Красные ночи: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

О польско-украинских межнациональных отношениях на Волыни больше, чем воспоминания, и более объективно нам расскажет статистика, составленная официальными польскими властями. При подавляющем численном превосходстве населения украинской национальности, о чём уже говорилось, польское меньшинство находилось в привилегированном социально-экономическом положении. Крупные поместья, занимавшие в 1939 году ¼ земель, как правило, принадлежали полякам. Им принадлежало 77,3 процента крупных земельных владений. Структура собственности крестьянских хозяйств была более благоприятной для польских крестьян, чем для украинских; это наглядно иллюстрирует следующая таблица:

Средняя площадь польского хозяйства составляла 6,9 га, а украинского — 4,3 га. Нехватка земли среди крестьян и тенденция к дроблению хозяйств проявлялись гораздо сильнее среди украинского населения. Относительно большее число польских хозяйств в более зажиточных группах было результатом специальной политики, проводимой польскими властями, направленной на раздел земель, поселение и создание польских колоний. Например, польские хозяйства площадью от 10 до 50 га возникли в основном в результате поселенческой кампании. Ведь на Волыни в 1939 году их насчитывалось 7796, а поселенцев, которым, как правило, выделялось более 10 га земли, в период 1921–1939 годах, прибыло 7047. Таким образом, поселенческая кампания была своего рода акцией по формированию слоя польских «гроссбауэров»37, которых там раньше почти не было. Можно себе представить, какое обострение межнациональных отношений вызывала подобная сельскохозяйственная политика польских властей38.

Однако намерения польского правительства шли ещё дальше. По поручению высших государственных властей в Институте экономики восточных земель в 1937 году был подготовлен доклад под названием «Перспективы польского сельскохозяйственного поселения на востоке Польши». С рекомендациями этого доклада считался Секретариат Комитета обороны Республики. Среди прочего рассматривалась возможность создания вдоль границ сплошного пояса польского заселения, из которого украинцев планировалось удалить даже путём искоренения. В дальнейшей перспективе планировалось создать на восточных окраинах устойчивое превосходство польского населения, то есть такое превосходство, которое не нарушалось бы миграционными процессами. По расчётам, для этого требовалось переселить туда шесть миллионов поляков. Это был одновременно план ассимиляции и истребления украинского и белорусского населения. С 1937 года этот вопрос всё более непосредственно переходил в руки военных кругов. В феврале 1937 года министр военных дел генерал Т. Каспжицкий39 в письме министру сельского хозяйства и аграрных реформ изложил требования в отношении плана разделения земель на 1938 год на восточных территориях: не допускать сокращения материального польского владения и заселять «определённые территории государственно надёжным элементом, то есть польским элементом»40.

В ноябре 1937 года Департамент общего командования Министерства военных дел рекомендовал в циркуляре рассматривать вопрос о разбиении на участки «прежде всего с точки зрения потребностей военной безопасности» и на восточных территориях, к востоку от западных границ поветов Санок41, Добромиль42, Пшемысль43, Ярослав44, Билгорай45, Красныстав46, Хелм47, Влодава48, Бяла-Подляска49, Бельск-Подляски50, Белостока51 и Августова5253, землю, полученную в результате раздела, распределять «только среди поляков, обладающих сельскохозяйственной подготовкой и сильных в экономическом отношении». Поручая подготовительную работу в этой области руководителям самостоятельных отделов военной безопасности54 командования корпусных округов55, циркуляр также определял непосредственное участие окружных командиров, которое, среди прочего, должно было заключаться «в целенаправленном размещении среди поселенческого элемента хорошо подготовленных в социальном плане и очень сильных в экономическом отношении подразделений, которые составляли бы идеологический костяк поселенческого движения». Эти подразделения должны были, прежде всего, отбираться из числа унтер-офицеров, проходящих военную службу или уже находящихся в отставке, либо из числа равнозначных им сотрудников государственной полиции или пограничной службы». Кандидаты исключительно польской национальности должны были иметь хорошую характеристику за время прохождения военной, полицейской или пограничной службы, а в случае длительного перерыва в этой службе — характеристику от органов безопасности. Независимо от подготовки кадров из числа бывших профессиональных военных, рекомендовался специальный отбор гражданских кандидатов, предпочтительно офицеров или унтер-офицеров резерва, тщательно проверенных, обладающих «безупречной репутацией» и опытом общественной работы. Вся операция должна была быть проведена в соответствии с этими рекомендациями незаметно.

