Д. Вудс пришел к выводу, что к 355 г. будущий император, которому к тому времени было уже 34 года (судя по сведениям Аммиана, Валентиниан родился в 321 г. — PRLE I, р. 933, sv. Flavius Valentinianus 7), получил должность трибуна схолы гентилов (schola gentilium), одной из дворцовых схол, а в 357 г. он был отправлен в отставку, поскольку Констанций посчитал его виновным за поражение римских войск в одной из битв с аламаннами. Соответственно, по мнению Д. Вудса, к 357 г. Валентиниан находился на западном фронте и его военная карьера развивалась в западных провинциях империи, прежде всего в Галлии и в Северной Италии, а также в приальпийских регионах. Как полагает Д. Вудс, после своей отставки Валентиниан вернулся на родину, в Паннонию, где жил на положении частного гражданского лица вплоть до 363 г., когда Иовиан вернул его из ссылки и назначил трибуном второй схолы скутариев (schola scutariorum secunda), эту должность Валентиниан занимал и к моменту смерти Иовиана[385].
В 2009 г. Μ. Коломбо предложил иную трактовку сведений о военной карьере Валентиниана: по мнению исследователя, к 357 г. Валентиниан дослужился до должности трибуна вексилляции equites Cornuti iuniores, т. е. кавалерийского подразделения, которое первоначально, до 357 г., входило в состав экспедиционной армии Юлиана в Галлии, а затем, в 357 г., было переведено в Рецию под непосредственное командование самого Констанция. Как отмечает Μ. Коломбо, там, в Реции, Валентиниан неудачно провел одну из боевых операций против аламаннов, и в наказание за это Констанций отправил его в отставку; всего же, по мнению Μ. Коломбо, Валентиниан командовал вексилляцией equites Cornuti iuniores два года, с 355 по 357 г. Тем не менее, по оценке Μ. Коломбо, уже в 358 г., в связи с необходимостью проводить боевые действия против сарматов на границе с землями Паннонии, Констанций вызвал Валентиниана из ссылки, вновь предоставил ему командование над той же самой вексилляцией, что и ранее, т. e. equites Cornuti iuniores, и включил эту вексилляцию в состав своей экспедиционной армии. Как заключил исследователь, через два года, в 360 г., Констанций отправил Валентиниана на восток, в Месопотамию, все в той же должности трибуна вексилляции equites Cornuti iuniores: Валентиниан занимал эту должность вплоть до 363 г., когда Иовиан назначил его трибуном второй схолы скутариев. Соответственно, по мнению Μ. Коломбо, в должности командующего скутариями Валентиниан продолжал пребывать и к моменту смерти Иовиана[386].
На наш взгляд, для уточнения хронологии военной карьеры Валентиниана до 364 г. необходимо более подробно рассмотреть историю самих войсковых подразделений, которыми он командовал, и в изучении этого вопроса следует начать с сообщений Аммиана Марцеллина и церковного историка Созомена. Согласно Аммиану, в 357 г. Валентиниан вместе с трибуном Байно-бавдом получил приказ занять дорогу, по которой германцы возвращались после своих грабительских набегов, но из-за противодействия ряда других командиров они так и не смогли выполнить поставленную перед ними задачу: им не дали возможности занять дорогу и в результате германцы беспрепятственно ушли в свои земли. Как пишет Аммиан, в тот момент Байнобавд и Валентиниан командовали конными войсковыми подразделениями («трибун Байнобавд и Валентиниан, впоследствии император, вместе с конными турмами, которыми они командовали» — Bainobaudes tribunus et Valentinianus postea imperator cum equestribus turmis quas regebant. — Amm. XVI. 11. 6). Действительно, Аммиан сообщает, что в 357 г. Валентиниан командовал конными силами, судя по всему — конной вексилляцией (как правило, Аммиан называл словом «турма» именно вексилляцию как вид войскового подразделения), тем не менее возникает вопрос, всегда ли он командовал конной вексилляцией и командовал ли он только конной вексилляцией, более того, можем ли мы отождествить эту вексилляцию с отрядом equites Cornuti iuniores (позиция Μ. Коломбо)?
