Кайран резко поднял голову.
В серых глазах мелькнуло что-то золотое.
Я застыла.
Нет. Не может быть. Не здесь. Не сейчас.
— Выйди, — сказал Кайран.
Я не сразу поняла, кому.
— Оба, — бросил он жёстче. — Нэйра, Мира — за дверь.
— Нет, — сказала я.
— Сейчас же.
— Нет.
— Нэйра!
Он рявкнул так резко, что Мира вскрикнула. По стенам словно прошёл удар. Лампа на столе дрогнула, пламя вытянулось.
И я увидела — не показалось, а действительно увидела — как по его шее, к воротнику, поднимается тёмный блеск чешуи.
Северин тихо выругался.
— Поздно.
Кайран стиснул зубы так сильно, что я услышала скрежет.
— Я сказал. Уйдите.
— Чтобы ты остался здесь один и разнёс полбастиона? — резко спросил Северин. — Отличная мысль.
— Заткнись.
Он шагнул назад, будто пытаясь держаться подальше от нас всех сразу. Руки сжались в кулаки. Я слишком хорошо знала, сколько контроля в нём обычно. Сейчас этого контроля оставалось всё меньше с каждой секундой.
И вдруг мне стало страшно не за себя.
За него.
Проклятая, нелепая, совершенно неуместная женская правда, которую я сама бы с удовольствием вырвала из груди — но она никуда не делась даже после тронного зала, развода, Вианоры и всей сегодняшней грязи.
— Нэйра, — сказал он уже тише, почти сквозь зубы. — Уйди.
Я сделала шаг к нему.
Северин тут же перехватил меня за локоть.
— Не надо.
— Отпусти.
— Если он сорвётся сейчас полностью…
— Отпусти меня.