В ходе реализации наметившейся таким образом политики некоторые представители воеводских56 властей предлагали центральным властям разрешить продажу украинцам «относительно небольших участков, в первую очередь комплексов, непригодных для создания поселенческих групп или ненужных местным полякам», приводя показательное обоснование, что это «необходимо для поддержания внешнего впечатления, что и эта категория граждан не лишена права на приобретение земли»57. На самом деле речь шла лишь о сохранении видимости. Во внутренней переписке эту «категорию граждан» фактически считали не польскими гражданами, а чужеродным элементом. Командующий округом IX корпуса писал о украинском населении: «Термин „чужой“ я использую лишь конфиденциально, однако с полным осознанием и с полной мерой ответственности, ибо опыт 17 лет нашей деятельности на восточных землях показывает, что это население очень далеко от ополячивания (...)». Будущее на этом участке может принести дальнейшие изменения в нашу невыгоду, ибо, как показывает практика, привлекательность (...) польской государственной доктрины всё больше теряет свою силу»58.

Это было признанием провала не только программы полонизации59 этих земель, но и провала пилсудской концепции Польши.

А как обстояло дело с «привлекательностью польской государственной доктрины» в прошлом, при установлении на этих землях, во второй раз в истории, в 1919–1920 годах, польской государственности? Показательным и достоверным свидетельством этого может служить меморандум А. Залевского60, деятеля Общества «Стража Кресовая»61 — организации, действовавшей с января 1919 года на Волыни и созданной по инициативе правительственных кругов62. В этом меморандуме Залевский писал, что в глазах сельского населения помещики были представлены поляками ещё во времена царства, когда польское землевладение «приспособилось к условиям и, вместо того чтобы бороться с царским правительством, посвятило значительную часть своих сил борьбе с деревней, полностью идя навстречу захватчикам».

Во время войны и революции население Волыни переживало переменчивые судьбы — немецкую оккупацию, правление марионеточного немецкого гетмана Скоропадского63, отступление немецких войск с Волыни весной 1919 года и временная власть Советской власти в одной части и войск Петлюры — в другой части Волыни, вторжение польских войск, после чего в июле 1920 года — Красной Армии, а в августе снова польских войск.

Наступил период, о котором автор меморандума пишет: «...массы с любопытством и недоверием смотрели на наши власти и армию. Что они несут с собой? Панщину, рабство, гетманщину, беззаконие? Или покой и порядок, равенство всех перед законом? Массы веками пропитывались недоверием, ненавистью к польскости, которая для них была синонимом панского правления.»

В меморандуме приведён пример, иллюстрирующий ситуацию в Луцком повете64: поветный комиссар, действуя от имени отсутствующей владелицы имений, взимал с пользователей земли треть урожая и, прибегая к помощи жандармерии, оказывал официальную помощь польским землевладельцам при конфликтах с помещичьей прислугой, как, например, при выселении княгиней Марией Любомирской65 на улицу двадцати семей помещичьей прислуги с имения Вавров, хотя некоторые из этих людей работали в имении с детства. «В повете имел место ряд неурегулированных сельскохозяйственных конфликтов», — писал Залевский, — «по поводу которых происходили выходящие за рамки понятия злоупотребления действия: карательные походы с участием жандармерии, войска, пулемётов, избиение населения, взимание контрибуции, совершенно произвольно наложенных, жандармерия выгоняла помещичью прислугу на улицу без судебных приговоров и так далее. Часто происходили надругательства над русским населением, благосклонно к нам настроенным. Подобных фактов можно было бы привести очень много. По каждому требованию я представлю ряд протоколов.» В этих условиях Залевский признавал, что польские власти рассматривались населением как классовые, помещичьи и даже польским крестьянством воспринимались как оккупационные, в принципе враждебные, принуждающие к повиновению с помощью давления. «При более тщательном изучении сложившихся в настоящее время настроений можно констатировать, что плебисцит означил бы наше поражение на Волыни.» Таков был вывод автора мемориала, написанного 18 октября 1919 года. То же самое можно было бы написать и спустя двадцать лет правления польских властей на этих землях, о чём, впрочем, и написал командующий округом IX корпуса в Бресте-на-Буге66 генерал Мечислав Рысь-Трояновский67.