По словам Созомена, «как говорят, когда Юлиан управлял Римлянами, он (т. е. Валентиниан. — Е. Μ.) был начальником отряда т. н. Иовианов» (λέγεται γάρ ώς, ήνίκα Ίουλιανός έκράτει 'Ρωμαίων, συνταγματάρχην αύτόν όντα του καταλόγου των καλουμένων Ίοβιανών. — Soz. VI. 6. 3). Далее, со слов Созомена, когда Юлиан, находившийся в тот момент в Галлии, зашел в храм помолиться языческим богам, он приказал Валентиниану, сопровождавшему его, принять участие в языческих ритуалах, Валентиниан же отказался в силу своей приверженности к христианской вере; в результате, как сообщает церковный историк, разгневанный Юлиан лишил Валентиниана его должности и отправил в отставку (мы рассматривали этот сюжет ранее).
Μ. Коломбо подчеркнул, что церковные историки, такие как Созомен, намеренно стремились исказить реальный смысл событий в соответствии с целями и задачами христианского историописания: по мнению исследователя, Созомен представил отставку Валентиниана, которая в реальности произошла по причине дисциплинарных взысканий и недовольства со стороны Констанция (именно Констанция, а не Юлиана), в религиозный конфликт уже между Валентинианом и Юлианом. По сути, Созомен весьма искусно представил отставку Валентиниана как результат религиозных гонений, проведенных Юлианом: согласно такой логике, Валентиниан пострадал из-за своей приверженности к христианской вере, лишился должности во имя христианской религии. По мнению Μ. Коломбо, в реальности Валентиниан не мог командовать легионом Иовианов, поскольку этот легион был пехотным войсковым подразделением, тогда как Аммиан Марцеллин четко сообщает, что Валентиниан командовал отрядом конницы[387].
Мы не отрицаем, что в своем рассказе Созомен стремился преобразовать отставку Валентиниана, т. е. исключительно служебный конфликт, в религиозный конфликт, — Созомену было выгодно наделить ситуацию именно таким смыслом, тем не менее возникает вопрос: почему мы должны отбрасывать сведения Созомена о легионе Иовианов как недостоверные. В самом деле, из слов Аммиана ясно, что к 357 г. Валентиниан занимал должность трибуна, но Аммиан не уточняет, каким подразделением Валентиниан командовал до этого: на наш взгляд, вплоть до 357 г. Валентиниан действительно обладал должностью трибуна, но он командовал легионом Иовианов, а в 357 г., в связи с событиями в Реции, будущий император получил под свою власть и конную вексилляцию (к сожалению, Аммиан не уточняет её название). Другими словами, мы полагаем, что в 357 г. эта конная вексилляция просто была передана под командование Валентиниана в качестве дополнительной, вспомогательной войсковой силы, тогда как основным подразделением, которым командовал Валентиниан, был легион Иовианов.
Судя по всему, когда Валентиниан не справился с поставленной перед ним задачей, Констанций отправил его в отставку и тем самым лишил власти и над легионом Иовианов, и над конной вексилляцией. Очевидно, тот легион Иовианов, которым командовал Валентиниан, в реальности назывался loviani juniores (Иовианы-младшие), т. е. этот легион представлял собой часть с дополнительным наименованием juniores, в то время как другая часть, с наименованием seniores, находилась под непосредственным командованием Констанция сначала в Реции, затем на дунайском фронте и наконец в Месопотамии.
Следующее по хронологии сообщение о военной деятельности Валентиниана в период до 364 г. содержится в «Церковной истории» Филосторгия. Согласно Филосторгию, в 360/61 г. (PRLE I, р. 933, sv. Flavius Valentinianus 7) Констанций «отправляет его (т. е. Валентиниана. — E. Μ.) в крепости Месопотамии, чтобы он был защитником тех мест и отражал набеги Персов» (περί τά φρούρια τής Μεσοποταμίας έκπέμπει φύλακα των έκείσε τόπων έσόμενον καί τάς των Περσών έπιδρομάς άναστέλλοντα. — Philostorg. VII. 7, 1. 11–13). Несколькими строками ранее Филосторгий утверждает, что в 362 г., т. е. уже при Юлиане (PRLE I, р. 933, sv. Flavius Valentinianus 7), Валентиниан командовал отрядом Корнутов: «Валентиниан… который был начальником войскового отряда (ведь он занимал должность комита т. н. корнутов)» (Ούαλεντινιανόν… τάγματος έπάρχοντα στρατιωτικού (κόμης γάρ έχρημάτιζεν των λεγομένων κουρνούτων). — Philostorg. НЕ. VII. 7,1. 1–2).
