Весенний обряд: читать начало книги онлайн

Лушэнь понимала, что ей не справиться с Куй, однако, не пожелав примириться с ситуацией, решила сначала высушить промокшую одежду, а затем обдумать, что делать дальше.

Поблизости росла магнолия, ветка которой располагалась на весьма удачной высоте для того, чтобы удобно развесить на ней одежду. Лушэнь подошла к ней, волоча по земле полы тяжелой от воды накидки. Цветы уже опали, и дерево было сплошь покрыто густой зеленой листвой. Лушэнь отжала накидку и развесила на ветке.

Куй понитересовалась, не требуется ли ей помощь, но Лушэнь не удостоила ее ответом.

Наконец Лушэнь осталась в одном нижнем платье.

«Раз уж так получилось, то можно было не ограничиваться мытьем волос», – с этими мыслями Лушэнь подошла к воде, скинула нижнее платье и разложила его на большом валуне, затем скинула деревянные сандалии и потихоньку вошла в горный поток. Куй, заметив это, медленно подкралась к валуну, обойдя его сбоку, любуясь телом Лушэнь и прикидывая, как бы незаметно стащить ее одежду.

Как раз в этот момент в ущелье раздалось эхо голосов и веселого смеха: Гуань Цзянли и Чжун Хуэйу показались в ущелье.

Лушэнь, которой вода в этот момент едва доходила до колен, обнаруженная, сгорающая от стыда, немедленно прыгнула в воду, погрузившись в нее полностью, так что только макушка осталась торчать над поверхностью.

– Что это она? – участливо спросила Цзянли у Куй.

– Дело обстоит следующим образом. По приходе сюда на Лушэнь нахлынули воспоминания обо всех постыдных поступках, которые она успела совершить за свою короткую жизнь. Не находя себе места от стыда, она замыслила покончить с собой и предложила мне двойное самоубийство. Я еще так молода, у меня большие планы на жизнь, поэтому я отвергла ее предложение. Тогда Лушэнь решила: «Как же можно своим телом чисто-чистым принять всю грязную грязь вещей?»[77] – и, «зная, что смерти не избежать, хочу не цепляться за жизнь»[78], разделась донага и прыгнула в поток, собираясь утопиться…

– Лушэнь, это правда? – спросила Цзянли.

Она еще не окончила говорить, когда Куй двумя руками схватила нижнее платье Лушэнь и сделала вид, будто собирается разорвать его, потянув с обоих концов в разные стороны. При помощи подобного шантажа она пыталась заставить Лушэнь признаться, что та действительно прыгнула в воду с целью утопиться.

– Конечно, нет. Это все Куй, она…

Раздался треск лопающейся в руках Юйлин Куй ткани.

– Юй… лин… Куй. – Терпению Лушэнь наконец настал конец. Она двинулась в сторону берега, преодолевая сопротивление воды, широко расставляя ноги. Отбросив стыд, не обращая вимания на весеннюю прохладу, она прицелилась своим слабым кулачком в изящный нос Куй, однако Цзянли встала между ними.

– Лушэнь, веди себя прилично! – Старшая сестра шлепнула младшую по лбу.

Эта сцена весьма напугала Чжун Хуэйу, которая все это время находилась позади Куй. Она отступила на несколько шагов назад, приговаривая про себя: «Неужели я увидела что-то, что не предназначалось для моих глаз?»

– И ты против меня, Цзянли! – закричала Лушэнь со слезами на глазах. Ее лицо было весьма свирепым, а отпечаток ладони на лбу горел красным и начал опухать. – Раз так, раз так… то мне не остается ничего другого, кроме как умереть на ваших глазах!

С этими словами она схватила подходящий по размеру камень и стремительно бросилась к воде, на этот раз полностью погрузившись под воду. Однако троица, оставшаяся на берегу, не собиралась идти ей на выручку. Несколько мгновений спустя на водную поверхность со дна поднялись пузырьки воздуха. Заметив это, Куй сбросила одежду и осталась стоять на берегу, держа ее в руках.

На самом деле после погружения Лушэнь по неосторожности выронила из рук камень, который уже упал на дно, поэтому, будучи не в состоянии долго созерцать подводный мир, она вынырнула на поверхность.

Тогда Куй оделась, подошла к Цзянли и склонила голову в легком поклоне.

– Сетрица Цзянли, я, похоже, и в самом деле зашла слишком далеко. Я уже обдумала свой поступок, поэтому прошу наказать меня так же, как и Лушэнь…

– Сяокуй, стоит вам только открыть рот, как с вами тут же случаются неприятности, – говоря это, Цзянли двумя пальцами ущипнула ее за щеку. – Куй, против своего обыкновения, повиновалась подобному унижению.

– Лушэнь, я уже наказала Сяокуй, так что тебе тоже стоит успокоиться и поскорее выйти из воды!

– Но моя одежда…

От мысли, что Сяокуй разорвала ее нижнее платье, ярость с новой силой вспыхнула в Лушэнь.

– Одежда Лушэнь еще не высохла, пусть она еще немного понежится в пене потока. Я пойду проверю ее одежду. – Куй направилась к дереву магнолии.

– Сяокуй, ты собираешься разорвать остатки моей одежды?

– Похоже, нужно еще подождать, – заметила Куй, пощупав платье. – Кстати, а почему сестрица Жоин не пришла?

– Утром я насилу добудилась ее, и она согласилась пойти со мной к реке на омовение волос, однако, еще не достигнув входа в ущелье, мы встретили Чжаньши и Хуэйу. И тут Жоин внезапно вспомнила, что у нее есть какое-то дело к братцу Чжаньши, поэтому мне только и оставалось, что прийти сюда вместе с Хуэйу. Жоин сказала, что дождется моего возвращения. Должно быть, они сейчас все еще болтают у входа в ущелье.

– Хотя я слегка расстроена, что не смогла встретиться с сестрицей Жоин, знакомство с девушкой из клана Чжун – приятная неожиданность. – Куй подошла к Чжун Хуэйу и воодушевленно крепко схватила ту за руки, полностью игнорируя чувства своей визави. – Мне так понравилась ваша песня. Несмотря на юный возраст, вы смогли исполнить «Цинъян», такую сложную мелодию, – это вызывает неподдельное восхищение.

[77] Цюй Юань, «Отец-рыбак». Перевод – Алексеев В. М.

[78] Цюй Юань, «Хуайша» («Цветущий буйно первый месяц лета…»). «Девять элегий» из цикла «Древние чуские строфы». Перевод – Кравцова М. Е.