пережёвывала. В коровнике темно: окна забиты досками. Электричество не включают.
Вова присмотрелся в темноте и увидел бабу Дусю, доярку.
– Иди, детка, дам парного молочка, – ласково позвала мальчика доярка.
– Как может белое молоко рождаться из грязи? – спросил Вова бабу Дусю.
– А как из земли родится арбуз? А корова, она ведь умнее арбуза? Лошадь хороша, а корова лучше. Скольким она жизнь спасла в голодные годы…
– Корова из грязи…
– Корова не из грязи. Из грязи только коровья смерть. Раньше с коровьей смертью умели бороться. Собирались голые бабы в самую полночь искать и бить коровью смерть. Встретят кого первого на пути – тот и есть коровья смерть.
– Это правда? – От сквозняка шевелится солома, и кажется, что под соломой кто-то спрятался.