Μ. Коломбо уверен, что под корнутами, о которых говорит Филосторгий, следует понимать вексилляцию equites Cornuti iuniores, тем не менее у нас возникают серьезные сомнения в достоверности подобной трактовки. Ранее мы уже рассматривали мятеж генерала Сильвана, поднятый в Кёльне (Колония Агриппина) в 355 г., и в рамках этого сюжета мы пришли к выводу, что активное участие в этом мятеже приняли легионы Корнутов и Бракхиатов. На наш взгляд, в наказание за поддержку мятежника Констанций разделил легион Корнутов на две части с дополнительными наименованиями seniores и iuniores, одна из этих частей осталась в Галлии под властью Юлиана, где она воевала против аламаннов, другая же переместилась вместе с Констанцием сначала на дунайский, а затем — на персидский фронт, т. е. в Месопотамию. Мы полагаем, что Валентиниан получил командование над частью, разместившейся в Месопотамии, т. е., другими словами, в 360/61 г. Констанций вернул Валентиниана из ссылки, восстановил его на военной службе уже в должности комита, отправил в Месопотамию и передал под его власть половину легиона Корнутов[388]. Вполне возможно, что Валентиниан получил под свою власть сразу несколько подразделений (войсковых гарнизонов), поскольку Филосторгий говорит именно о крепостях (τά φρούρια), т. е. использует множественное число, в таком случае Валентиниан выполнял даже более широкие полномочия, чем до своей отставки в 357 г.
Феодорит Киррский утверждает, что в 362 г. (PRLE I, р. 933, sv. Flavius Valentinianus 7) Валентиниан занимал должность хилиарха (тысяченачальни-ка) отряда копьеносцев («и тот Валентиниан, который немного времени спустя стал царем (в то время в качестве тысяченачальника он возглавлял копьеносцев, располагавшихся в царском дворце)») — καί γάρ Βαλεντινιανός έκείνος ό μικρόν ύστερον βασιλεύσας (χιλίαρχος δέ ήν τηνικαΰτα τών περί τά βασίλεια τεταγμένων λογχοφόρων ήγούμενος). — Theod. Cyrrh. HE. III. 16, p. 194, 1. 1214). Судя по всему, под термином «царский дворец» (τά βασίλεια) следует понимать резиденцию Юлиана в Антиохии, где он находился в течение всего 362 г. Термин же хилиарх в греческом административном лексиконе соответствовал латинскому термину tribunus, т. е. 'трибун'[389], следовательно, в 362 г. Валентиниан располагался в резиденции Юлиана в Антиохии и командовал там отрядом копьеносцев в должности трибуна.
Μ. Коломбо предположил, что, во-первых, отряд копьеносцев, о котором говорит Феодорит Киррский, можно отождествить с легионом Ланциариев (Lanciarit), а во-вторых, Юлиан оставил Валентиниана на военной службе и, более того, назначил его на должность трибуна Ланциариев, поскольку он был ценным военным кадром: к 362 г. он обладал уже большим боевым опытом. Сам Юлиан нуждался в столь ценных кадрах, необходимых ему в связи с предстоящим персидским походом, поэтому, несмотря на религиозные разногласия, он предпочел оставить Валентиниана в армии[390].
И на этот раз мы можем согласиться с позицией исследователя: в самом деле, сообщения Зосима и Иоанна Малалы, рассмотренные выше, четко подтверждают, что легион Ланциариев, ранее служивший в армии Констанция и находившийся в восточных провинциях империи, в 363 г. принял самое активное участие в персидском походе Юлиана. Совершенно не исключено, что именно Валентиниан, будущий император, командовал этим легионом во время боевых действий с персами, следовательно, в таком случае можно сделать вывод, что с 360–361 гг. и вплоть до 364 г. Валентиниан непрерывно находился на восточном фронте, где он воевал против персов (сначала в должности трибуна корнутов, а затем, уже при Юлиане — в должности трибуна Ланциариев). Неслучайно Валентиниан входил в состав ближайшего военного окружения императора, о чем свидетельствует Аммиан Марцеллин.
