— Три.
— На третьем посту было два.
— Значит, третий случился после проверки.
Мы все замолчали.
В зале сразу стало слышно, как капает вода из крана у второго стола, как дальний сервитор скребёт щёткой по мёртвой руке, как за стеной певчие тянут литанию для леди-регента и двух офицеров, которых ещё не сняли с почётного обряда.
Горловой имплант щёлкнул.
Сухо и тихо. Прямо под открытой шейной пластиной. Я видел его в этот момент. К импланту никто не прикасался.
Тимон дёрнулся к каталке.
— Не трогай, — предостерёг я.
Он застыл с поднятой рукой.
Госпитальер медленно отложила ножницы на стол и нажала красную клавишу записи.
На табличке появилась новая строка:
ЧЕТВЁРТЫЙ СИГНАЛ
ПИТАНИЕ ОТКЛЮЧЕНО
ПРИКОСНОВЕНИЯ НЕ ЗАРЕГИСТРИРОВАНЫ
ИСТОЧНИК СИГНАЛА НЕ ОПРЕДЕЛЁН
— Запись чистая, — сказала она. — Сигнал прошёл при свидетелях.
— Бой и раны здесь ни при чём, — заметил я.
— Это вообще не остаточный сигнал или нагрев. Кто-то снова послал сигнал на имплант.
Тимон прошептал:
— Техноересь или техночудо?
Я посмотрел на него.
— Ты сейчас хочешь угадать, подмастерье?
Он закрыл рот. Старший госпитальер накрыла горло связиста чистой тканью.
— Вниз его. В малую санитарную крипту.
— Почему вы не проведёте осмотр здесь? — спросил Тимон.
— Потому что здесь слишком близко к залу саркофага. Если имплант щёлкнет ещё раз, каждый служитель начнёт кричать про чудо, знак Бога-Императора, кощунство или техноересь. В крипте будут столы, приборы, журнал записи и закрытая дверь. Там каждый щелчок пойдёт в акт, а не в литанию.
— Кто ставит допуск на крипту? — спросил я.
— Пятый пост. Печать Крови. Старший медикатор крепости. Без его отметки тело вниз не уйдёт.
— Он знает, что мы привезём тело?