Причины такого положения дел не изменились, они были схожи с теми, что описал выше А. Залевский. Почти половина крестьянского населения вела хозяйство на клочках земли площадью до 3 гектар, ведя нищенскую жизнь в многодетных семьях, одеваясь в грубую ткань, ходящие босиком или в лаптях из луба. То, за что на западе Польши город платил злотыми, на Волыни крестьянин продавал за гроши68. Спички, керосин, свечи, соль, мыло — всё, что приходилось покупать, деревня экономила, а часто и вовсе обходилась без этого69. Об оскорблениях, пережитых в прошлом, не забывали, отцы рассказывали о них своим детям. Были времена мира, но власти и украинское население Волыни находились почти постоянно в состоянии своего рода войны, ведущейся различными средствами в различных сферах жизни, включая религиозную.

Неграмотностью страдали 68,9 процента населения Волыни, но среди украинцев этот показатель был выше — 77,4 процента. В школу ходили 96 процентов польских детей и только 69 процентов украинских детей. Согласно отчёту волынского воеводы за 1936 год, из 1732 общеобразовательных школ украинских было всего 11. Из этих отчётов следует, что во всех звеньях власти и на всех наиболее престижных должностях доминировали поляки. Из 103 войтов70 81 были поляками, а 19 — украинцами. В правлениях сельских общин работало 69 процентов поляков и 26 процентов украинцев, а в поветных правлениях — соответственно 75 процентов поляков и 16 процентов украинцев.

В городах ситуация была ещё хуже. Католицизм, считавшийся польской религией, был по отношению к вероисповеданию украинцев — православию — привилегированной религией. Православное вероисповедание затрудняло интеллигенции получение должности, крестьянам — покупку земли, рабочим — приём на работу. По этой причине множились случаи перехода в католицизм. В отчёте за 1935 год воевода Юзефский писал, что, согласно статистике епископской курии в Луцке, ежегодно около 3400 человек переходили в католицизм.

Число римско-католических приходов возросло с 82 при 193 481 верующих в 1923 году до 133 при 311 133 прихожанах в 1937 году. В то же время на Волынь доходили известия о сносе и поджоге православных церквей в восточной части Люблинского воеводства71. Действительно (согласно конфиденциальной правительственной информации, поступившей в польское посольство в Лондоне с подписью директора департамента МИД из Варшавы Т. Гвяздовского, датированной 4 августа 1938 года), в течение июня–июля 1938 года административные власти на территории Люблинского воеводства снесли 91 православный храм, 10 часовен и 26 молельных домов.

Уже приведённых фактов достаточно, чтобы сделать вывод о том, что украинский национализм имел благоприятную почву для развития, и ответственность за его расцвет лежит, прежде всего, на польских властях. Он разбушевался и дегенерировал уже в условиях войны. Выражением этой дегенерации стало участие в убийствах коммунистов в 1941 году, сразу после вторжения гитлеровских войск, евреев в 1942 году, а затем организация резни поляков в 1943 и 1944 годах72. Оккупанты, правда, сами напрямую не участвовали в массовой ликвидации польского населения на Волыни, но к этому приводила их политика разжигания националистического противостояния между поляками и украинцами. Существуют многочисленные доказательства этого. Таким образом гитлеровские власти стремились отвлечь внимание ограбленного украинского и польского населения от их реального, общего врага и сдерживать развитие партизанского движения, которое на Волыни именно в это время стремительно набирало силу. К сожалению, приходится констатировать, что оккупанту в значительной степени удалось ослабить фронт антигитлеровской борьбы. Украинские националисты, со своей стороны, таким образом намеревались изгнать с этих земель польское национальное меньшинство. Нацистский лозунг «смерть большевикам и жидам» они дополняли лозунгом «смерть ляхам». Чтобы привлечь голытьбу к реализации этого лозунга, они пообещали участникам резни передать им всё имущество жертв, а также их землю.