С учетом этих условий и обстоятельств понятно, почему летом 363 г. Иовиан предоставил Валентиниану командование над второй схолой скутариев: согласно Аммиану, «он (т. е. Иовиан. — Е. Μ.) поручил Валентиниану… возглавить вторую схолу Скутариев» (Valentiniano… regenda Scutariorum secunda committitur schola. — Amm. XXV. 10. 9). Иовиан прекрасно знал Валентиниана и общался с ним, поскольку они оба входили в личный штаб Юлиана: Иовиан возглавлял корпус доместиков, т. е. отряд императорских телохранителей, а Валентиниан командовал легионом Ланциариев 25°.
Следовательно, к 364 г. Валентиниан прошел несколько этапов военной карьеры: 1) до 357 г. он командовал легионом Иовианов-младших (loviani juniores), находившимся в Галлии, а в 357 г. Констанций перевел Валентиниана в Рецию и в дополиеиие к легиону Иовианов-старших передал ему конную вексилляцию для борьбы с германцами; 2) в результате неудачно проведенной операции против германцев Валентиниан на время был отправлен в отставку и до 360 г., судя по всему, жил в Паннонии на правах частного лица; 3) затем, в 360 г., Констанций восстановил Валентиниана на военной службе, назначил его комитом (более вероятно — трибуном) легиона Корнутов и отправил в Месопотамию противостоять атакам персов; 4) в 362 г. Валентиниан получил от Юлиана должность трибуна легиона Ланциариев, и в этом качестве он принял участие в персидском походе 363 г.; 5) наконец, летом 363 г., после смерти Юлиана, Валентиниан занял должность трибуна второй схолы скутариев, эту должность он продолжал занимать вплоть до февраля 364 г.
Соответственно, поскольку своеобразным завершением военной карьеры Валентиниана перед его восхождением на императорский трон стала должность трибуна схолы скутариев, мы считаем логичным рассмотреть историю формирования и территориального распределения дворцовых схол после 312 г., когда Константин! распустил преторианскую гвардию в результате своей победы над италийским узурпатором Максенцием. Прежде всего обратимся к сведениям позднеримского ученого-астролога и христианского богослова Фирмика Матерна — автора первого в римской истории специального трактата по астрологии «Матезис» (Mathesis).
Фирмик Матерн родился и жил в первой половине IV в. на Сицилии, он написал «Матезис» в 334–337 гг.; астролог посвятил текст сенатору и крупному государственному деятелю Лоллиану Мавортию, который в 328–337 гг. последовательно занимал должности консулярного наместника Кампании (провинция на юге Италии), комита Востока и проконсула Африки (PRLE I, р. 512–513, V. Lollianus 5)[391]. Как пишет Фирмик Матерн, «согласно гороскопу, Меркурий и Венера, по отдельности расположенные среди небесных светил, определяют судьбу [и] скутариев, и императорских защитников, и тех, кто охраняет благополучие правителя в виде частной стражи, и тех, кому дали власть управлять царским имуществом или сокровищами, и тех, кому поручены должности такого управления» (In horoscopo Mercurius et Venus partiliter constituti in diurna genitura faciunt scutarios vel protectores imperatorum vel qui proprio excubitu salutem principis servent aut qui pecunias aut thesauros regios suis iubeantur dispositionibus gubernare, et quibus huiscemodi administrationum officia credantur. — Firm. Matern. Mathes. III. 12. 1)[392].
Д. Хоффманн пришел к выводу, что скутарии (как известно, само по себе слово scutarius переводится как 'щитоносцы'), о которых говорит Фирмик Матерн, представляли собой первоначальную основу для формирования всех последующих дворцовых схол; другими словами, по мнению Д. Хоффманна, скутарии из труда Фирмика Матерна послужили источником для создания уже новых дворцовых схол, т. е. из отрядов скутариев выделялись группы воинов, получавших статус новых дворцовых схол[393].
