Таксист хохотнул.
— А вы малый не промах! Второй раз не проведешь, да? В общем, во-о-он тот дом, видите? Из красного кирпича? Там у нас и суд, и окружной прокурор, и коронер.
Он показал на уродливое строение неподалеку, похожее на трухлявый гриб. Кое-где кирпичи начали выкрашиваться, и попытка заляпать это безобразие штукатуркой лишь подчеркнула его неприглядность.
— Спасибо, — кивнул Рэддок, отдавая таксисту монету…
Шериф висел на телефоне. Завидев нас, он махнул рукой и продолжил разговор, хмурясь все больше. Голос его гулко разносился по большому полупустому кабинету.
— … перестань, Милли! — наконец прикрикнул он. — Ты же знаешь, какая она упрямая. Найдется, никуда не денется. Все, милая, не волнуйся так. Я тебе позвоню.
Брякнул трубкой о рычаг и растер лицо руками.
— Что-то случилось? — поинтересовался Рэддок, придвигая мне стул.
— Да ерунда, — шериф вынул из ящика стола портсигар. — Угощайтесь.
— Спасибо, у меня свои, — я достала сигареты, и он помог мне прикурить. — Так что произошло?
Пепельница была переполнена. Не так спокоен шериф, как хочет казаться.
— Детки… — тоскливо протянул он, выпуская клуб дыма. — Дженни опять сбежала. Я-то думал, что она из этой дури уже выросла!..
Под потолком лениво крутился вентилятор, еле разгоняя воздух, и вяло трепыхались клочья паутины. Очевидно, шериф нечасто протирает штаны в своем офисе, так что порядок его волнует постольку поскольку. Вот прислуга и распустилась. Надо будет намекнуть миссис Хопкинс, что за офисом мужа тоже нужен присмотр.
— И часто она так? — уточнила я осторожно.
У младшей Хопкинс характер не сахар, но чтоб настолько?
— Одно время чуть ли не каждый месяц, — шериф нахмурился. — Потом попритихла. Я так понимаю, к вам она не совалась?
Мы с Рэддоком дружно покачали головами.
— Жаль, — шериф пригладил седой ёжик и встряхнулся. — Ладно, найдется. В городке ее знают, не обидят. Так что у вас нового?
— Проводник не сознался? — вопросом на вопрос ответил Рэддок.
— Да где там, — вздохнул шериф. — Он божится, что не убивал. Говорит, только впустил Каналли в поезд. Думаю, ваше купе, мисс Корбетт, тоже отпер проводник, хоть сам он и отпирается. Каналли оставил у него чемодан, но Джейкобс клянется, что в него даже не заглядывал. И я, честно говоря, ему верю.
— Улики косвенные, — кивнул Рэддок со знанием дела. — Нет доказательств, что он вообще знал о бриллиантах. Я так понимаю, отпечатков Джейкобса на чемодане не нашлось?
— Ни единого. Так что Гордон, похоже, опять пролетел. — Сказано это было не без тайного злорадства. — Так что у вас?
Рэддок передал шерифу сверток с осколками, присел на подоконник и коротко изложил наши соображения.
— Ладно, — шериф наморщил лоб и взглянул на часы. — Сделаю, что смогу. Времени в обрез… Придется сначала заглянуть к коронеру, а после займусь. Коронер, Чепмен, славный парень. Вы…
Неожиданно дверь распахнулась без стука, заставив шерифа умолкнуть на полуслове. В кабинет мягкой походкой охотящегося тигра вошел широкоплечий блондин лет сорока. Высокий, подтянутый, холеный, располагающей внешности: голубоглазый, с открытым честным лицом и очень светлыми волосами. Только спесивое выражение его не красило. Сразу видно, стоит он миллион, а то и два, и прекрасно это сознает.
Бросил кому-то в коридоре:
— Ждите там. Я сам разберусь.
И прямой наводкой двинулся к Хопкинсу, даже не глядя по сторонам.
— Вы — местный шериф?
Вопрос был явно риторическим, учитывая серебряную звезду на груди Хопкинса.