Кайран шагнул вперед.
— Назови имя.
— Лорд Эйдан Ретт, — ответил незнакомец. — Внешний совет короны. Думаю, вы обо мне слышали.
Я — нет. Но по лицу Кайрана поняла: да, слышал. И явно ничего хорошего.
Северин сказал сухо:
— Удивлен, что вылез сам, а не прислал очередную ручную тень.
— Эта ночь перестала быть делом для теней, господин Кроу. После того, как нижний контур откликнулся на всю площадь, работать придется уже не намеками.
Я почувствовала, как под плащом снова нагревается браслет.
Не так, как рядом с Кайраном. Хуже. Тревожнее.
— Вы были в нефе, — сказала я.
— Да.
— И наблюдали.
— Разумеется.
— Зачем?
Лорд Ретт посмотрел на меня с таким выражением, будто я наконец задала единственный стоящий вопрос за всю ночь.
— Потому что мне было нужно увидеть, кто именно в этой истории говорит правду. Дорен Эстель или огонь.
— И что решили? — спросил Кайран.
— Что огонь, к сожалению для многих, оказался убедительнее.
Слова прозвучали почти с сожалением. Но слишком гладко, чтобы в них поверить.
Северин медленно переместился чуть левее, отрезая ему часть отхода. Тот заметил. И явно не испугался.
— Не трудитесь, — сказал он. — Если бы я хотел вас убить, сделал бы это до выхода из собора. Сегодня я здесь не для этого.
— Тогда для чего? — спросила я.
Он посмотрел прямо на меня.
— Чтобы предложить вам сделку.
Конечно.
Что еще мне могут предложить после такой ночи? Только очередную клетку в более красивой упаковке.
— Не интересует, — сказала я.
— Прежде чем отказаться, выслушайте.
— Я устала слушать мужчин, которые начинают с полуправды.
— Тогда скажу полно. — Он слегка развел руками. — К утру совет расколется. Одна часть будет топить Эстелей, вторая — пытаться доказать, что нижний контур не завершает признание. Храм закрепит запись, но дворец попытается утянуть формулировки в разбирательство на недели. За это время вас либо снова попытаются убрать, либо вынудят исчезнуть "ради тишины". А генерала — разорвать между родом, армией и вами.