В самом деле, поскольку Фирмик Матерн говорит о скутариях как о телохранителях (protectores — 'защитники') императора, мы можем сделать вывод, что речь в его трактате идет именно о дворцовых схолах, т. е. о подразделениях дворцовой гвардии. Вместе с тем совершенно ясно, что римский астролог рассказывает о скутариях и западной, и восточной половины империи, т. е. о схолах, которые размещались и в западных, и в восточных провинциях империи. Следовательно, рассуждения Фирмика Матерна позволяют предположить, что к 334–337 гг. схолы скутариев, во-первых, уже существовали, а во-вторых, они выполняли свою службу как в западных, так и в восточных провинциях империи.
Ранее, в одной из наших прошлых работ, мы уже затрагивали вопрос о формировании и развитии схол в первой трети IV в. и на основании сведений Лактанция пришли к выводу, что отдельные самостоятельные схолы скутариев, сагиттариев и клибанариев существовали в восточных провинциях империи еще до эпохи Константина, в период правления Диоклетиана; они размещались в Никомедии, резиденции Диоклетиана, и функционировали там в качестве обособленных элитных подразделений императорской гвардии[394]. Очевидно, эти схолы продолжали существовать и после Диоклетиана: подтверждением нашего вывода может служить надпись (эпитафия) из города Ульметум (провинция Нижняя Мезия, вблизи города Констанца на юго-востоке современной Румынии), датированная 324 г. В ней упоминается некий биарх (одна из командных должностей в позднеримской армии) Валерий Викторин, который служил «в священном дворце» (in sacro palatio):
D(is) M(anibus) / Val(erius) Victorinus / biarcus qui militavi[t] /
in sacropalatio ann(is) VII […]/vix(it) ann(is) XL qui [i]nproe[li]/o [RJomanorum
Calced[o]nia contra aversarios (sic) decessit
E. Франкешини пришла к выводу, что под термином palatium ('дворец') из данной надписи можно понимать любую резиденцию императора Лициния, потерпевшего сокрушительное поражение от Константина I Великого в битве при Халкидоне (18 сентября 324 г.)[395]. Мы не согласны с позицией исследовательницы, поскольку еще в 323 г. в результате кратковременной войны с готами Константин присоединил к своим владениям Фракию и переместил свою резиденцию в Сердику, где ранее располагалась резиденция Лициния[396], соответственно, в 324 г. единственной резиденцией Лициния была Никомедия в Вифинии.
Аргументы в пользу того, что биарх Валерий Викторин служил в армии (точнее — в гвардии) Лициния, еще в 1995 г. представил Μ. П. Шпайдель: по мнению исследователя, во-первых, город Ульметум, на территории которого была обнаружена надпись, входил в состав владений Лициния, а во-вторых, имя Valerius, которое носил этот офицер, было родовым именем Лициния[397]. Мы принимаем выводы исследователя, соответственно, у нас есть все основания полагать, что в 324 г. в пределах дворца-резиденции Лициния в Никоме-дии располагались схолы скутариев, сагиттариев и клибанариев (тяжеловооруженных всадников), которые размещались здесь и ранее, при императоре Диоклетиане.
Тем не менее из слов Фирмика Матерна вполне ясно, что к 334–337 гг. отдельные самостоятельные схолы скутариев размещались и в западных провинциях империи и создателем их был Константин 1[398]. Вместе с тем Константин определенно учредил на западе еще две схолы — арматур (schola armaturarum) и гентилов. Латинская надпись из Милана, обнаруженная в ходе археологических раскопок на территории Базилики св. Евсторгия, упоминает воина Севериана, служившего в этой схоле, и позволяет сделать новые выводы о кадровом составе дворцовых схол: [Hic r]equies[cit — / — S]everia[nus /de scholja gentilium [— / —] an(nos) IIII et me(n)s(es) VIIII [— / —] rece(ssit)
(dies) VIII (ante) kal(endas) [—] («Здесь покоится… Севериан из схолы гентилов… 4 года и 9 месяцев… ушел [из жизни] за 8 дней до календ…»[399]. Мы согласны с мнением авторов-составителей каталога АЕ (1994, р. 226, no. 734), что фраза «4 года и 9 месяцев» подразумевает, конечно же, срок военной службы, а не жизни Севериана, тем не менее в тексте надписи для нас принципиально важен другой момент: как подчеркнули Μ. Саннацаро и Μ. Ваннесс, само имя Севериан говорит о римском происхождении его носителя, другими словами, воин Севериан не был германцем, он происходил из местных римских граждан, проживавших в пределах империи (не исключено, что непосредственно в Италии)[400].
