— Да.
Хранитель не стал спрашивать подробности при всех. Опять же — умный.
— Тогда где, по-вашему, безопаснее?
На этот раз ответил Северин.
— Нигде.
Несколько человек в зале нервно обернулись на его голос. Кто-то, кажется, только сейчас понял, что он вообще здесь.
— Прекрасный ответ, — сухо заметил Таль.
— Зато честный. — Северин перевел взгляд на нас. — После этой ночи столица для нее дырявая, как сеть. Дворец пробит. Храм пробит. Совет — тем более. Резиденция рода засвечена заранее. Если вы оставите ее на одном и том же месте хотя бы до рассвета, утром снова будете объяснять, почему женщина, признанная в нижнем контуре, вдруг исчезла.
Неф зашумел еще сильнее. Таль стукнул посохом о камень. Без толку.
Я почувствовала, как усталость тяжело наваливается на плечи. Стоять, слышать, думать становилось все труднее. Но именно в такие минуты очень легко потерять голос. А этого я больше не собиралась делать.
— Хватит, — сказала я.
Не громко. Но почему-то меня услышали.
Может быть, потому что все ждали, когда я наконец сломаюсь. А я вместо этого просто заговорила.
— Хватит решать, где меня удобнее держать. Я не останусь здесь. Не вернусь во дворец. Не поеду в резиденцию. И не позволю снова перевозить себя по чужим маршрутам, как вещь с важной печатью.
Я смотрела только на хранителя Таля.
— Вы хотите формулировку? Хорошо. Вот она. Я выйду из собора этой ночью, но не одна и не под эскортом совета. И если кому-то это не нравится, пусть сначала объяснит, почему меня уже пытались убить, похитить и подменить прямо на вашей земле.
Таль выдержал мой взгляд. Потом очень коротко кивнул.
— Принято.
Совет загудел. Я даже не обернулась.
Потому что в тот момент поняла одну важную вещь: если говорить достаточно прямо, люди, привыкшие смотреть на женщин как на мягкое место любого скандала, иногда просто не успевают подобрать подходящую форму презрения.
Кайран чуть повернул голову ко мне.
Не улыбнулся. Не смягчился. Но в его лице на миг мелькнуло что-то очень близкое к мрачному одобрению.
Северин сказал тихо:
— Тогда уходить надо сейчас. Пока они еще спорят, а не перекрывают выходы.
— Согласен, — коротко отозвался Кайран.
Хранитель Таль явно хотел возразить. Но, кажется, сам понимал: поздно. И если он попытается удержать нас здесь из соображений храмового достоинства, к утру сам получит вторую попытку ритуала или новую кровь на плитах.
— Я дам вам двух людей, — сказал он. — Только своих. Не совет.
— Одного, — ответил Кайран. — И только до внешней лестницы. Дальше не надо.
— Вы опять не доверяете храму?
— Я этой ночью никому не доверяю полностью.