Показательно, что этот лозунг не нашёл никакого отклика среди украинского населения Советского Союза, то есть населения, проживавшего к востоку от польско-советской границы до 1939 года. В Житомирской области, где польское население исчислялось многими десятками тысяч человек, не произошло ни одного выступления украинского населения против поляков. Напротив, поляки вместе с украинцами участвовали там в борьбе с оккупантом. Из восточных районов Волыни, находившихся под угрозой со стороны националистических банд, многие поляки бежали в украинские сёла, расположенные на советской стороне бывшей польско-советской границы. Так происходило в приграничной полосе между Рокитно73 и Корцем74, а также дальше на север и юг.

Те, кто, не найдя спасения на месте, искали убежища в городах, укомплектованных немецкими гарнизонами, как правило, попадали в вагоны, на которых немцы вывозили рабочую силу вглубь Германии на принудительные работы75.

Для польского сельского населения, которое не решалось покинуть свои хозяйства, оставался единственный выход: организовывать самооборону и искать союзников, поскольку собственных сил, даже при полной мобилизации, не хватало для спасения жизни от враждебной националистической стихии.

В десятках деревень спонтанно развернулось движение самообороны — отчаянное, примитивное, практически не имевшее перспектив на выживание, поскольку лишённое необходимого минимума оружия и боеприпасов. Там, где действовали сильные отряды советского партизанского движения, как, например, в северной и восточной частях Волыни, отряды УПА76 были разгромлены, пункты самообороны устояли, жизнь тысяч женщин, детей и стариков была спасена. Однако у партизан не хватало сил, да и не входило в их задачи занимать и защищать более обширные территории от набегов гитлеровских войск.

Поэтому посты самообороны должны были самостоятельно тесно координировать свои действия с советским партизанским движением, чтобы спасти сельское население от кровавых репрессий оккупантов. Однако не всегда это было возможно; враг сжигал деревни и вырезал население в партизанских районах, не делая никаких исключений. В таких случаях единственным спасением для населения было бегство в леса, переселение в недоступные для врага болота, где грозила смерть от голода, холода или эпидемии тифа. В районах, не охваченных советским партизанским движением или лишённых его помощи, отряды самообороны, как правило, не смогли выжить и гибли вместе с жителями деревень.

О существовании организаций самообороны польского населения оккупационные власти знали. Некоторые отряды даже получили от местных оккупационных властей небольшое количество винтовок и немного боеприпасов. Оккупант рассчитывал, что за эту цену он обеспечит себе их сотрудничество, направленное против советского партизанского движения. Он рассчитывал на прежние антисоветские настроения и известную ему программу польского правительства в эмиграции, а также деятельность Армии Крайовой на Волыни — направленные на повторное присоединение этих земель к Польше. Во имя правды следует отметить, что отряды самообороны для борьбы с советским партизанским движением нигде на Волыни не дали себя втянуть в эту борьбу. Напротив, в большинстве случаев они в той или иной степени сотрудничали с советским партизанским движением. Были также случаи, когда отряды самообороны дали начало созданию польских партизанских отрядов, тесно взаимодействовавших с советскими подразделениями или даже входивших в состав советских партизанских группировок в качестве польских партизанских подразделений.

