Счастливый билет: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После сытного завтрака думать об этом не хотелось. Я постояла немного у открытого окна, наблюдая за начавшим просыпаться вокзалом, и прошмыгнула в тамбур. Глядишь, удастся перекурить, раз уж проводника на месте нет.

Я вовсю предавалась пороку, когда по вагону поплыл запах. Пахло… нет, благоухало — умопомрачительно, невыносимо — яблоками, корицей, сливочным маслом и свежим тестом. И я выбралась из своего укрытия, как влекомая звуком дудочки змея.

И нос к носу столкнулась с уже знакомым бугаем. Вид у него — Маттео, кажется? — был какой-то не такой. На бандитской физиономии написано полнейшее довольство жизнью, а к груди он татуированными лапищами прижимал внушительную миску, накрытую белейшим полотенцем.

— Доброе утро, — ляпнула я, сглотнув слюну.

Лицо громилы как-то странно зашевелилось. Сердце ёкнуло, и только через несколько мгновений я поняла, что он пытается… улыбнуться?

— Доброе, мисс. — он повел явно многажды сломанным носом. — Курите, что ли?

— Курю, — созналась я и вытащила сигареты: — Будете?

— У меня свои, — кое-как, стараясь не уронить свою драгоценную ношу, он достал портсигар. — А вы это… Угощайтесь.

Он сдернул полотенце, отчего запах сделался почти невыносим, и пристроил миску на край оконной рамы, для надежности подпирая бедром.

Я хотела — видит бог, хотела! — отказаться, но не нашла в себе сил.

— Спасибо. — И поскорее, пока он не передумал, вгрызлась в румяный бок пирожка. — М-м-м, потрясающе вкусно! Надо же, а мне таких на завтрак не предложили.

— Еще бы! — он с видимым наслаждением затянулся. — Я сам пёк.

— Вы? — поразилась я, чуть не подавившись последним кусочком. — Кхм. Мои комплименты. У вас вышло намного вкуснее, чем у здешнего шеф-повара.

Горький, чересчур крепкий дым его сигарет перебил упоительный аромат сдобы, и от добавки я нашла в себе силы отказаться.

— Еще бы! — темные брови насупились. — Mio caro padre, если бы такое испекли в его пекарне, он застрелился бы от стыда!

— Падре — это священник? — осведомилась я с некоторым сомнением. Трудно представить святого отца за таким занятием — и я не о выпечке!

— Нет, нет! — он от избытка чувств махнул рукой с сигаретой, едва не пропалив дыру на моей блузке. — Не святой отец! Мой… родной.

По-английски он говорил довольно бегло, хотя словарного запаса, очевидно, не хватало. И чем больше он волновался, тем с большим трудом подбирал слова.

— Это отец научил вас готовить?

— Да-да! — энергично закивал Маттео. — Мой отец. Это же просто оскорбление! Они хотели кормить нас… помоями, так? — продолжил громила, энергично жестикулируя, словно пытаясь компенсировать руками недостаток слов. — Я добился, чтобы готовить сам. Да вы ешьте! Не… как это, слушайтесь?

— Смущайтесь, — подсказала я, взяв еще один пирожок. Это только ради доверительной беседы! — Значит, ваш отец был поваром?

Он почему-то помрачнел. Яростно затянулся напоследок и потушил окурок.

— Да, был. А потом началась война. Я уехал, он остался. Сказал, родная земля, бросить нельзя. Теперь я там sconosciuto… как это будет? — он прищелкнул пальцами. — Чужак! Я даже на могилу не могу…

Маттео осекся. Отвернулся к окну, сжимая и разжимая внушительные кулаки.

Понимаю, в те годы многие бежали.

— Простите, — я осторожно прикоснулась к бугрящимся под пиджаком бицепсам. — Не хотела вам напоминать.

Он обернулся. В темных глазах — усталость и застарелая, будто подернутая пеплом, боль.

— È possibile… разве можно? Можно забыть? Я… Вы вот, ешьте. — он завернул в полотенце несколько румяных пирожков и сунул мне в руки. — Я… Идти. Надо идти.

И утопал по коридору. Надо думать, кормить патрона.

Я немного подумала и решила последовать здравому примеру. Мужчин, как и тигров, лучше держать сытыми.