— Сначала его в омут, а потом и лопотину — одежду и обутку, по-вашему…
Начальник принял решение об организации поисков погибшего. Организовать спасательные отряды предполагалось воздушным путем.
Полетела в Управление радиограмма. И не успели как следует приготовиться к встрече отряда, как в экспедицию нагрянули воздушные спасатели на спортивном ЯКе и вертолете.
В кабинете начальника экспедиции был выработан план поисков. Самолет должен был обеспечить круговые дальние рейсы. А вертолет направили на центр события: к омуту на вадиге и в ближайшие окрестности реки. Корректировать маршрут направили рабочих Филата и Ивана.
Целый день и всю ночь кружили самолет и вертолет над местом события. К счастью, ночь выдалась светлой. Все просмотренное пространство казалось унылым и безжизненным. Не видно было даже диких зверей.
Тела геолога не нашли и в русле вадиги.
Наконец решили закончить поиски и возвратиться. В ту же ночь отряд воздушных поисков улетел в областной центр.
Утром начальника экспедиции подняли рано с постели срочной радиограммой. В вертолете обнаружена необычной формы стрела, зацепившаяся за край двери. Наконечник стрелы был золотой!
Находка стрелы взбудоражила всех. Что за мистификация? Кто мог подбросить такую стрелу? И когда она попала в вертолет: во время поискового маршрута или за несколько дней до этого? Отряд вертолетчиков перед этим вел поисковые работы в районе нижнего течения реки Оби.
Днем радио доставило новое сообщение. Археологи установили, что ретушь на стреле того же типа, что на наконечниках стрел загадочной андроновской культуры, люди которой в эпоху меди и бронзы населяли север Европейской России, значительную часть Урала и огромные пространства Сибири.
В поиски ответа на эти вопросы включились научные археологические центры страны.
Вскоре в экспедицию пришло письмо от геолога, работавшего в этих местах до войны. Вот оно.
«Не могу припомнить, где и когда я слышал эту легенду о людях, живущих под землей и охраняющих там накопленные поколениями несметные сокровища. Легенда бытует, главным образом, на Севере, в мезенском и печорском краях. Мне пришлось много путешествовать там, встречаться с интересными людьми. Но это было давно, в тридцатых годах. Детали рассказов стерлись из памяти. Я жалею, что в те годы не вел записей всех этих рассказов.
Вспоминая легенду, я даже слышу неторопливый рассказ о жизни и делах мужественного племени, давным-давно населявшего обширные пространства северного края, Полярного Урала и низовьев реки Оби. Помню, что рассказы о минувшем как-то непроизвольно возникали вечером под неумолчный комариный звон, после рабочего дня. А вот кто рассказывал — забыл. Да и не в имени суть.
В легенде говорилось о временах владычества Новгорода Великого. Занимал он ключевое положение, стоя на двух великих путях. Один из них получил название „из варяг в греки“. О нем знает любой школьник. Второй путь не получил столь большой известности. Лишь в немногих древних летописях он описывается под названием „Великой тропы“, или дороги „Из Югры в греки“. Югрой в то время называли местность в области Полярного Урала и Предуралья, а также людей, населявших эти места.
В тот день, о котором говорится в легенде, волновался весь Новгород Великий. Всех жителей города облетела весть о новом появлении странных чудских люден из далекой Югры. Они приплыли на своих пирогах, выдолбленных из огромных осиновых стволов. В те времена многие северяне умели делать такие суда, обладавшие большой подъемной силой, легкие в управлении и особенно удобные на волоках, там, где приходилось их перетаскивать с одной реки на другую.
Чудские люди привезли шкуры ценных зверей и продукты обмена — искусно выкованные из меди и бронзы изображения росомах, выдр, соболей, людей. В обмен на свои товары они требовали только золото.
Всполошились новгородские купцы. Решили проследить, куда уходит их золото. Снарядили разведчиков-дружинников. На легких ушкуях — плоскодонных парусных лодках — двинулись разведчики по следам чуди белоглазой.
Несколько столетий длилась колонизация Севера.
Отряды ушкуйников наводили страх своими разбойничьими налетами. Те, кто не хотел покоряться, отступали на восток, за Югорский Урал.
Говорят, что так и осталось ненайденным золото чуди белоглазой. В сказаниях упорно утверждается, что часть золота была взята в подземелья, куда скрылись племена чуди. По другим легендам, золото было переплавлено. Из него был изготовлен идол, которого иногда называют Золотой бабой. Все помыслы племени были направлены на его сохранение. Кто-то пустил слух о том, что где-то есть берестяная грамота-карта с указанием точного места хранения идола. Но кто знает — быль это или выдумка?».
Дальше в письме приводились факты, подтверждающие сказанное. В «Лаврентьевской летописи», как известно, переписанной с какой-то очень древней и ветхой рукописи, есть рассказ новгородца Гюраты Роговича, отправившего в 1096 году своего сына в Югру.
Ушкуйники добрались до Урала, встретив там горы «яко до небесе».
Вслед за разведчиками двинулись на чудь в Югру новые отряды колонизаторов.
Разведчиков посылал не только господин Великий Новгород. В «Двинском Летописце» записано, что богатства Севера интересовали и Москву. «В лето 1492, — говорится в „Летописце“, — отпустил великий князь Мануила Илариева, сына грека, детей боярских Василия Болтина и Ивана Брюха Коробина, да Антошку Петрова — мастера с фрязи, два немца Иван и Виктор… серебро делати и меди на Цильме, а деловцев с ними руду копать с Устюга — 60, с Двины — 100 и Пинеги — 80 человек… С того времени начали чеканить монету из своего серебра».
В пункте, указанном в «Летописце», побывал в 1896 году геолог И. П. Бартенев. Он подсчитал, что площадь древних выработок на Цильме определяется примерно в четыре квадратные версты. Отсюда, главным образом, чудскими людьми было вынуто около 50 миллионов пудов медной руды. Чудь белоглазая вывезла отсюда более полутора миллионов пудов чистой меди. Это более 25 тысяч тонн!
Конечно, в наши дни эти цифры не кажутся гигантскими. Такое количество меди примерно в 30–40 раз меньше годовой добычи ее в США. Но внесем поправку на эпоху. Ведь все это было получено без применения какой-либо техники. Осознав сказанное, мы поймем, что чудь белоглазая предстает перед нами как великий народ, знаток и добытчик рудных богатств своей земли.
Грандиозность отвалов медного месторождения свидетельствует о том, что руда добывалась здесь не одно столетие.
Без преувеличения можно считать началом добычи время, совпадающее с эпохами меди и бронзы, то есть две-три тысячи лет до нашей эры.
Проследим путь добытой здесь меди. Куда могли отправлять ее древние горняки?