В первой речи Симмах красноречиво заявляет, обращаясь к императору: «Итак, ты делишь защиту мира между двумя опеками: ты оставляешь непобедимого брата на Востоке, а сам сразу же размещаешь знамена на полуварвар-ских[422] берегах неспокойного Рена и защищаешь провинции, преданные из-за расточительности и долгой позорной бездеятельности предшествующих [правителей]» (ergo in duas curas dividis orbis excubias: invictum fratrem relinquens Orienti, ipse supra inpacati Rheni semibarbaras ripas raptim vexilla constituens et provincias luxu superiorum deditas veteris ignaviae pudore defendens. — Symm. Or. I. 14, MGH. AA. 6.1, ed. О. von Seeck, p. 321, 1. 31–33). Оценивая этот пассаж, Μ. Раймонди пришла к выводу, что военная политика Валентиниана I по защите Рейна значительно отличалась от аналогичных мероприятий его предшественников, Констанция II и Юлиана. По мнению исследовательницы, территория распределения крепостей была шире, а качество самих оборонительных сооружений лучше, чем во времена Констанция II и Юлиана[423].
Р. Приен и X. Витшель пришли к выводу, что крепости и войска, упоминаемые Симмахом, располагались по течению реки Неккар, площадь их распространения соответствовала территории между городами Ротвайль (на юге) и Мангейм (на севере) в современной Германии (федеральная земля Баден-Вюртемберг)[424]. С учетом наблюдений Р. Приена и X. Витшеля, довольно сложно сказать, насколько убедительными выглядят выводы Μ. Раймонди:
как панегирист, Симмах стремился прославить героя своих речей, т. е. Вален-тиниана, и возвеличить его заслуги по сравнению с деяниями предшествующих императоров. Вполне логично, что Симмах преувеличивал достижения Валентиниана, называя деяния предшествующих правителей (в основном Констанция и Юлиана) пренебрежением и предательством по отношению к рейнским провинциям. В самом деле, основываясь на рассуждениях Симмаха, сложно оценить территориальный охват строительной деятельности Валентиниана на рейнской границе, т. е. географические масштабы его оборонительных мероприятий.
В своих рассуждениях Симмах упоминает реку Неккар {Nigrum fluvium — Черная река), восхищаясь, как Валентиниан установил контроль римского государства над землями по течению реки: «Уже меньше удивляет тот [факт], что ради мирных договоров к тебе доставляют царских детей: как я хочу сказать, Рен не радовался бы Римскому миру, если бы он не выдал в качестве заложника реку, впадающую [в него]» (jam minus mirum est, quod tibi regum liberi pro foederibus offeruntur: nec Rhenus, ut ita dixerim, Romana pace gauderet, nisi amnem convenam ve lut obsidem tradidisset. — Symm. Or. II. 23, ed. 0. von Seeck, p. 328, 1. 16–18). Но примечательно, что во всей этой патетике Симмах не забывает и интересы своего сословия — сенаторской аристократии, ведь и сам Симмах входил в состав Сената. В своей речи Симмах прямо обращается к коллегам-сенаторам: «Я хочу сказать сенату и народу Римскому: отправьте в новые провинции фасции[425], назначьте судей [для земель, лежащих] за Реном» (dicam senatui plebique Romanae: fasces in provincias novas mittite, trans Rhenum indices praeparate'. — Symm. Or. II. 31, ed. 0. von Seeck, p. 329, 1. 35–36).
Следовательно, Симмах стремился донести до читателя мысль, что теперь земли аламаннов принадлежат Римской империи, и, как результат, Аламанния органично превратилась в одну из римских провинций. В действительности же Валентиниан I усилил, перестроил или восстановил римские крепости, которые и ранее размещались вдоль верхнего течения Рейна, особенно в районе современных Майнца, Гейдельберга и Брайзаха-на-Рейне[426]. Но ни один источник, даже Аммиан Марцеллин, весьма положительно относившийся к Ва-лентиниану I, не упоминает о прямом присоединении к империи внутренних земель аламаннов: Валентиниан I ограничился только восстановлением оборонительной системы римлян на верхнем Рейне.
Тем не менее, рассказывая о мероприятиях Валентиниана I по защите рейнской границы, Квинт Аврелий Симмах высказал идею, которая, на наш взгляд, явно отражала его собственную авторскую позицию, а не официальную пропаганду императорской власти. Мы имеем в виду тот фрагмент панегирика, где Симмах обращается к римскому Сенату и призывает сенаторов направить в новую (предполагаемую) провинцию, т. е. в Аламаннию, «фасции» (fasces) и «судей» (indices): подчеркнем, что Симмах обращается с этим призывом именно к Сенату, а не к императору. Мы полагаем, что данный пассаж речи Симмаха отражает некоторые особенности взаимоотношений императорской власти и Сената в период правления Валентиниана I.
