Феранти усмехнулся.
— Интересно, — протянул дон довольно. — Но настоящий Анжело Мано от угроз переходил к делу. Мне нравится, как вы играете. И, если честно, с такими людьми намного приятнее вести дела. Скажите, графиня, — он вновь перешёл ко мне, — кто вы на самом деле? Снимите вуаль.
Повисла густая, вязкая тишина. Я видела, как пальцы наследного принца сжались и разжались. Моё сердце колотилось где-то в горле, и прежде, чем я успела что-то сказать, Дамиан резко ударил ладонями о стол. Его маскировка спала. Волосы побелели до серебра. И едва показались его рога, как Феранти застыл. Глаза его расширились. Он ожидал увидеть кого угодно, но явно не дракона, и уж тем более не наследника Сальваторе.
— Дамиан Сальваторе? — прошептал дон с заметной дрожью в голосе. — Что вы... почему?
— Актёр из меня никудышный, признаю, — хмыкнул наследный принц, но разочарования в его голосе я не услышала. — Антидот, дон Феранти! Я дважды повторять не буду.
— Дважды и не нужно, Ваша Светлость.
Я резко обернулась на знакомый голос, от чего перед глазами всё поплыло. Но силуэт я всё же узнала. Трость. Плащ благородного синего оттенка. Кольцо на среднем пальце с крупным камнем магической руды.
Дон Альберто Моретти вошёл в кабинет, и дверь за ним затворилась с мягким, но окончательным щелчком.
— Добрый вечер, лорд Сальваторе, — произнёс он, и его голос был всё таким же добродушным, как и всегда. — Милая Селена, — он вежливо кивнул мне. — Признаться, я ждал этой встречи с нетерпением. После ареста Беллини. После уничтожения арен и смерти контессы Виттории Равены я знал, что вы выйдете на «Хоуп».
Наследный принц застыл. Он не обернулся, но его спина напряглась, словно обратившись в монолит. Жар, исходящий от него, стал почти невыносим. Ещё немного — и бумаги на столе Феранти вспыхнут.
Моретти прошёл вглубь кабинета, опираясь на трость, и остановился рядом с Феранти. Тот поднялся, уступая место, но дон лишь махнул рукой.
— Сиди, Этторе. Ты отлично поработал.
— Вы... — выпалила я, и вдруг всё встало на свои места.
Откуда Равена знала о том, что моя мама лежит в больнице? Почему Беллини нервничал рядом с доном. Как он так быстро поднялся. Как так получилось, что дон Моретти оказался в Соли в один день с нами. Он следил. И каждый раз был либо рядом, либо на шаг впереди.
Дон перевёл взгляд на меня, и в нём не было злости. Только холодный расчётливый интерес человека, который расставил фигуры на доске и теперь наблюдал за тем, как противник осознаёт безвыходность своего положения.
Я отбросила вуаль. Отчасти потому, что хотела видеть этого человека без барьеров, отчасти потому, что приказ дона Феранти всё ещё работал.
— Вы знали. Всё это время вы просто играли с нами, — бросила я.
Моретти улыбнулся.
— Не играл, дорогая Селена. Скорее присматривался. Смотрел, как далеко вы сможете зайти. И я впечатлён. Вы уничтожили почти все мои многолетние труды. Даже до де Веритас добрались. Этого я не ожидал.
— И чего вы хотите? — поинтересовался наследный принц.
Он выпрямился, скрестив руки на груди. В глазах его пылал бескрайний всепоглощающий огонь ярости.
— Уничтожить нас? Вы забыли, что... — Дамиан не договорил.
Феранти поднял руки из-под стола, направив на него пистолет, заряженный магическими патронами. Я тут же поднялась, но Дамиан властно завёл меня себе за спину.
— Что драконов превосходят люди в силе, — кивнул дон Феранти, закончив за него. — Да, лорд Сальваторе, мы никогда этого не забывали. Но нет, мы не собираемся вас уничтожать.
Моретти обеими руками опёрся на трость и подался чуть вперёд, прищурившись.
— Вы мне нравитесь. Особенно ваша горничная. Даже получив титул и свободу, она всё равно остаётся вам верна. Вы так трогательно переживали за своего господина на гонках. Скажите, дорогая, пока действует сыворотка, удовлетворите любопытство старика: что вы чувствуете к наследному принцу?
У меня перехватило дыхание. Туман в голове сгустился. Я смотрела на спину Дамиана и знала: он тоже ждал ответа.
— Он... единственный, кому я верю, — проговорила я глухо. Слова вырывались сами, ровным потоком. Плечи Дамиана дрогнули. — Единственный, кто не предал. Кто был рядом. Кто использовал не из корысти. — Я перевела дыхание. — Он... меня бесит, — вырвалось с нервным смешком, и я прикусила губу, пытаясь остановиться, но сыворотка толкала говорить дальше. И именно в этот момент наследный принц обернулся, слегка оскорблённый. — Каждую минуту бесит. Но без вас, — я заглянула ему в глаза, — без вас я бы утонула в отчаянии, не испытав того, что вы заставили меня почувствовать. Это пугает. Но больше всего я хочу продолжать это испытывать.
На мгновение в кабинете повисла тишина. Мы не шевелились. Но уголки губ Дамиана удовлетворённо поползли вверх.
— Третья попытка, Селена, — прошептал он.