Соответственно, мы можем предположить, что кадровый состав одной из дворцовых схол — схолы гентилов — был смешанным, он включал в себя представителей не только германских племен (наличие германцев среди воинов схолы отражено в её названии — gentiles, т. е. 'племена'), но и местного населения империи. Такой метод формирования и пополнения схолы гентилов, на наш взгляд, отражал мероприятия, проведенные Константином I: судя по всему, руководствуясь вполне прагматичными соображениями, он посчитал необходимым и более выгодным для себя объединить в одном боевом отряде знатных германских юношей и выходцев из римских граждан, т. е., другими словами, перемешать германцев с римлянами, если можно так сказать, «разбавить» германский элемент римским. Очевидно, учреждая схолу гентилов после своей победы над Максенцием в 312 г., Константин прекрасно понимал, что наемные германцы[401], которые помогли ему одержать победу, — весьма ненадежный контингент, склонный к мятежам и восстаниям, поэтому он предпочел объединить германцев с юношами из римских семей в рамках одного войскового подразделения.
В подтверждение приведем еще две надписи, на этот раз — из Флоренции, они упоминают воинов из схолы гентилов: 1) Hic ia(cet) Mundi/lo sen(ior) sco(lae) ge/nt(ilium) q(ui) vix(it) p(lus) m(inus) / an(nos) XL («Здесь покоится Мундил, старший [воин] схолы гентилов, который прожил около 40 лет». — ILCV, p. 113, по. 562); 2) В(опае) m(emoriae) /hic iacit (sic) /Segetius /d(e) scola /gentilium /qui vixit/annus (sic) tr/[ie]nta (sic — очевидно, triginta, т. e. тридцать) et octo / d(e)p(ositus) sexto Id[us] / Febr[uarias —] / i[nd(ictione?) («Здесь покоится светлой памяти Сегетий из схолы гентилов, который прожил тридцать восемь лет, похоронен за 6 дней до Февральских ид… индикцион». — ILCV, р. 113, по. 563).
В данном случае Мундил — это, конечно же, германское имя, тогда как Сегетий — римское (очевидно, имя Segetius — производная форма от слова seges, segetis — 'посев', 'нива', 'пашня', 'поле'), но для нас важно, что и тот и другой воин принадлежали к кадровому составу схолы гентилов, служили в одном и том же подразделении (очевидно, в разное время, скорее всего — даже в разные эпохи). Надписи из Флоренции вновь подсказывают, что схола гентилов в реальности состояла как из германцев, так и из римлян, в ней проходили свою военную службу как германцы, так и римляне, следовательно, Константин I создал эту схолу, присоединив к группе юношей из знатных германских семей группу боеспособных молодых рекрутов уже непосредственно из местного римского населения.
В связи с этим наблюдением вполне логично возникает вопрос о внутренней, организационно-тактической структуре дворцовых схол, в том числе и схолы гентилов. Применительно к схоле гентилов обратим внимание на еще одну надпись, вновь из Флоренции, упоминающую дуценария (одного из представителей командного состава) данной схолы:]……] /ducinariu[s] (sic)/
[385] Woods D. A Note Concerning the Early Career of Valentinian I // Ancient Society. 1995. Vol. 26. P. 275–277, 280, 284, 286–288.
[386] Colombo Μ. La camera militare di Valentiniano I. Studio letterario e documentario di prosopografia tardoantica//Latomus. 2009. Vol. 68. P. 1003–1011.
[387] Colombo Μ. La camera militare di Valentiniano I. P. 998–999, 1001–1003. В целом христианские авторы — как церковные историки, так и агиографы — весьма высоко оценивали Валентиниана и как личность, и как правителя, поскольку они связывали его добродетели и успехи с ортодоксальной христианской верой, которой он придерживался. Как показала Т. Хайналька, в одном малоизвестном агиографическом латинском тексте, созданном в последние два десятилетия IV в. в Паннонии, в городе Цибала (Cibalae), где родился и сам Валентиниан, этот император наделен почетным и одновременно редким (даже уникальным) эпитетом christianissimus ('христианнейший'). Т. Хайналька считает, что тем самым агиограф, уроженец города Цибала, во-первых, стремился возвысить значимость и престиж своего города, а во-вторых, подчеркнуть моральные достоинства Валентиниана, связанные с его приверженностью к ортодоксальной версии христианского вероучения. См.: См.: HajnalkaT. Valentiniani, christianissimus imperatori Notes on a passage of the Passio Pollionis (BHL 6869) // Vigiliae Christianae. 2014. Vol. 68. P. 83–86, 88–92, 94–97.