Старая исследовательская традиция в лице А. Альфельди, Μ. Арнхейма и Г. Шуурманса доказывала, что Валентиниан I, стремившийся ослабить роль и влияние Сената, активно назначал на ведущие государственные должности представителей военного сословия (в основном своих бывших сослуживцев из Паннонии), а также повышал титулы и звания военных чиновников. К примеру, по мысли А. Альфельди, одним из аспектов противостояния с Сенатом было наделение дуксов и комитов привилегированным рангом clarissimi[427].
Тем не менее, в современной исследовательской литературе высказываются совершенно иные оценки: по мнению С. Шмидт-Хофнера, законы, изданные Валентинианом I, не возвышали военных в ущерб сенаторской аристократии и не уравнивали ранги сенаторов и военных. Как полагает исследователь, те законы, на основе которых предшествующая историография делала вывод о преобладании новой военной знати над старой гражданской, просто регулировали порядок приема у императора, но не возвышали военных над сенаторами[428]. Р. Лит щи Теста обратила внимание на еще один аспект развития Сената в эпоху Валентиниана I: по её мнению, с 368 г. император стал активно продвигать и возвышать по служебной лестнице патрицианский род Анициев, представителей древней италийской сенаторской аристократии, что вызвало недовольство других сенаторских родов. Как отмечает Р. Лицци Теста, политика Валентиниана I вызвала раскол и разногласия уже внутри самого Сената, к числу недовольных относился и Квинт Аврелий Симмах, поскольку Аврелии, к роду которых принадлежал Симмах, были отодвинуты на второй план и лишились своего влияния на придворную администрацию[429].
Мы же полагаем, что рассуждения Симмаха скорее отражают конфликт не внутри Сената, а между Сенатом и императором. Другими словами, на наш взгляд, Сенат как орган власти был недоволен ослаблением своих позиций и весьма оригинально стремился выразить это недовольство Валентиниану I через официальную речь (панегирик) в честь него самого (!), которую произнес Квинт Аврелий Симмах. Примечательно, что Симмах в завуалированной форме высказал пожелания Сената по вопросу о статусе будущей, более того — мнимой (!) провинции под названием «Аламанния», т. е. ритор заявлял о праве Сената назначать для этих территорий, если они будут присоединены к империи, своих чиновников. Тем самым Сенат выражал желание управлять данными землями, само же стремление можно считать показателем напряженности в отношениях между Сенатом и императором.
И наконец еще один пассаж из речей Симмаха, в котором прославленный ритор, с одной стороны, четко высказал идеи, распространявшиеся в обществе официальной придворной пропагандой, с другой — в краткой форме перечислил основные направления оборонительной политики Валентиниана на Рейне: «Для тебя (здесь и далее: для Валентиниана. — Е.М.) живет житель Аламаннии: тех, кого ты подчиняешь мечом, ты присоединяешь к государству. Достаточно того, что ты пощадой [своей] изменил нравы народов. Что свободного осталось у тех, чье благополучие было передано твоим милостям, а земля — [твоим] крепостям? По праву они пока свободные, но, к позору [своему], они уже пленники. Побегут ли они в далекие земли, если за ними следуют не только твои знамена, но, в самом деле, и новые города? Возделанные поля изгнали местных жителей, и, как будто центральные земли уже свободны [от жителей], житель более дальних земель настойчиво просит мира у римлян. И, как я слышу, не напрасно частое посольство Бургундов просило о мире: или они узнали о войсках правителя, или высокие крыши крепостей уже издали заблистали золотом. Они пожелали жить вместе с победителями скорее в мире, чем на границе… Где находятся те, кто недавно захватили города Германии с помощью осады? Если есть право [так] говорить, они осаждаются городами» (tibi vivit incola Alamanniae: quos ferro subtrahis, addis imperio, sat est, quod mores gentium parcendo mutasti, quid illis remansit immune, quorum salus mancipata est beneficiis tuis et terra castellis? iure interim liberi sunt, sed iam pudore captivi, an ad longinqua diffugient, quos non vexillum tantum tua, verum etiam nova oppida persequuntur? exclusit cultus indigenas, et quasi iam vacantibus mediis ulterior accola Romanum foedus efflagitat, non est, ut auguror, otiosum, quod Burgundiorum crebra legatio concordiam postulavit: aut arma principis sentiuntur, aut iam celsa eminus tecta castrorum rutilarunt, optant cohaerere victoribus prius pace quam limite… ubi illi sunt, qui dudum Germaniae civitates obsidione ceperunt? si fas est dicere, civitatibus obsidentur. — Symm. Laud. Valent. II. 12–13, MGH AA 6.1, ed. 0. Seeck, p. 325, 1. 34–38 – 326,1. 1–7).