Волынское командование Армии Крайовой стремилось укрепить организацию самообороны польского населения, однако между политическими целями и вытекающими из них тактическими задачами АК и интересами самообороны, как её понимало польское население, существовало противоречие. Программа присоединения Волыни к Польше, известная украинским националистам, была одной из причин организации ими погромов. Им было легче, напоминая о временах довоенного польского правления, привлекать в свои ряды украинских крестьян. Украинские националисты провозглашали лозунг «прочь ляхов», ссылаясь на опасность восстановления господства польских властей и помещиков. Доказательства того, что к их восстановлению стремится АК, а также убеждение, что этого желает большинство польского населения, облегчали зачинщикам под знаменем ОУН77 агитацию против всего польского населения. Если бы в то время не было программы и действий АК, направленных на повторное присоединение этих земель к Польше, одно только воспоминание о национальном и помещичьем угнетении периода межвоенного периода, даже при усилиях гитлеровской политики, не смогло бы вызвать столь массовую резню польского населения, совершаемые фанатевшей националистической стихией. Во-вторых, командование АК требовало подчинения всех местных дел, а значит, и интересов местной самообороны, требованиям мобилизации, концентрации и дислокации отрядов в соответствии с планом восстания или планом «Буря»78, то есть сосредоточения их в заранее обозначенном месте, ослабляя тем самым сеть постов самообороны в деревнях и подвергая их опасности ликвидации врагом. О том, что эти противоречия имели место на практике, свидетельствуют также конфликты, которые происходили на этом фоне между командованием Волынского округа АК и руководством Делегатуры правительства на Волыни79, а также некоторыми командованиями местных организаций самообороны.

Самооборона Пшебраже — история двадцати тысяч человек, бежавших из окрестных деревень от неминуемой смерти и собравшихся вокруг деревни Пшебраже в укреплённом лагере, который легко мог бы стать для них всех могилой, — выделяется среди многих других на Волыни тем, что она победоносно продержалась в бою до самого окончания войны. Это прекрасная и поучительная страница истории польского народа. Генрик Цибульский, командир самообороны, как и большинство волынских поляков, является живым воплощением идеи возвращения Польши к пястовскому80 государственному пространству, этнически польскому, возвращения к пястовским границам на востоке и западе.

Большинство жителей Пшебраже сегодня живёт и трудится на наших западных рубежах, мыслит и добивается успехов в теснейшей связи с достижениями Народной Польши81, о которой в то время они даже не имели представления, но которая также является их делом и за которую в случае необходимости они готовы принести высшую жертву.

Станислав Вронский82.

В глуши

Когда в 1937 году я устроился на работу в лесничество Киверцов в Волыни, у меня были все основания для радости. Это была моя первая самостоятельная работа и первый раз, когда я начал зарабатывать деньги.

Долгое время я мечтал стать независимым и обеспечивать свою семью. Мой отец, фермер, владевший более чем дюжиной гектаров земли, и имевший десятерых детей, усердно и бережно обрабатывал землю, но он не мог обеспечить комфортную жизнь такой большой семье. Я понимал, что рано или поздно мне придётся отправиться в мир, найти профессию и крышу над головой.

Получив эту работу, у меня появился ещё один особый повод для радости. Дело в том, что до сих пор никому в столь молодом возрасте не удавалось получить должность в этом лесничестве. Обычно туда принимали на работу лесников постарше, имеющих многочисленную семью. Отсюда детям было недалеко до школы в Киверцах или в Луцке, а железнодорожное и автомобильное сообщение было — как для тех времён и тех мест — исключительно удобным.

Киверецкие леса, обширные и величественно зрелые, долгое время были одним из самых богатых лесных массивов Волыни. Здесь росла сосна редкого качества, и её толстые стволы непрерывным потоком распространялись по окрестным лесопилкам.

