— Филат… Иван… Спасайте!.. — истошно закричал геолог.
Но тут подскочили к нему двое из бородатых и молча вдвинули кляп в рот. И тут же все четверо оттащили геолога в кусты.
Все было сделано вовремя.
Еще чуть-чуть шевелилась листва, когда из-за поворота реки показалась лодка. Слаженно и сосредоточенно шла работа. Шесты упирались в дно, и лодка бесшумно скользила по вадиге.
— Ишь, — рассуждали Филат и Иван, — кажется, вот тут шумел Лексеич. И впрямь, не сыграла ли с ним шутку русалка? Вишь глубина здесь какая! Омут! Давай-ка хором покличем его.
— Лексеич! Лексеич! — прокатилось над рекой.
— Лексеич, где ты?
— Лексеич!!!
Но тишина, жуткая тишина была ответом на их крики.
— Утонул! — решили мужики. — Затащила его в омут хвостатая девка. Что будем делать-то? Как покажемся людям? Не уберегли, скажут, человека.
И оба мужика разревелись. Всхлипывая, они причитали, говоря, какой хороший был их начальник. Никогда он им не перечил, не говорил худого слова, уважал.
До вечера ездили вверх и вниз по вадиге рабочие. Заглядывали под каждую корягу, прощупывали шестами дно.
Лишь к концу дня, немного отдохнув и перекусив, решили мужики, не задерживаясь, спускаться вниз по реке. Плывя днем и ночью, они могут «выйти в люди» за полтора-два дня. А там — что решит начальство.
— Эй, полонянин, — тихо сказал геологу самый бородатый, — восстань. Пошли.
— Токмо не ершись, а то во… — добавил другой, вынув из самодельных ножен кинжал, блеснувший каким-то странным желтым отблеском.
Что делать? Не умирать же глупой, нелепой смертью? И геолог пошел. Точнее, был потащен на растяжках-веревках теми, кто его заарканил.
Идти было трудно. Босой, голый, с руками, прижатыми арканами к телу, с кляпом во рту.
Лишь через час кончилось все это мучение. Пленника наконец привели к стойбищу, в глубокий лог, впадающий в приток притока главной реки.
Можно смело сказать — найти стойбище, не зная о его существовании, невозможно. Только случайно можно было наткнуться на это замаскированное природой логово, совершенно не посещавшееся ни охотниками, ни оленеводами.
Суеверные предания охраняли это забытое всеми место.
Навстречу пленнику и поработителям высыпало все немногочисленное население лога. Здесь были и женщины, и дети, и взрослые мужчины.
— Полонянина, полонянина ведут, — зашептали встречающие.
— Сейчас его увидит Косматый. Он все и порешит.
Бородатый начальник подошел к пленнику и вытащил у него изо рта кляп.
Ох, какой красивой показалась ему в этот момент жизнь!
— Бабыньки, бабыньки, — зашептала вдруг одна из зрительниц, — да он, смотрите, бритоус поганый!
— К Идолу! — раздался в толпе сначала одиночный возглас.
— Ведите его к Идолу!
— К Идолу!
— На капище!