Прежде всего мы хотели бы рассмотреть вопрос о войсковых подразделениях, которые, как утверждает Симмах, столь сильно устрашили аламаннов и бургундов: какие войсковые подразделения разместились в Верхней Германии в эпоху Валентиниана I? Сам Симмах, как мы уже говорили выше, упоминает о крепостях, располагавшихся вдоль реки Неккар; в этой связи нам необходимо обратить внимание на печати (штемпели) нескольких подразделений, обнаруженные в городах по течению реки Неккар. География распространения штемпелей включает в себя такие города, как Шпейер, Майнц, Висбаден, Вормс, Альцай (Alzey), Альтрип в землях Баден-Вюртемберг и Рейнальд-Пфальц, а также Трир и Страсбург.
Как проследил Д. Хоффманн, ареал распространения штемпелей примерно совпадает с территорией позднеримского военного округа, который располагался по верхнему течению Рейна с центром в городе Могонтиак (Майнц): Д. Хоффманн обратил внимание, что многие войсковые подразделения, упоминаемые в штемпелях (Menapii, Vindices, Martenses, Secundani, Portisienses), упоминаются и в административном справочнике Notitia Dignitatum, собственно, о существовании отдельного военного округа с центром в Могонтиаке позволяют говорить именно сведения Notitia.
По мнению Д. Хоффманна, совпадение наименований подразделений в тексте Notitia и в штемпелях, во-первых, позволяет причислить вексилляции, упоминаемые в штемпелях, к войскам военного округа с центром в Могонтиаке, а во-вторых, позволяет сделать вывод, что данный округ был создан именно Валентинианом I. Как подчеркнул исследователь, Валентиниан учредил новый военный округ на верхнем Рейне в 369 г., когда он приступил к реорганизации оборонительной системы рейнской границы[430].
Выводы Д. Хоффманна кажутся нам обоснованными и убедительными, другой вопрос, что, на наш взгляд, сведения штемпелей следует поставить в прямую связь с сообщением Зосима о том, что во времена Валентиниана и Валента войсковые подразделения постоянно меняли место своей службы и переходили из одного гарнизона в другой. На наш взгляд, сведения штемпелей подробно иллюстрируют процесс территориальных перемещений, позволяют выявить его отдельные детали, более того, они дают возможность проследить особенности и рекрутских наборов в армию.
Большинство этих штемпелей были опубликованы в 6-й части XIII тома монументального каталога Corpus Inscriptionum Latinarum, цитируем тексты по этому изданию:
1) Aci[n]c(ensium), Acinc(ensium)[431];
2) [Cor]nac(ensium), Corn[a]c(ensium), Co[rn](a)c(ensium), Co[r]n(a)c(ensium)[432];
3) Mar(tensium), M[ar](tensium), Mart(ensium), Ma[rt] (ensium)',
4) Menap(iorum), Me/пар](iorum), Me[nap]i(orum), Me(na)p(iorum) [s](eniorum), Me(na)[p](iorum) [s](eniorum), Me(na)p(iorum) [s] (en)i(orumf
5) Portis (—);
6) Secun(danorum), [S]e(cundanorum) V(angionensium)',
7) Vin(dicum), Vind(icum), Vind(icum) s(eniorum), Vi[n]d(icum) s(eniorum), Vind(i)c(um) /se](niorum), Vi[n]d(i)c(um) /se](niorum).