[37] с немецкого großbauer, куркуль, деревенский капиталист — примечание переводчика

[38] имеются в виду осадники, osadnicy, польские колонисты-переселенцы, вышедшие в отставку военнослужащие Войска Польского, члены их семей, а также гражданские переселенцы, получившие после окончания советско-польской войны и позднее земельные наделы на территориях Западной Украины и Западной Белоруссии, отошедших Польше по Рижскому мирному договору 1921 года; на протяжении 1919—1929 годов 77 тысяч польских осадников получили 600 тысяч гектаров земли, размер наделов для каждой семьи осадников составлял 12—18 гектаров, но не более 45 гектаров, в период 1921—1939 годов с этнических польских земель в Западную Белоруссию переселились более 300 тысяч осадников — примечание переводчика

[39] Тадеуш Адам Каспшицкий, Tadeusz Adam Kasprzycki, министр военных дел, дивизионный генерал — примечание переводчика

[40] Центральный военный архив Польши, Секретариат Комитета обороны Республики, Архивное дело № 9, папка без нумерации страниц — примечание автора

[41] Sanok, Польша, Подкарпатское воеводство, Санокский повет, во время оккупации в городе действовал Украинский комитет помощи и до 1944 года здесь работало отделение «Украинбанка» — примечание переводчика

[42] Dobromil, Украина, Львовская область, Самборский район; во время оккупации действовала Украинская народная самооборона ОУН, костяк которой завербовался в 14-ю дивизию СС «Галиция» — примечание переводчика

[43] Przemyśl, Польша, пограничный город на правах повета, расположенный на реке Сан, вблизи Украины, в 12 километрах от границы, до 1998 года город был административным центром Перемышльского воеводства, после расформирования которого входит в состав Подкарпатского воеводства; с 14 ноября 1939 года до оккупации 27 июня 1941 года находился в составе Украинской ССР — примечание переводчика

[44] Jarosław, Польша, Подкарпатское воеводство, Ярославский повет; во время оккупации в городе действовала Государственная украинская гимназия, и Украинский кооперативный банк с отделениями в Люблине и Кракове — примечание переводчика

[45] Biłgoraj, Польша, Люблинское воеводство; во время оккупации в городе действовал Украинский комитет помощи, Український допомоговий комітет — примечание переводчика

[46] Krasnystaw, Польша, Люблинское воеводство; в 1943 году партизаны осуществили штурм городской тюрьмы, освободив порядка 300 узников — примечание переводчика

[47] Chełm, Польша, Люблинское воеводство; 17 октября 1939 года делегация украинских жителей во главе с православным священником Игорем Кикитцем посетила коменданта Холма полковника Гегера и коменданта повета полковника Гебуера, после чего приняла декларацию о лояльности к немецким оккупантам; возобновил деятельность ликвидированный в 1934 году Украинский кооперативный банк «Украинбанк»; в 1941 году через Холм отправились в оккупированную немцами Украинскую ССР походные колонны украинских националистов, действовавшие под эгидой Абвера, военной разведки Третьего рейха — примечание переводчика

[48] Włodawa, Польша, Люблинское воеводство, на границе с Белоруссией; в период немецкой оккупации действовали Украинский уентральный комитет и Украинский комитет помощи — примечание переводчика

[49] Biała Podlaska, Польша, Люблинское воеводство, во время оккупации действовал филиал Украинского центрального комитета — примечание переводчика

[50] Bielsk Podlaski, Польша, Подляское воеводство, Бельский повет; в 1939 году вошёл в состав Белорусской ССР, после войны передан Польше — примечание переводчика

[51] Białystok, Польша, Подляское воеводство, с 4 декабря 1939 года до оккупации войсками Третьего рейха 27 июня 1941 года был центром Белостокской области Белорусской ССР — примечание переводчика

[52] Augustów, Польша, административный центр Подляского воеводства, осенью 1939 года вошёл в Белостокскую область Белорусской ССР, с 15 января 1940 года до оккупации летом 1941 года был центром Августовского района — примечание переводчика

[53] список населённых пунктов, один из которых сейчас находится в Украине, расположенных вдоль восточной границы современной Польши — примечание переводчика

[54] Samodzielny Referat Informacyjny, аббревиатура SRI, самостоятельный информационный отдел, полевое подразделение II отдела Главного штаба польской армии в период межвоенного двадцатилетия, занимавшееся контрразведкой и частично военной разведкой; самостоятельные информационные отделы существовали при командованиях корпусных округов; действовал также самостоятельный информационный отдел командования флота — примечание переводчика

