Та шагнула вперёд вместо отца.
— Дом Торн.
Советник едва заметно нахмурился, но не остановил дочь.
Рейна посмотрела на меня спокойно. В её лице не было ни дружбы, ни восхищения. Только решение.
Мне оно понравилось больше восторгов.
Мерден медленно опустился обратно в кресло.
— Прекрасно. Тогда домам Лиар и Эйрдан остаётся наблюдать.
— Наблюдать, — подтвердил Дарен. — Молча.
Эдвар усмехнулся.
— Север становится всё менее гостеприимным.
— Вы переживёте, — сказал Ровен от стены.
Торн бросил на него взгляд, но Ровен смотрел прямо перед собой с лицом человека, который не сказал ничего особенного.
Я почти улыбнулась.
Почти.
Потом круг под моими ногами начал раскрываться.
Сначала я решила, что мне показалось. Серебряная линия на камне дрогнула, вытянулась, ушла тонкими светящимися трещинами к дальней стене. Потом плиты одна за другой ответили слабым синим светом, образуя путь к боковой арке, которой я раньше не замечала.
Вейрхольм открывал дорогу.
Не спрашивая, готовы ли мы.
Разумеется.
— Зал корней под крепостью, — сказала Астара. — Вниз спускается только требующая признания. Свидетели остаются у порога.
— То есть я иду одна?
— Да.
Дарен сразу сказал:
— Нет.
Астара повернулась к нему.
— Таково правило.
— Правило было написано до того, как последняя вошедшая исчезла.
— И именно поэтому его нельзя нарушить. Если вы войдёте с ней, обряд признает ваше давление на выбор.
Я посмотрела на Дарена.
Вот теперь мне стало страшно по-настоящему.