Leg(ionis) IM(a)r(tiae) (образцы обнаружены в городах Цюрих, Страсбург,
Орбур-Вир (северо-восток Франции, департамент Верхний Рейн),
Мандёр (восток Франции, регион Бургундия — Франш-Конте))
К серии штемпелей I Марсова легиона, опубликованных в CIL, мы могли бы добавить еще два образца, опубликованные в 1941 и 1977 гг.: legfio) I M(artia) (АЕ. 1941, р. 12, по. 32 — город Эгисхайм на северо-востоке Франции, к юго-западу от Страсбурга, департамент Верхний Рейн); [Le]g(io) IMar — (tia) (АЕ. 1977, p. 154, no. 592 — город Нёф-Бризак на северо-востоке Франции, департамент Верхний Рейн). Экземпляр, обнаруженный в Нёф-Бризаке и опубликованный в 1977 г., обладает особой значимостью для нашей темы: именно здесь, в этой местности, которая в позднеримский период называлась mons Brisiacus (гора Бризиак), император Валентиниан разместился 30 августа 369 г., во время одного из своих походов против аламаннов, и именно здесь он издал закон, благодаря которому мы, собственно, и знаем о местопребывании императора (CTh. VI. 35. 8: Dat. iii kal. sept. Brisiaci Valentiniano nobilissimo puero et Victore conss. — «Издано за три дня до сентябрьских календ в Бри-зиаке в консульство Валентиниана, самого благородного ребенка (закон имеет в виду Флавия Валентиниана Галата — сына Валента. — Е. Μ.), и Виктора»).
С учетом позиции Р. Фелльманна, заключившего, что штаб-квартира Первого Марсова легиона находилась в крепости Августа Раурика в Реции (вблизи современного Базеля в Швейцарии)[433], мы можем предположить, что Валентиниан выделил из данного легиона небольшую вексилляцию и переместил её в Бризиак. Можно признать, что штемпели Первого Марсова легиона, обнаруженные в других городах, в равной мере отражают присутствие в этих городах не всего кадрового состава Первого Марсова легиона, а только его небольших вексилляций, выделенных специально для участия в военных походах Валентиниана.
Как полагает Р. Шарф, Валентиниан использовал для создания новой региональной пограничной армии Верхней Германии (Майнцского военного округа) экспедиционные войска, размещавшиеся во внутренних землях Галльской префектуры; в основном исследователь имеет в виду провинцию Бельгику Первую (Belgica I), включавшую в себя территорию от города Трир (Германия) на севере до городов Мец, Туль и Верден (Франция) на юге. По мнению Р. Шарфа, экспедиционные войска Бельгики Первой послужили источником для формирования вексилляций, переместившихся на верхний Рейн, в пределы новообразованного военного округа с центром в Могонтиаке. Исследователь пришел к выводу, что дукс Могонтиака был первым собственно военным командующим, возглавившим пограничные войска Верхней Германии: до создания отдельного верхнерейнского округа Верхнюю Германию возглавлял только гражданский наместник (презид), у нее не было собственной военной организации. Р. Шарф проследил, что формирование военного округа с центром в Могонтиаке началось в 366 г., а завершилось в начале 370-х гг., другими словами, Валентиниан создавал новую пограничную армию Верхней Германии непосредственно в ходе боевых действий с аламаннами[434].
Тем не менее, на наш взгляд, пример со штемпелями Первого Марсова легиона подсказывает, что перемещение новых войсковых подразделений на верхний Рейн произошло не только за счет галльских экспедиционных войск: в этом процессе приняли активное участие и старые пограничные легионы рейнского фронта, основанные еще на рубеже III и IV вв., в эпоху Тетрархии[435], одним из таких легионов как раз и был Первый Марсов легион. К тому же сам Р. Шарф обращает внимание на латинскую эпитафию из города Бюдесхайм (юго-запад Германии, земля Рейнланд-Пфальц), которая не только упоминает одно из подразделений Майнцского военного округа — т. н. milites Bingenses ('воины [из крепости] Бингене), но и свидетельствует о прямой административно-территориальной связи между этим подразделением и старым пограничным XXII Первородным легионом (legio XXII Primigenia), охранявшим рейнскую границу со времен Принципата. В данном случае цитируем надпись по изданию в каталоге АЕ:
D(is) M(anibus) / C(aio) Claudio SecZundin(o) sign(ifero) etveZter(ano) leg(ionis) XXII
[422] Как подчеркнул А. Шово, в рассуждениях Симмаха слово semibarbarus ('по-луварварский') подразумевало неустойчивость геополитической ситуации в землях по берегам Рейна к моменту начала военных кампаний Валентиниана — часть регионов вдоль течения реки контролировали римляне, часть — аламанны, не собиравшиеся уступать захваченные ими территории. ChauvotA. Remarques sur l'emploi de semibarbarus H Frontières terrestres, frontières célestes dans l'Antiquité / Ed. par A. Rousselle. Perpignan, 1995. P. 261.