[388] Ранее мы, следуя позиции Д. Вудса, полагали (и это отразилось в нашей прежней работе), что Валентиниан впервые прибыл на римский Ближний Восток только летом 363 г., когда его вернул из паннонской ссылки император Иовиан, в то время как в 359–362 гг. в Месопотамии служил брат Валентиниана, Валент. Сейчас мы считаем, что оба брата последовательно присутствовали сначала в Месопотамии, а затем в Сирии уже с 360–361 гг. См.: Мехамадиев Е. А. Военная организация поздней Римской империи (306–353)… С. 293–296.
[389] См.: A Greek-English Lexicon. Compiled by H. G. Liddell and R. Scott. Oxford, 1996. P. 1992, sv. χιλίαρχος.
[390] Colombo Μ. La camera militare di Valentiniano I. P. 999–1000, 1003.
[391] Sogno C. Astrology, Morality, the Emperor, and the Law in Firmicus Maternus' “Mathesis” // Illinois Classical Studies. 2005. Vol. 30. P. 167; PRLE I, p. 567–568, sv. Maternus 2.
[392] Iulii Firmici Materni Metheseos libri VIII / Ed. W. Kroll et F. Skutsch. Vol. I. Lipsiae, 1907. P. 181, 1.21–26.
[393] Hoffmann D. Das spätrömische Bewegungsheer und die Notitia Dignitatum. Bd. I. Düsseldorf, 1969. S. 292.
[394] Мехамадиев E. A. Военная организация поздней Римской империи (306–353)… С. 174–175.
[395] Franceschini E. The Scholae of the Master of the Offices as the Palace Praetorium // Anatolia Antiqua. 2008. Vol. 16. P. 231–232.
[396] Madgearu A. Military Operations commanded by Constantine the Great north of the Danube // Cruce şi misiune. Slintu Irnpärati Constantin şi Elena — promotori ai libertàţii religioase şi apärätori ai Bisericii. Vol. II. Studii culese şi publicate de Emilian Popescu şi Viorel loniţă. Bucuresti, 2013. P. 585–586; Kovács P. Constantine, the Sarmatians, the Goths and Pannonia // More Modoque. Die Wurzeln der europäischen Kultur und deren Rezeption im Orient und Okzident. Festschrift für Mikios Maroth / Hrsg, von P. Fodor, G. Mayer etc. Budapest, 2013. P. 197.
[397] Speidel Μ. P. A Horse Guardsman in the War between Licinius and Constantine // Chiron. 1995. Bd. 13. P. 85.
[398] Cm.: Vannesse Μ. Une schola armaturarum et un numerus Victorum en Italie du Nord au IVe siècle ap. J.-C. //Latomus. 2011. Vol. 70/3. P. 826.
[399] Эта надпись впервые была опубликована в 1994 г., но впоследствии, в 2011 г., Μ. Саннацаро предложил её новое, исправленное и улучшенное, чтение, соответственно, цитируем текст по изданию 2011 г.: Sannazaro M. “Gog iste Gothus est”. Presenze barbariche a Milano e in Lombardia tra fine IV e inizi V secolo alia luce delle testimonialize archeologiche ed epigrafiche // Studia Ambrosiana. 2011. Vol. 5. P. 101, n. 32.
[400] Sannazaro Μ. “Gog iste Gothus est”. Presenze barbariche a Milano e in Lombardia… P. 102; Vannesse Μ. Une schola armaturarum et un numerus Victorum… P. 826.
[401] О присутствии наемных германцев в экспедиционной армии Константина, одержавшей победу над Максенцием в 312 г., и о значительной роли, которую они сыграли в борьбе с узурпатором, см.: Мехамадиев Е. А. Военная организация поздней Римской империи (306–353)… С. 24–26, 33–39.