Warhammer 40,000. Семь Клятв Святой Девы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— И ещё я уверена в том, что вы, миледи, не должны оказаться рядом с тем, что охраняю я. Это не вопрос важности — это вопрос выживания.

Обожжённый сержант у прохода снова сорвал голос:

— Правый фланг! Правый фланг, мать вашу! Не дайте им обойти нас! Андр, дегенерат! Ты не знаешь где право, а где лево?

Демоны перестали лезть через середину и пошли вдоль стен. Одна демонетка с лицом девочки и двумя клешнями на животе пошла вдоль стены, туда, где Серафим удерживал свой рубеж. В волосах у неё застряли куски чужой кожи, она улыбалась так, будто бежала не убивать, а играть, — её движения были лёгкими и танцевальными. Серафим не мог развернуться на неё полностью: из фиолетового света уже тянулась новая рука, угрожающе шевеля пальцами.

Сержант увидел это раньше меня.

— К ступени не пустить! Старика не открывать, там рубеж! — его голос звучал хрипло, но властно.

Двое гвардейцев развернулись. Один выстрелил и попал твари в плечо — она вскрикнула, звук был похож на скрип ржавых петель. Второй дал очередь ниже, срезал ей колено. Демонетка упала на бок, но продолжала ползти, извиваясь, как раздавленная змея. Серафим, не глядя на них, выстрелил в руку у ступени, а потом резко повернул ствол вниз и добил ползущую тварь одним выстрелом в голову.

— Благодарю, — сказал он коротко.

Сержант сплюнул кровью на пол.

— Потом свечку поставишь. Сейчас демонов не профукай.

— Если выживешь, сам поставишь, — ответил Серафим.

Ферр снова поднял плазменную пушку. Манипулятор, явно не предназначенный под вес серьёзного орудия держал хуже, чем раньше. После второго выстрела крепление повело, и весь ствол чуть просел вниз, будто устал от собственной тяжести. Я заметил, как Ферр на мгновение замер, словно взвешивал в своих механических мозгах, стоит ли тратить энергию на починку или лучше действовать так, как есть. Он щёлкнул механодендритом по боковой скобе, выровнял угол с характерным металлическим звуком — будто кто‑то провёл гвоздём по стеклу — и повернул окуляр к сержанту.

— Мирянин с обожжённой лицевой частью, убрать ваших людей от середины зала на двенадцать с половиной метров, — произнёс Ферр ровным, бесстрастным голосом, в котором не было ни раздражения, ни угрозы. — Ферр Вольт не будет повторно объяснять, что плазма не уважает героическое стояние в неудобном месте. Последствия такого неуважения обычно необратимы и сопровождаются потерей конечностей.

Сержант хрипло заорал, его голос прорвался сквозь грохот боя, как ржавый нож сквозь старую кожу:

— От середины! Пятнадцать шагов назад! Бегом! Бегом! Бегом! Бегом! Бегом! Слышали техножреца? Плазма вас не уважает, и я тоже! Особенно тебя, Андр! И не смотрите на меня так, будто я тут шутки шучу! Кто останется на месте — сам себе могилу копать будет!

Гвардейцы отработали приказ без сучка и задоринки — дисциплина в этом хаосе показалась мне чудом. Один даже не понял, почему отходит, пока плазма Ферра не ударила в то место, где он только что стоял. Вспышка ослепила на мгновение, воздух наполнился запахом горелого мяса и расплавленного камня. Из‑под стола там вылезали сразу три демонетки — их бледные тела с чёрными клешнями показались из‑под разорванного покрова, будто три кошмарных паука. Плазма испарила верхние части тел, оставив только дёргающиеся ноги, а оставшееся добили лазерным огнём и болтером Ари. Кровь хлынула под ноги гвардейцам и тут же задымилась на раскалённом роккрите, издавая мерзкий запах, напоминавший жжёный сахар с примесью тухлой рыбы.

Ферр произнёс, чуть повернув голову в мою сторону:

— Омниссия благослови поправку по высоте. Миряне могут считать это милостью, если им требуется простое слово для объяснения удачного стечения обстоятельств.

— Мне требуется, чтобы ты стрелял, а не возносил молитвы! — выкрикнула Марта, её голос прозвучал резко, но в нём слышалась нотка отчаяния.

— Мирянка выразила разумное пожелание грубой формой, — невозмутимо отозвался Ферр. — Ферр Вольт принимает первую часть. Вторая часть остаётся на усмотрение мирянки.

Из Зала Саркофага снова ударили болтеры — их ритмичные выстрелы напоминали стук колёс поезда, несущегося по колее, проходящей через Имматериум. На этот раз крупный демон показался в проходе больше, чем раньше. Эдна и две Сестры шагали боком и давили его щитами в сторону от саркофаговой платформы, методично, как рабочие, сдвигающие тяжёлый груз. Они не пытались убить его сразу — это было бы слишком рискованно, но они и не давали ему повернуться туда, где стоял саркофаг, охраняя его с упорством, которое граничило с безумием.

Огнемётчик ударил по полу перед ногами демона. Прометий растёкся горящей полосой, освещая проход зловещим оранжевым светом. Демон переступил через огонь, но потерял скорость — его движения стали чуть более замедленными, как у пробирающегося по вязкой грязи. Эдна подскочила ближе и ударила цепным мечом по другой ноге. Зубья врезались в плоть с влажным хрустом, высекая искры. Болтерная очередь прошила ему бедро. Из разрывов ударила густая тёмная кровь, фонтаном брызнула на щит Сестры и на край платформы, оставляя на металле липкие пятна. Одна из Сестёр тут же шагнула вбок и закрыла саркофаг собой, её поза была неподвижной, как у статуи, охраняющей святыню.

Демон ответил. Он ударил клешнёй сверху с такой силой, что одну Сестру сбило на бок вместе с куском огнемётного шланга. Пламя плюнуло в сторону, ударило по стене, и на миг весь проход стал красным, будто мы оказались внутри раскалённой печи. Кто‑то внутри закричал, его голос звучал панически:

— Шланг! Шланг держи! Не дай ему оборваться — иначе мы все тут поджаримся!

Эдна рявкнула поверх огня, её голос перекрыл все остальные звуки:

— Огонь ниже! Ниже, сказала! Саркофаг не задеть! Прометий зальёт платформу — я тебя сама к ней приложу! У нас тут не выставка достижений, а бой, и каждый промах может стать последним! За Императора!

— За Императора! — огласил боевой клич Зал Саркофага.

Ари приблизилась на полшага к проходу, её движения были плавными и расчётливыми. Аврелия сделала ровно то, чего ждала Ари, — я заметил это по тому, как напряглись её фигура. Она незаметно перенесла вес на переднюю ногу, её поза стала чуть более собранной, готовой к действию. Потом потянулась от края платья к столу, её пальцы скользнули по ткани, будто она хотела нащупать что‑то, спрятанное под погребальным покровом.

Ари ударила щитом назад, не глядя, — движение было быстрым, почти инстинктивным. Край щита встал между рукой Аврелии и столом, преграждая путь с точностью, которая могла бы вызвать восхищение, если бы ситуация не была столь опасной. Удар был слабый, но точный — Аврелия остановилась, рука её замерла в воздухе. Она медленно посмотрела на щит, потом на Ари, взгляд её был холодным и изучающим.

— Вы следите за мной, даже когда смотрите на смерть своих Сестёр, — произнесла Аврелия, и голос прозвучал ровно, без эмоций.