[55] dowództwa okręgów korpusów, аббревиатура DOK, территориальные органы Министерства военных дел, выполнявшие в Польше в 1918–1939 годах административно-хозяйственные, мобилизационные и гарнизонно-порядковые функции — примечание переводчика

[56] województwo, высшая единица административно-территориального деления в Польше, примерный аналог области — примечание переводчика

[58] Центральный военный архив Польши, Секретариат Комитета обороны Республики, Архивное дело № 9, командования IX корпусного округа от 15 апреля 1937 года — примечание автора

[59] polonizacja, заимствование или насаждение польской культуры, в особенности, польского языка в землях с непольским населением, контролируемых Польшей или подверженных польскому культурному влиянию; термин появился в XVI веке и происходит от латинского наименования Польши, Polonia — примечание переводчика

[60] Антоний Залевский, Antoni Zalewski, ключевой деятель и полевой инструктор общества «Стража Кресова» на Волыни, публицист — примечание переводчика

[61] «Straż Kresowa», польская организация, созданная в феврале 1918 года, задачей которой было объединение земель бывшего Великого Княжества Литовского со Второй Республикой Польшей и защита территорий на восточных окраинах Польши, поддерживала федеративную политику Юзефа Пилсудского, занималась политической, просветительской и агитационной деятельностью среди непольского населения на восточных землях, находившихся под польской администрацией; была фактически приостановлена в 1927 году — примечание переводчика

[62] о характере этой организации свидетельствуют «Документы и материалы по истории польско-советских отношений», Варшава, 1961 год, том II, страница 363; меморандум опубликован на страницах 401-405 — примечание автора

[63] Павел Петрович Скоропадский, генерал-лейтенант Русской императорской армии, командир 1-го Украинского корпуса, после революции 1917 года украинский военный и политический деятель, командующий войсками УНР на Правобережье Украины, главнокомандующий войсками Украинской Центральной рады, гетман всея Украины с 29 апреля по 14 декабря 1918 года; опирался на немецкие оккупационные войска, эмигрировал из Киева вместе с ними, осел в Берлине, где немецкие власти назначили ему пенсию в 10 тысяч марок в год и в 1926—1927 годах дополнительно выделили 45 тысяч марок на покрытие долгов; сотрудничал с нацистским режимом, основал журнал «Нація в поході», который выходил в столице Третьего рейха в 1939—1941 годах — примечание переводчика

[64] административная единица в составе Волынской губернии Российской империи, административный центр город Луцк — примечание переводчика

[65] урождённая Браницкая, автор дневника, посвящённого периоду Первой мировой войны, под названием «Дневник княгини Марии Здиславовой Любомирской 1914–1918» — примечание переводчика

[66] ныне город на юго-западе Белоруссии, административный центр Брестской области и Брестского района — примечание переводчика

[67] Mieczysław Ryś-Trojanowski, псевдоним Ришард, Ryszard, бригадный генерал Польской армии, деятель движения за независимость, кавалер ордена «Виртути Милитари» — примечание переводчика

[68] денежная единица Польши, первоначально злотый делился на 30 грошей и равнялся половине копы, с 1924 года состоит из 100 грошей — примечание переводчика

[69] о подобном положении населения писали в конфиденциальных официальных отчётах; см. доклад «Вопросы восточных земель в свете непосредственных наблюдений на месте в 1935 году», Центральный архив Министерства внутренних дел, дело № E II/66 — примечание автора

[70] wójt, должностное лицо местной администрации — примечание переводчика

[71] Województwo lubelskie, расположено на востоке Польши, центром и крупнейшим городом является город Люблин — примечание переводчика

[72] Волынская резня, Rzeź wołyńska, массовое уничтожение Украинской повстанческой армией, ОУН(б), этнического польского гражданского населения и, в меньших масштабах, гражданских лиц других национальностей, проживавших на Западной Украине и Волыни: Ровненской, Волынской и северной части Тернопольской областей современной Украины; началось в марте 1943 года, а ответные действия польской стороны, начатые с конца лета того же года, привели к значительным жертвам среди украинского гражданского населения; со второй половины 1943 года украинские националисты дополнительно приступили к уничтожению польского населения уже и на территории Восточной Галиции: ныне Львовская, Ивано-Франковская и Тернопольская области Украины; всего погибло до 60 000 поляков, до 15 000 украинцев, и неустановленное число чехов, русских, армян, грузин, евреев и других национальностей — примечание переводчика