[423] Raimondi Μ. Valentiniano I e la scelta dell'Occidente. Torino, 2001. P. 92–94…
[424] Prien R., Witschel Chr. Zwischen Backofen und “Burgus”. Überlegungen zur Rolle von “Lopodunum” im Gefüge des spätantiken Grenzraums am Unteren Neckar // Von Hommaburg nach Herimundesheim. Festschrift für Ursula Koch / Hrsg, von A. Wieczorek, K. Wirth. Mannheim, 2018. S. 60–61.
[425] У нас нет сомнений в том, что здесь Симмах, следуя правилам риторики, имеет в виду чиновников, должностных лиц, т. е. представителей римских административных структур. Как показали авторы — составители монументального словаря ThLL, в лексиконе многих римских авторов слово fasces («фасции», т. е. связка деревянных прутьев, которые были знаками достоинства крупных магистратов эпохи Римской республики — консулов, преторов, трибунов и т. д.) подразумевало чиновников, использовалось как синоним для слова magistratus ('должность')· См.: Thesaurus Linguae Latinae. Vol. VI, pars 1: F. Lipsiae, 1912–1926. P. 302–304, sv. fascis.
[426] Zotz Th. Die Alemannen um die Mitte des 4. Jahrhunderts… S. 397.
[427] Alföldy A. A Conflict of Ideas in the Late Roman Empire. The Clash between the Senate and Valentinian I. Oxford, 1952. P. 57–59; Arnheim Μ. T. W. The Senatorial Aristocracy in the Later Roman Empire. Oxford, 1972. P. 94–95. Более подробный обзор общего социально-политического контекста взаимоотношений Валентиниана и сената см.: Schuurmans G. Valentinien I et le Sénat Romain// L'Antiquité Classique. 1949. Vol. 18/1. P. 37–38. Автор высказывает идею, что период до 368 г. характеризовался относительным спокойствием и согласием в отношениях Сената и императора, после же 368 г. во внутренней политике Августа наступил решительный перелом, и виновником прекращения «сотрудничества властей», по мнению Г. Шуурманса, «был прежде всего сам Сенат».
[428] Schmidt-Hofner S. Reagieren und Gestalten. Der Regierungsstil des spätrömischen Kaisers am Beispiel des Gesetzgebung Valentinians I. München, 2008. S. 104, 106, 108–109.
[429] Lizzi Testa R. Quando nella curia furono viste fiorire le scopo: il senato di Valentiniano I // Le Trasformazioni delle Elites in età Tardoantica / A cura di R. Lizzi Testa. Perugia, 2006. P. 267, 271, 273–275.
[430] Hoffmann D. Das spätrömische Bewegungsheer… S. 341–342.
[431] Отряд (скорее всего, вексилляция) Acincenses получил свое название от города Aquincum (Аквинкум, современный Будапешт) в Паннонии. Судя по всему, данный отряд был сформирован из жителей (молодых людей) этого города. См.: Scharf R. Der Dux Mogontiacensis und die Notitia Dignitatum… S. 272.
[432] Отряд Cornacenses был создан из воинов крепости Согпасит, которая размещалась в Нижней Паннонии (Паннонии Второй). Скорее всего, первоначально часть воинов гарнизона этой крепости была выделена и преобразована в самостоятельный отряд Cornacences, а затем отряд Cornacenses переместился в Верхнюю Германию. См.: Scharf R. Der Dux Mogontiacensis und die Notitia Dignitatum… S. 276.
[433] Fellmann R. La légion I Martia, une légion du Bas-Empire // L'armée Romaine de Dioclétien à Valentinien Ier. Actes du Congrès de Lyon (12–14 septembre 2002) / Ed. par Y. Le Bohec et C. Wolf. Lyon, 2004. P. 203.
[434] Scharf R. Der Dux Mogontiacensis und die Notitia Dignitatum… S. 28, 30–31, 3339, 42, 44, 47–48, 52–54. По мнению P. Шарфа, наиболее активная фаза военных реорганизаций на верхнем Рейне — строительство новых укреплений, реставрация старых сооружений, изменение самой планировки и методики размещения оборонительных комплексов — состоялась в 369 г., именно тогда все указанные процессы развернулись в полную силу, они охватили максимально возможную в тех условиях территорию, т. е. все течение реки Неккар.
[435] Как проследил Д. Хоффманн, сам по себе Первый Марсов легион произошел от легиона Martenses («Воины Марса»), который был создан как раз в эпоху Тетрархии — легион Martenses получил свое название в честь бога Марса, которому поклонялся Максимиан Геркулий, коллега Диоклетиана, правивший в Галлии и в Северной Италии, соответственно, данный легион размещался преимущественно на территории Галлии. См.: Hoffinann D. Das spätrömische Bewegungsheer… S. 175–176.