[73] Rokitno, деревня в Бяльском повете Люблинского воеводства Польши — примечание переводчика

[74] Korzec, город в Ровненском районе Ровненской области Украины — примечание переводчика

[75] митрополит Андрей Шептицкий помогал гитлеровцам вывозить украинскую молодёжь на принудительные работы в Германию, опубликовав обращение по этому поводу: «Пребывание на чужбине в чём-то принесёт вам пользу и выгоду. Научитесь чужому языку, узнаете мир и людей, наберетесь житейского опыта, получите много знаний, которые могут пригодиться вам в жизни.» — примечание переводчика

[76] подпольная украинская военная организация в период Второй мировой войны, вооружённое ответвление Организации украинских националистов, пополнялась за счёт идейных националистов, бывших членов вспомогательной полиции, дезертиров, противников советской власти; своей главной задачей декларировала подготовку мощного восстания, которое должно начаться когда СССР и Третий рейх истощатся в кровопролитной войне, а затем создание независимого украинского государства, которое должно было включать в себя все этнические украинские земли; после войны наладила сотрудничество с западными спецслужбами, и до середины 1950-х годов осуществляла в основном террор мирного населения на территории Украинской ССР — примечание переводчика

[77] Организация украинских националистов, ультраправая украинская националистическая организация, главной целью декларировала создание украинского самостоятельного единого государства, УССД, Українська самостійна соборна держава, которое должно включать в себя все обозначенные организацией украинские этнические земли, ныне находящиеся на территории Польши, Словакии, Венгрии, Румынии, Молдавии, Украины, Белоруссии, России — примечание переводчика

[78] акция «Буря», akcja «Burza», военная операция, организованная Армией Крайовой непосредственно перед приближением Красной армии в конце немецкой оккупации, направленная против оккупационных войск и администрации на территории, находящейся в пределах границ довоенной Польши; было дано указание, запрещавшее вступать в ряды польских вооружённых сил, сформированных на территории СССР, и приказывалось оставаться в тылу советских войск до разрешения спорных вопросов; целью плана было принуждение к признанию Советским Союзом польского эмигрантского правительства в изгнании в Лондоне единственным законным представителем интересов Польши и одновременно установление польско-советской границы по состоянию на 1 сентября 1939 года; план провалился, границы послевоенной Польши, определённые «Большой тройкой» на Тегеранской конференции в конце 1943 года, остались неизменными — примечание переводчика

[79] Окружное представительство правительства на Волыни, Okręgowa Delegatura Rządu Wołyń, кодовые названия «Древо», «Икве», «Сарны», „Drzewo”, „Ikwe”, „Sarny”, воеводское представительство появившейся в 1940 году Делегатуры правительства в изгнании, тайного органа административной власти в оккупированной Польше; создано в июле 1942 года в Луцке, с декабря того же года издавало газету «Польша победит» — примечание переводчика

[80] Пясты, Piastowie, польская княжеская и королевская династия, правившая после княжеской династии Попелидов, легендарным основателем династии был крестьянин Пяст — примечание переводчика

[81] Польская Народная Республика, Polska Rzeczpospolita Ludowa, сокращённо ПНР, PRL, унитарная социалистическая республика в Центральной Европе, существовавшая с 1944 по 1989 год, предшественница современной Республики Польша, была государством-союзником СССР, правила коммунистическая Польская объединённая рабочая партия, сокращённо ПОРП, одна из главных участниц стран Варшавского договора — примечание переводчика

[82] Stanisław Wroński, польский историк, коммунистический и государственный деятель, министр культуры и искусства, депутат Сейма ПНР V, VI, VII и VIII созывов, член Государственного совета, председатель Общества польско-советской дружбы — примечание переводчика